Елка и терн. Тетралогия (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 341

Вроде бы безобидно?

Вот и Лида так решила. У нее в семье вообще не было отвращения к физическим контактам. Что такого?то? Она и сама могла обнять человека под настроение…

А может и догадывалась, но старалась не будить спящую гиену.

– Догадывалась. Но старалась отогнать эту мысль. Она этому уроду во внучки годится.

– Ты его уже увидел?

– Ага, смотри…

Муж спроецировал мне картинку из воспоминаний Лиды. И я поморщилась. Нечто с тонкими руками и ногами, но большим пивным животом. Седые волосы со старательно зачесанной лысиной. Поросшие шерстью пальцы. Морда старой черепахи. И омерзительный запах старого больного тела. Тела человека, который не слишком?то следит за собой. Меня аж передернуло.

– Профессор Козлимник Алессандр Парисович, прошу любить и жаловать,

 – прокомментировал муж.

Бедная девочка, как ее только не стошнило.

– От неожиданности. Лаборатория изнутри не закрывается, она завизжала на весь этаж, шарахнулась… вот посмотри…

И я словно наяву увидела, как девушка сидит за какой?то техникой, как подходит это старое чмо, облапливает ее сзади и начинает целовать в шею, бормоча при этом что?то вроде 'Не сопротивляйся, тебе будет хорошо…'. Я почти физически почувствовала ее ужас и отвращение. Лида дернулась, выскочила из?за установки и взвизгнула на всю лабораторию:

– Пустите немедленно!!! Не смейте меня трогать!!!

Схватила сумочку и вылетела стрелой за дверь.

Бедный ребенок.

– А почему она пошла жаловаться Гошке?

– В том?то и дело. Ей просто некому. Ни сказать, ни пожаловаться. Даже совета попросить. Родным? Да они разволнуются, станут нервничать, переживать, страдать… Друзьям? У нее есть подруги. Но кто?то работает вместе с ней – и она боится огласки. Кто?то слишком близко знаком с ее родными – и опять же она не хочет волновать мать и бабушку. А кто?то просто трепло. Гошка – идеальный вариант. Он не болтун, не станет рассказывать ничего ее родителям… и кстати, она ему нравится.

– А он ей?

– И он ей.

– Так может…

– А может, пусть они сами решают?

– Никаких самих! Если ты считаешь, что девочка хорошая – пусть Гошка женится. Где он еще такую найдет? Сам знаешь, дети богатых родителей…

– Ох, знаю. А теперь поговори с братом…

Я вздрогнула и перевела взгляд на братца. Тот сидел красный и недовольный. Лида была не лучше. Ее аж всю трясло.

– я что – так похожа на шлюху?! – вопросила она. – Я же… я не давала ему повода!!! Клянусь!!!

– Не врет.

– Я знаю, – мягко ответила я. – Просто есть такие подонки, которые считают себя божьим даром…

– И что?! Если я красивая – я обязана спать со всеми подряд!? Если я одеваюсь так чтобы показать свою внешность – я доступная женщина!? Ненавижу!!!

– Глупости, – успокоил ее Тёрн. – Вот посмотри на мою жену. Она красивая. Но никто не считает ее доступной.

– потому что я все могу доступно объяснить. Парой огненных шаров.

– И это тоже.

И уже ребятам.

– Пойми, ты красива. Но это вовсе не значит, что ты – проститутка. Или что с тобой можно так поступать. Просто тебе попался подонок. Такие бывают.

– пока им что?нибудь не отрывают. У меня есть два предложения.

– Какие?

– Первое. Вы с Гошкой женитесь.

– Что?!

– Как!?

Ребята аж шарахнулись. Не сидели бы – так упали.

– Объясняю. Хотите – пусть у вас будет фиктивный брак. Лида у себя, Гошка у себя, – коварно предложила я, вспоминая, чем закончилось подобное предложение от Тёрна. – Но пусть у вас будут кольца и штампы. Можете даже ничего не говорить родителям. И не менять фамилии.

Ребята переглянулись.

– а Лида закончит аспирантуру – и разведетесь, – спокойно добила я. – Гошка может спокойно встречаться с девушками – он ведь женат. Если что?то Лида даст ему свободу. То же и с Лидой. Разве плохо?

Ребята переглядывались.

– я не хотел бы…

– я не планировала, – начали они одновременно.

Я фыркнула.

– Ребята, это всего лишь штамп в паспорте. Если хотите – подпишите еще и брачный контракт. Типа, каждый при своем и никто ни на что не претендует. А я схожу в институт.

– А ты сможешь? Ты только начала восстанавливаться…

– Разумеется. Но ребята помогут. Из Эвина выйдет прекрасный пес?призрак…

Тёрн расплылся в шкодливой усмешке. Он также понял, что я хочу сделать с подонком.

– Ну? Согласны?

Ребята переглянулись. Кивнули.

– вот и отлично. Гошка, сходите завтра, подайте заявление. Заодно Лида будет вне подозрений. И чтобы завтра вечером вы были где?то, где вас могут увидеть как можно больше людей.

Лида чуть побледнела.

– Вы его не убьете?

– Нет. Руки еще марать об эту сволочь. Как зовут сволочь, кстати?

Имечко я и так знала, но не открывать же детям все наши способности? Еще не хватало!

– Профессор. Козлимник Алессандр Парисович.

– Не поняла? Откуда имечко? Не Александр?

– Нет. У него предки были повернуты на древних греках, изучали, даже диссеры писали. А дитятко подалось в математику.

– Ясно. Значит, устроим ему показательную экскурсию по царству Аида, – криво ухмыльнулась я, вспоминая мифологию.

– Но…

– Меньше знаешь, лучше спишь.

Лида кивнула, опуская ресницы.

– Так?то. И расскажи подробно – что, как, где, сколько…

***

Следующий день был посвящен разработке плана и подготовке. А ближе к вечеру, когда на кафедре гарантировано никого не оставалось, мы пошли на дело.

То есть пошла я.

Я еще не могла бросаться огненными шарами, но заклинание иллюзии уже держала. И даже могла показать что?то отвлеченное. А почему нет?

На электронный ящик мерзавца упала коротенькая записка:

'Я не желаю выносить это дело на всеобщее рассмотрение. Прошу Вас быть на кафедре в 6?30 вечера. Лида М.'

Этого хватило. И я с удовольствием пронаблюдала свет, горящий в окне кафедры. А потом толкнула дверь – и вошла. Специально завернулась в бесформенную хламиду, махнула удостоверением личности – и проскользнула внутрь. Тёрн даже такими приемами не пользовался. Набросил невидимость и прошел. Вместе с Эвином, Лергом и Керроном. Только турникет качнулся. Я предупреждала о наличии камер. Им?то глаза не отведешь. Но зато прекрасно сработал клочок тумана, насланный Лергом. Маленькое черное облачко тумана на пару минут приклеилось к объективу – и ребята проскользнули внутрь, пока охрана пыталась понять, что же у них не в порядке.