Долгий поцелуй на прощание - Рутледж Виктория - Страница 101

(Запасной прием: изуми противника внезапной уступкой.)

…Но то, что ты сделала, — это то же самое, что сделала твоя мать. Даже хуже, ведь ты по себе уже знаешь, как плохо от этого бывает. И, — быстро продолжала она, пока Кресс не опомнилась от нежданного нападения, — вдобавок ко всему, твоя книга никуда не годилась! Она была просто никудышной! Ты должна благодарить Данта! У него настоящий талант! Но ты же не признаешь этого. Благодаря его дару тебе предлагают кучу денег за книгу, за которую ты не получила бы ничего!

— На прошлой неделе ты говорила по-другому!

— Я солгала! — тут Кэт немного дрогнула, потому что Элейн, наверно, купила бы и версию Кресс. Но не могла же Кэт нести ответственность за дурной вкус главного редактора! Она продолжала: — Если ты думаешь, что можно злоупотреблять доверием твоего брата, Гарри и моим ради мести матери, если ты полагаешь, что это какая-то извращенная методика лечения, то ты еще больше мерзавка, чем мы считали! И, на мой взгляд, Крессида…

(Еще один запасной прием: используй имя противника как удар кулаком.)

— …Ты поступила как последняя сволочь!

Кэт торжествующе вычеркнула из своего списка «злоупотребление доверием!», «Гарри!», «точь-в-точь мать!». Ее рука дрожала. Она не заметила, что в соседнем кабинете, у Меган, собралась небольшая толпа, что Элейн вернулась к своему столу и ее крапивный чай стыл, а челюсть опускалась все ниже и ниже, пока она слушала все возвышающийся голос Кэт.

— Не смей указывать мне, что можно и что нельзя использовать для моего личностного роста… — угрожающе начала Кресс.

— После всего, что я прочла в этой книге, ты не имеешь права мне что-нибудь объяснять! — возразила Кэт и сжала зубы. Как легко спорить, когда не видишь противника. — Проще говоря, тебе повезло, что я с тобой вообще разговариваю! У нас все разговоры записываются, и я смогу тебя официально обвинить! Неудивительно, что Мэнди сбежала! Наверно, она увидела черновики слишком рано?

— Знаешь, я проконсультируюсь со своими юристами…

— О, внезапно все проясняется! — Кэт прижала трубку к уху плечом, чтоб связать распущенные волосы в хвост. — Мэнди работала в издательстве, и это не совпадение, могу побиться об заклад! Это было частью плана, да? Она должна была протолкнуть твою рукопись, устроить ее публикацию, снабжать тебя нужной информацией…

— Как ты разошлась, когда дело коснулось денег…

— Замолчи, я не кончила, — рыкнула Кэт, втыкая в стол кончик ручки. — Так вот почему тебе так хотелось, чтобы комнату снимала обязательно девушка, — для осуществления твоего плана! Я была просто идеальным вариантом — я ведь еще и работала там же! И ты так старалась стать Моей Новой Лучшей Подругой! Ах ты, расчетливая сволочь! Я должна была догадаться…

— Что я обычно не общаюсь с такими, как ты?

Кэт вздрогнула.

— Надеюсь, ты отдаешь себе отчет, во что ввязалась, вступив в союз с Дантом? — Кресс не упустила шанса воспользоваться заминкой. — Он самовлюбленный, недоразвитый, надменный недоносок, он выжмет из тебя все, что ему надо, и просто растопчет тебя! Может, ты думаешь, что знаешь его? Ты же такая умная и сумела разобраться с этим бредом про наше детство! Но на твоем месте я была бы осторожней. Ты не представляешь, во что вляпалась с Дантом. Не представляешь. Он переменчив.

— Знаешь, Кресс, это звучит так, будто ты ревнуешь. Может, так и есть? Посторонний человек слишком много времени проводит с твоим братиком?

В безрассудном ослеплении Кэт готова была уже выпалить колкость в духе любимых намеков Анны Флэйл про инцест — тех намеков, что дали повод родительскому комитету школы наложить запрет на книгу. Слова уже почти сорвались с губ, но тут болезненно напомнил о себе мочевой пузырь.

