Елка и терн. Тетралогия (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 228

– Сам видишь, что с метлой.

– Покатаешь меня?

– Запросто.

Гм, похоже, дело серьезнее, чем я думала. Раньше Тёрн попросил бы меня подождать конца приема. Что же такого случилось, если он наплевал на этикет? Я посмотрела ему в глаза. Тёрн опустил ресницы, соглашаясь с моими мыслями.

– Отпусти меня.

Я подняла с пола метлу, которая тут же приковала взоры всех элваров. И заслужено. Моя метла была произведением искусства. Метлы мы ваяли после восьмого курса, год назад, к экзамену. Я в это время была в Элварионе, так что метла была плодом наших с Тёрном постоянных споров.

Итак. Описываю беспристрастно. Представьте себе обычную метлу. Представили? Теперь выкрасите ее в зеленый цвет, а вместо прутьев возьмите еловые лапы. Взяли? Отлично, едем дальше. На палку от метлы надет бычий череп с длиннющими рогами. Держась за них, я могу поворачивать вправо или влево. В глазах черепа ночью зажигается зеленый огонь. Вместо фар. А то один мой приятель, решив полетать поздним вечером, влетел в стаю ворон. Птицы этому не обрадовались, и бедняге досталось на орехи. Но и это еще не все. Самое главное в моей метле – это сиденье от велосипеда. Да?да, именно сиденье от велосипеда, только немного поудобнее, обтянутое мягкой тканью, и рассчитанное на двоих. От сиденья свисают четыре кожаных ремня, чтобы была опора для ног. Какой кошмар, не правда ли?! Это я и услышала в Универе от подруг. Они зверски завидовали. Им?то традиция застилала глаза, а я заботилась о своем удобстве. Попробуйте сами посидеть верхом на палке, диаметром в пять сантиметров, а я на вас посмотрю. И заявляю сразу, никакого отношения к безответственным выдумкам инквизиторов я не имею.

Один раз я прочитала ТАКОЕ! Мне просто захотелось удавить автора сих строк. Этот озабоченный писал, что ведьмы варили специальное зелье, натирали им метлу, раздевались догола и садились на метлу верхом, чтобы снадобье впиталось через, пардон, половые органы. И летели на шабаш. А потом еще ведьм называют развращенными! Я сейчас говорю о том, что ЧИТАЛА, прошу запомнить, именно ЧИТАЛА, но не придумала! На такую пакость у меня бы шизофрении не хватило! Сразу чувствуется, что человек долгое время воздерживался от секса. А вообще я считала, что священники ведут себя ужасно глупо, когда отказываются от женской любви ради своих раскрашенных досок и глупых книжек. Если уж им так нравится воздержание, могли бы хоть сперму сдавать. Генофонд ведь пропадает! Женщинам рожать не от кого – не от Жириновского же!? А мужики от воздержания пишут вот такие гадости! Хотя летать голой на метле – фи! Через полчаса полета в ледышку превратишься. Я уж не говорю о мозолях на самых интересных частях тела. Да и вообще, неудобно!

Я перекинула ногу через сиденье, Тёрн повторил мое движение и обнял меня за талию. Ничего интимного, просто чтобы не свалиться. Ремни безопасности я к метле так и не присобачила. Некуда было. Так что летать приходилось в тесном контакте.

– Господа, приношу всем мои извинения, – пропела я.

И метла взвилась в воздух. Я держалась за здоровущие бычьи рога, Тёрн держался за меня. Круг почета по залу я все?таки сделала, не удержалась. И всей кожей почувствовала исходящее от элвара неприкрытое злорадство, когда придворные шарахнулись в разные стороны, а кое?кто из женщин взвизгнул. Мы вылетели через окно в крыше, и я обернулась к элвару.

– Куда летим?

– Прямо, – махнул рукой элвар. – Давай пониже, а там я покажу, где остановиться.

Я послушалась, и метла рванулась с места. Несколько минут мы молчали. Я не начинала разговор, зная, что Тёрн сейчас беззастенчиво влез в мою память и просматривает все, что со мной случилось за этот год.

– Теперь вниз, – указал элвар.

Я медленно опускала метлу. Стала видна небольшая полянка, заросшая со всех сторон ежевикой. Приземлились мы в пяти сантиметрах от особенно колючего куста.

