Нед.Трилогия (СИ) - Щепетнов Евгений Владимирович - Страница 157

Что теперь Санда могла сделать? Лишь ждать, и надеяться, что когда-нибудь вернется Нед, и все как-то да утрясется. И еще — эти люди жестоко ошибались, считая Санду недалекой дурочкой, которой будет легко управлять. Девушка строго контролировала каждый свой шаг, и лишь изредка, забывшись, демонстрировала свой недюжинный ум.

Через полгода после того, как началась ее эпопея с восшествием на трон, она уже ненавидела свою родню. Мать ударилась во все тяжкие, постоянно пребывая в компании молодых придворных, из её комнаты время от времени выныривали гвардейцы охраны и по утрам на груди и шее женщины обнаруживались синяки поцелуев.

Тетка мало чем отличалась от сестры — такая же распутная, растленная интриганка, думающая лишь о власти и о деньгах.

Глава клана Броганов — самодовольный, самоуверенный заносчивый тип, рассматривающий Санду похотливым взглядом — если бы не то, что она должна быть девственницей… Впрочем — все впереди, она таки-чувствовала, как далеко идущие планы со скрежетом проворачиваются в его лысеющей голове. Кто мешает жениться на своей троюродной племяннице, когда та станет королевой? И от её имени править страной… Она же дурочка, ей что прикажешь, то сделает.

Санду сводили к лекарю, который восстановил её девственность. Больно, противно, и глупо — с её точки зрения. Она так и не поняла — как эти люди собираются вытравить из голов людей память о прошедшей свадьбе с Недом, о том, что она длительное время жила с ним в одном доме и спала в одной постели. Ну ладно — выкупили и уничтожили книгу записей из храма. Но в головах-то людей осталась «запись»! Весь городок знал, что она жена сержанта Неда Черного!

Санда размышляла над этим, и пришла к двум неутешительным выводам. Первый — эти твари собираются убить Неда. Собираются сделать так, чтобы он никогда не встретился со своей женой. Тут она злорадствовала — несколько десятков бандитов не смогли остановить Неда, черного мага! Да он любых гадов на куски порвет!

И второй вывод — он был более грустным. Зачем выжигать из умов людей воспоминания об их свадьбе? Записей о свадьбе нет, она теперь Санда Броган, а не Санда Нитуль, если кто-то из прошлой жизни увидит её в столице и попытается напомнить о себе — его или уберут, или убедят, что он ошибся, что ЭТА девушка совсем не ТА девушка. Теперь девственность на месте, так что — препятствий для восхождения нет. Путь наверх открыт.

Дворец не выглядел чем-то потрясающим — обычное длинное здание в два этажа, выстроенное в форме овала. Лепные украшения, камень, прикрытый бежевой штукатуркой — ничего такого особенного.

Внутри — он поражал своим великолепием. Замар не был бедной страной, это сразу было видно по убранству королевского дворца. Сияющие лаком полы из красного дерева, стены, затянутые драгоценным шелком, доставляемым с соседнего континента, позолота, лепнина, причудливая мебель — все, что может поразить неокрепшее воображение провинциальной девчонки. И оно было поражено.

Санда не подавала виду, но девушку потрясло убранство дворца. Её будто ткнули в него лицом, приговаривая: «Видишь, что ты получишь, если будешь правильно себя вести!» Положили на весы Неда, паренька из далекой приморской деревни, а на другую чашу — все ЭТО — роскошь, богатство, власть. Что перевесит? И всего лишь надо забыть, выкинуть из головы этого паренька, засевшего в её сердце. И Санда получит всё, что она видит. Все, что пожелает Сможет ли она забыть Неда? И захочет ли она это сделать?

Этот вечер навсегда остался в её памяти. Взгляды дам, хмуривших брови при виде красивой соперницы, откровенные, полные желания взгляды мужчин, наперебой приглашавших её на танец — месяцы обучения не прошли даром, и Санда кружилась легко, самозабвенно, наслаждаясь прекрасной музыкой, танцем и великолепными партнерами.

После долгого затворничества перед ней будто отворили ворота в прекрасную жизнь.

Хелга Броган внимательно следила за дочерью, затем, усмехнувшись, тихо шепнула стоящей рядом сестре:

— Входит во вкус, тебе не кажется?