— Ну, и что же, по-твоему, я должна сделать? — поспешно полюбопытствовала Кэт. — Ворваться на заседание редакции и возгласить, что книгу, которую они хотят купить, сочинила вовсе не ты, что ты просишь их придержать у себя полмиллиона фунтов? Или сообщить Филу, что ты в Валь д'Изер и кому-то другому пришлось дописать твою рукопись? Или рассказать всем, кто настоящий автор? Пусть он получит все денежки? Знаешь, Дженифер Спенсер весело посмеется над этим недоразумением. А потом подумает, что ты человек ненадежный и безнадежный и зачем на тебя тратить время? С такими, как ты, ни в чем нельзя быть уверенным. — Кэт старалась говорить непринужденно и саркастически, но голова ее кружилась, как у пьяной. — Что я должна сделать? Тебе решать.

Наступило долгое молчание. Кэт казалось, что она слышит судорожное дыхание Крессиды. Она подавила инстинктивный порыв сочувствия, вспомнив, что слезы — последний запасной прием в споре. Случай Кресс, несомненно, вызывал жалость. Если убрать все крики и оплеухи и подумать: неужели у нее на самом деле такие представления об отношениях человеческих существ? Если да, то в душе Кресс действительно что-то серьезно надломлено, и скверно, что до сих пор никто не указал ей на это.

— Я просто не понимаю, почему вы так обошлись со мной, — очень тихо сказала Кресс. — Я не понимаю, зачем вам понадобилось так обижать меня. Дант — да. Он ублюдок. Но ты… Я думала, ты мне подруга.

— Да, я тоже так думала.

Кэт заставила свой голос звучать сухо, хотя ей хотелось расплакаться. Напряжение, не отпускавшее ее всю неделю, достигло наибольшей силы. Все плыло перед глазами.

— И не думай, будто победа осталась за тобой или еще что-нибудь столь же наивное, — продолжала Кресс, по-прежнему тихо и слабо. — Потому что я вряд ли оправлюсь от вашего удара. Психологическая травма…

Кэт взорвалась:

— А удар по Гарри? А по Данту? А по мне? Хватит с меня! Я расскажу Элейн, что происходит. Если ты захочешь насочинять что-то еще — пиши! Но не вини меня, если никто не захочет к этому прикоснуться.

— Не надо! — вскричала Кресс. Затем она помолчала, словно борясь с собой, и сказала обычным голосом: — Мой адвокат свяжется с вами в ближайшее время.

И положила трубку.

Кэт медленно опустила свою и попыталась успокоить дыхание. Все тело точно покрыло липкой пеленой пота.

Рука ее замерла на телефоне. Позвонить ли Данту, рассказать, что случилось? Или Гарри? Вдруг он возьмет ее куда-нибудь пообедать? От возможных сложностей, связанных с обоими этими вариантами, Кэт стало еще хуже. Она решила, что безопаснее всего на месте посоветоваться с Изабель.

И выпить кофе. Кэт внезапно ощутила неотложную потребность выпить эспрессо.

«Наверно, наркоманы чувствуют то же самое», — размышляла Кэт, поднимаясь. Ноги дрожали. Рядом с ней шныряло подозрительно много народа. Когда она проходила, все судорожно хватались за какое-нибудь дело.

Кэт прошла по коридору не более трех шагов. Элейн, стоявшая у ксерокса, поманила ее в кабинет Дженифер. Лицо ее было не очень любезным. Убедившись, что Дженифер в кабинете нет, Элейн захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной. Ее вид не предвещал ничего доброго. Она явно брала уроки в Школе Поз Дженифер Спенсер.

— Какой на вас красивый костюм, — начала Кэт. — Вы куда-то идете обедать?

Элейн сложила на груди руки. «Может, у нее просто занятия в вечернюю смену», — предположила Кэт.

— Я слышала твой разговор по телефону, — сказала Элейн.

— А я и не заметила, что вы стоите за спиной, — заявила Кэт, чувствуя новый прилив негодования. — Или вы подслушивали под дверью?

Элейн помрачнела.

— Кэт, не надо язвить. Р. А. Харпер — это ты? Ты написала эту книгу?

Камень свалился с души Кэт. Так вот о чем она беспокоится: неловко отдавать полмиллиона младшему редактору. Неудивительно, что на лице Элейн испуг, — Дженифер взбесил бы такой ход событий.

— Нет, Элейн, Р. А. Харпер — это не я. — Строго говоря, это правда. — Но я ее знаю, — добавила Кэт, решившись на откровенность.

— Что? — вскрикнула Элейн. — Ее? Кто она? Ты должна мне сказать!

— Гм, а разве не Фил…

— Говори немедленно!

Элейн развела в стороны костлявые руки и двинулась к Кэт.