Елка и терн. Тетралогия (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 251

Я понимала, что провоцирую Эрваса, но выбора не было. Аманда должна увидеть его в самых правдивых красках, иначе фиг она мне поверит.

За стеной слышался смутный шум. Что?то там вроде как уронили. Интересно – 'что' – или 'кого'!?

–  Кого, – вкрались в мою голову знакомые чужие мысли. – Сейчас буду у вас.

А вот и кавалерия. Все, Эрвас, пиши завещание в трех экземплярах и глотай обезболивающее. Сейчас тебе будут отрывать голову. Тёрна я знала. Если мамочка кого и помилует, то уж сыночек от любимого дядюшки точно ни рогов, ни ногов не оставит. А дядюшка тем временем разорялся, не подозревая о близком приходе своей страшной и ушастой смерти.

– Не смей так называть Вольгиану!!! Ты мизинца ее не стоишь! Ты даже землю, по которой она ходит целовать недостойна!

– А кто еще мизинца ее не стоит!? Наша мать!?

И Эрвас заглотнул крючок вместе с рукой.

– Эта дура всю жизнь меня ущемляла! Ничего хорошего для меня не сделала! Она обязана была оставить все мне! И регентство и корону! Старая гадина!

Глаза Аманды потухли.

И я шагнула вперед, заслоняя ее.

– Сам ты козел! Ты б ей спасибо сказал, что она аборт не сделала, она тебя родила и вырастила, а ты еще права качаешь? Иудина душонка!

Эрвас не успел ответить мне. Аманда не успела прийти в себя.

Потому что из?за двери донеслись звуки побоища.

Хрипы. Стоны. Лязг мечей.

– что там происходит? – вскинулся Эрвас.

Я очаровательно улыбнулась предателю.

– Скажи, Васик, ты знаешь, как выглядит персональный звиздец?

– Сейчас узнаешь, Эрсечка, – поддержала меня Аманда.

До Эрваса дошло очень быстро.

– Так это за тобой?! Но как!? И кто!?

– На том свете узнаешь!

– А ты мне ворота откроешь, – вдруг взвился с места элвар, выдергивая из ножен длинный узкий клинок. Аманда побледнела. Это уже не баклажаны травить. Тут все на виду. Родной брат готов ее убить, только чтобы – что?

А, неважно! Все равно облезнет! И обрасти не успеет!

Меч взлетел над головой элварессы. Но опуститься не успел. Я отпихнула Аманду – и вскинула руки, отводя Эрвасу глаза. Удар ушел влево и пропахал изрядную дыру в обивке стены. Я приготовилась поплясать так еще минут пять. Но не понадобилось. Эрвас выдернул меч и опять занес его над головой. Мои пальцы сложились в нужную фигуру. И в следующий миг в комнату ворвался Тёрн.

Сориентировался он мгновенно. Мэнди отлетела к окну. Я – в другую сторону. А элвар неуловимым движением скользнул к Эрвасу.

– Ёлка! Ты жива?

– А что – не видно!? – отозвалась я.

– Не видно. Снимай личину. А я пока разберусь с этой паскудой.

Я улыбнулась – и провела пальцами в воздухе, словно сдергивая покрывало.

– Сука!!! – взвыл Эрвас.

И тут же заткнулся. Отражать град ударов, который обрушил на него Тёрн – и одновременно ругаться у мерзавца не получалось. А Тёрн все наращивал и наращивал темп. Мелькал в левой руке короткий кривой кинжал. Свистела, рассекая воздух сабля. Пела и гудела, разогреваясь просто от скорости движения.

Тёрн атаковал, развернулся ко мне спиной – и я заметила на плаще несколько неаккуратных темных пятен. Ранен!?

– Нет. Это чужая кровь.

Я перевела дух. Если с его величеством чего случится, Директор с меня шкурку на сувениры пустит!

– Вот меркантильная особа! А я?то думал, ты обо мне заботишься!

Забочусь. Но вслух этого никогда не признаю. И вообще, изволь не отвлекаться, когда убиваешь родного дядюшку!

– Я его все равно пришибу. Даже если попутно начну романсы распевать.

– Сначала пришиби – потом романсы.

Я поползла по полу поближе к Аманде. Так, на всякий случай.

– Твой друг хорошо владеет оружием? – спросила Аманда.

В голосе женщины звенели странные нотки. Я передернула плечом.

– Расслабься, подруга. Если мой приятель решит кого?то убить – можно смело заказывать венок с красивой надписью.

В этот момент Тёрн как?то извернулся – и полоснул Эрваса по животу. Несильно. Царапина. Внутренности, во всяком случае, не вывалились.

– Не убивай его, он нам живой нужен! – взвизгнула я.

– Еще чего! Живенько считай его память – и хватит! Нельзя оставлять в живых такого поддонка!

В отличие от своего противника, Тёрн даже не запыхался. Не то, что устать, у него даже дыхание не сбилось.

Еще бы!

Тёрн вовсю пользовался своими способностями в бою. И получалось классическое: 'Я знаю, куда ударит меч моего врага, еще до того, как он его поднимет'. Элвара и тренировали с учетом этой его особенности. И получалось – восхитительно. Живая машина смерти.

Мэнди тронула меня за рукав.

– Ёлка, он мой брат.

– Нет, – отрезала я. – Он сам отрекся. Ты слышала. Я слышала. И я знаю, что говорили Основатели. И ваши Создатели – тоже. Предатель – хуже рака. И должен быть немедленно удален, дабы не разросся и не заразил всех, кого можно и нельзя.

– Но…

– Нет.

И Мэнди отступила. Но покачала головой.

– Ты – жестока.

– Я – боевой маг. Буду, – просто пояснила я. – Глупо оставлять за спиной живого зомби. А твой Эрвас – он и есть. Живой, но зомби, агрессивный, подлый и обязательно нападет. Ему корона остатки мозгов вынесла.

– правильно! – Тёрн парировал очередной удар Эрваса кинжалом, взмахнул саблей – и дядюшка оказался крепко приколотым к стене. Меч пробил ему середину груди.

– Считывай память, – подбодрил меня элвар.

И уже только для меня:

– Сделай вид, что считываешь, с остальным я и сам справлюсь. И тебе сейчас все расскажу.

Я повиновалась. Подошла, протянула руки, усилием воли вызвала вокруг ладоней несильное свечение – дешевая обманка выученная еще на первом курсе.

Эрвас задергался, но где ему бедному, было тягаться с элваром?телепатом. Тем более таким, как мой Тёрн! Высший уровень, не хвост свинячий!

– Вот спасибо!

– Ты читай, не отвлекайся!

Чем элвар и занялся.

Мэнди стояла вся бледная, но нам не мешала. За руки не хватала и в обморок не падала.

– Готово. Если вкратце – сам он просто дурак. Кобелировал почти до тысячи лет. А потом нарвался на Вольгиану. Кстати посмотри. Симпатичная стервочка, верно?

Тёрн взглянул мне прямо в глаза – и я ощутила, как мой мозг заполняют образы. Лица. Люди. Голоса.

Вольгиана действительно была хороша. Милое, почти детское личико, редкость среди элваров, красивых хищной и жестокой красотой. Пухлые губки, удивленно вскинутые (читай – умело выщипанные) бровки, огромные голубые глазки – и при этом натуральные светлые волосы. Весьма искусно уложенные в 'естественном беспорядке'. Ага, очень небрежном и безыскусном. Шесть золотых и три часа работы опытного мага.