— Это хорошо — довольно кивнула та — пусть почувствет вкус настоящей жизни. И тогда — она не сможет от неё отказаться. Ведь ты же не смогла?

— Не смогла — скривилась женщина, отыскивая взглядом капитана стражи Юбара, с которым сегодня провела ночь — столько лет в глуши…без балов, без…

— Ничего. Наверстаешь — усмехнулась Энтана — опять к своему офицерику? Смотри, чтобы проблем не было. У него таких как ты — целый полк.

— Я лучше всех! — гордо заявила Хелга и медленно, как львица, скрадывающая дичь, пошла к офицеру, беседующему с какой-то красоткой, милостиво допускающей Юбара до своих розовых ушек. Он что-то шептал, наклонившись к даме, и та благосклонно выслушав кавалера, жеманно рассмеялась, покраснев и прикрыв рот драгоценным веером.

Энтана проводила сестру взглядом, снова посмотрела на раскрасневшуюся, прекрасную Санду, талию которой обнимала рука одного из присутствующих здесь молодых кавалеров и перевела взор на королеву, сидящую на троне. Властительница задумчиво смотрела на кружащиеся пары, потом что-то приказала фрейлине, стоящей рядом, и та сделала знак рукой стоявшему чуть поодаль виночерпию с подносом и хрустальными бокалами. Мужчина поклонился и подал королеве бокал красного вина, разбавленного прозрачной колодезной водой. Женщина отхлебнула, слегка поперхнулась — видимо вино было слишком холодным, поставила бокал и с минуту откашливалась, покраснев и прослезившись. Потом успокоилась и снова начала смотреть на танцующие пары, время от времени подзывая фрейлину и что-то ей говоря — видимо расспрашивая о гостях.

Увидев Санду, она удивленно подняла брови, а когда фрейлина сообщила о том, что это за девушка, резко что-то сказала и нахмурилась, с ненавистью глядя на беззаботную бастардку.

Энтана заволновалась — хватит, надо уводить девушку. Иначе…да кто знает — что там иначе. Может случиться все, что угодно. Отметились, засветились в обществе, заявили о своих намерениях и хватит — пора домой.

Энтана подала знак Хелге, и та, уцепив Санду, вырвала её из цепких объятий одного из отпрысков древней дворянской фамилии, уведя за высоченную дубовую дверь.

Через десять минут они уже ехали по мостовой города, снова в плотной толпе охранников.

Энтана довольно улыбалась, удовлетворенная эффектом произведенным появлением на балу Санды, а Хелга вспоминала своего партнера-капитана, с которым она договорилась о свидании сегодняшней ночью.

Санда же сидела закрыв глаза, в её ушах звучала прекрасная музыка, которую играли в огромной зале, и которая заглушала все мысли, кроме одной — как хорошо! И как хочется, чтобы это все продолжалось снова и снова.

Королева умерла ночью. Ей внезапно стало плохо, и гвардеец, полночи усиленно трудившийся над её молодым телом, не сразу заметил, что партнерша посинела и на губах её выступила пена. Когда к трупу королевы вызвали белого мага — было уже поздно.

Впрочем — поздно было уже несколько часов назад. Древний яд, состав которого знали теперь совсем немногие, действовал наверняка, и против него не было противоядий, известных королевским лекарям. Только маг мог спасти женщину, но лишь в том случае, если лечение начато до появления пены, указывающей на скорую и неминуемую смерть.

Виночерпия никто не нашел. Его труп благополучно объели морские рыбы, а остатки плоти выщипали крабы-падальщики. Воспользоваться полученными золотыми он так и не смог, они вернулись к тем, кто организовал это убийство.

Король все-таки был жив. Он превратился в разлагающийся кусок мяса, но каким-то чудом жил, на остатках своего, прежде очень крепкого здоровья.

Его сын тоже был жив. Он так и читал свои книги. О чем? Никто не знал. Принц был очень скрытным человеком.

Столица погрузилась в тревожное ожидание катаклизмов, которые потрясут страну и возможно бросят её в пучину гражданской войны. К поместьям родовитых дворян стягивались наемники, в их владениях шел набор рекрутов — все готовились к войне. Уже забыты исфирцы, только недавно угрожавшие столице, все вытеснила одна, единственная мысль — кто будет править Замаром?