– Хорошо летаешь, – сделал мне комплимент элвар.

– Знаю, – кивнула я. – Я захватила из Универа несколько веласов, будешь?

– Давай.

Я полезла в рюкзак за веласами. Веласы – это местная разновидность мандаринов. Только одно уточнение. Они не оранжевые, а красные и без долек. Просто целиковый фрукт. С одной косточкой внутри. И ужасно вкусный.

Несколько минут мы просто жевали, развалившись на травке, потом Тёрн перевернулся набок и оказался нос к носу со мной.

– Ёлка, у меня большие проблемы.

А то я не догадывалась. Вот только какие?

– Слушаю тебя внимательно.

– Ёлка, я король Элвариона. А король должен иметь наследников.

– Тебе предложили их родить почкованием?

– Не смешно. Мне предложили жениться, причем на строго определенной девушке. Она дочь одного из старейших родов, элваресса с самой строгой родословной и все такое.

– Ну и в чем дело? Женись?

В темно?лиловых глазах блеснули молнии.

– Ёлка, ты и правда дура, или притворяешься!?

Я пихнула приятеля в бок. Лопает мой велас и меня же оскорбляет!? Нахал!

– За дуру ответишь! Лучше ответь, что тебя удерживает от такого шага? Мало ли династических браков? Стерпится – слюбится, а там и дети пойдут?

Я не издевалась, я вполне серьезно пыталась понять приятеля. И он прочел мои мысли, потому что перестал сердиться.

– Ёлка, у меня есть две причины.

Я молчала. Захочет – сам назовет.

– Во?первых, я люблю другую женщину.

Любопытство дернуло меня не хуже электрического разряда.

– Да? И кого же? Назови, вдруг мы знакомы?

– Вы знакомы. Но имени я не назову.

– Она тоже ведьма?

– Да.

– А с какого факультета?

– Ёлка, я сказал тебе более чем достаточно.

– Хорошо, – я попыталась в корне задавить любопытство, но у меня ничего не получилось. Вопросы лезли, как фарш из мясорубки. – А что вам мешает?

– Ее увлеченность профессией. Она твердо решила не выходить пока замуж.

– Это у нас многие так поступают. Ты ей хоть сказал, что любишь?

– Нет, – элвар чуть опустил длиннющие ресницы. Я, как всегда, тихо позавидовала. И создают же боги таких красивых! А некоторые дуры их не ценят!

– Хочешь, я ей это скажу?

– Не хочу. Не надо.

Уговаривать я не стала. Настоящая дружба в том и состоит, чтобы не лезть другу в душу. Если он сам ее открывает, тогда можно и помочь. А вот если не хочет…

Значит, на то есть свои причины. И любопытство надо удавить в зародыше.

– Хорошо. Это твои проблемы. Захочешь – расскажешь больше. Теперь поедем дальше. Какая вторая причина?

– У меня дурное предчувствие.

В дурные предчувствия элвара я верила. Тому было немало примеров. Как?то раз он отказался оставаться на ночлег в одной милой гостинице. Сказал, что у него дурное предчувствие. Я ворчала, но все же послушалась. В ту же ночь разразилась дикая гроза, а в гостиницу ударила молния. Наплевав на все громоотводы. А поскольку противопожарное заклинание тоже было старое, когда прибыли местные маги?огневики, спасать было просто некого и нечего. Так, три обгорелые деревяшки торчали. Не спасся никто из постояльцев. И нас ждала бы их судьба. Так что сейчас я серьезно посмотрела на приятеля.

– Ничего определенного?

– Только свербеж в затылке.

– Хорошо. Ты меня вызвал, чтобы я была твоей подстраховкой на всякий случай?

Тёрн покачал головой.

– Не совсем так.

– Зачем тогда?

Несколько секунд элвар молчал, словно собираясь с силами. Потом произнес.

– Ёлка, выходи за меня замуж.

Хорошо, что я лежала, а то бы просто упала. Но и так мне пришлось несладко. Я поперхнулась слюной, закашлялась, и Тёрн несколько минут хлопал меня по спине. Наконец я выдралась из его рук и серьезно посмотрела элвару в глаза.