Мимолетная страсть - Корнуолл Лесия - Страница 62

— Они исчезли! — взвыла Джейн. — Все драгоценности исчезли! Онория забрала их!

В дверях появился Адам. Он выглядел измученным и держал в руке пистолет.

— Марианны нигде нет. Я обнаружил запертых в подвале слуг, но они клянутся, что ничего не знают. — Увидев стонущую Джейн, все еще проверяющую пустые шкатулки, он нахмурился. — Что здесь происходит?

Финеас наклонился, поднял брошенный Джейн платок и протянул его зятю.

— Ты ошибался насчет Изабель. В ее записке сказано, что ей и Робину угрожает опасность, и это не уловка. Чарлз и Онория увезли мальчика с собой. Скорее всего он был в той карете у гостиницы.

— Мисс Кирк, где моя жена? — схватив ее за руку, спросил Адам.

Джейн подняла на него глаза и наморщила лоб.

— А я-то откуда знаю? — грубо отрезала она.

— Похоже, вы знаете намного больше, чем положено прислуге, — сказал Адам. — Приезжала сюда моя жена, чтобы повидаться с Изабель? — Он прижал пистолет к ее виску. — Отвечайте!

Джейн с криком отскочила в сторону и ударилась о тяжелую позолоченную раму портрета Онории. Огромная картина затряслась, словно нарисованное лицо собиралось ожить. Джейн ахнула, глядя, как портрет наклоняется вперед.

— Онория! — завизжала она, но было слишком поздно. Хозяйка упала на нее, тяжелая рама глухо стукнула по голове. Джейн рухнула на пол под тяжестью картины и осталась лежать неподвижно.

Финеас опустился в кресло, слишком маленькое и изящное для мужчины, да, пожалуй, и для Онории тоже. Адам засунул пистолет за ремень и отвернулся от упавшей служанки.

— У тебя опять идет кровь, Фин, — холодно произ-нес он.

Он подошел к звонку и дернул за шнур. Появилась горничная. При виде торчащих из-под портрета ног и потрепанного Финеаса глаза ее округлились.

— Горячей воды и бинтов, — приказал Адам. — И настойку опия, если у вас есть.

— Где леди Изабель? — выдохнула девушка, забыв о правилах поведения, и показала на портрет. — Она не…

— Это мисс Кирк, — сказал Финеас. — Леди Онория сшибла ее с ног и ввергла в беспамятство.

— Она заперла нас в подвале и сказала няне, что лорд Чарлз и леди Онория увозят Робина с собой. Бедняжка чуть с ума не сошла, а Изабель… — Девушка замолчала, глядя на них безумными глазами. — Прошу вас, милорды, скажите, где леди Изабель?

Перед глазами Финеаса все поплыло. Он резко втянул в себя воздух и взглянул на Адама.

— Это «W», Адам, а не «М», и означает оно аббатство Уотерфилд. Онория использовала носовые платки Шарлотты Фрезер для указания места, а не человека. Могу поспорить на что угодно, они с Чарлзом и Реншоу прямо сейчас едут в Уотерфилд, а Изабель мчится следом, чтобы спасти сына. Вероятно, Марианна с ней.

Лицо Адама посерело.

— Уотерфилд? Боже, Финеас, нет! Они войдут прямо в ловушку! — Он запустил пальцы в волосы.

— Что, черт возьми, это значит? — требовательно спросил Финеас.

Адам уставился на него, плотно сжав губы, глазами пустыми и жесткими.

Финеас медленно поднялся на ноги. Адам что-то от него скрывал.

— Какую ловушку? — спросил он.

— Похитители приехали вчера в Эйлсбери за королем Людовиком, — помолчав, ответил Адам. — Мы подсунули им самозванца и позволили увезти с собой, чтобы проследить за ними до настоящих заговорщиков. Если Реншоу сейчас едет в Уотерфилд… — Он сглотнул. — Если Марианна окажется у него на пути…

Финеасу показалось, что его желудок упал в сапоги.

— И ты не счел нужным сообщить мне об этом?

Адам вздернул подбородок.

— Прости, старина. Я подумал, что ты теряешь чутье. Все эти разговоры об увольнении и о таинственных женщинах в масках… Да еще ты играл в какие-то игры с невесткой Мейтлендов. Я сомневался, можно ли тебе доверять. — Он помолчал, глядя на Финеаса ввалившимися глазами. — Можно?

Финеас не ответил.

— Есть виски или бренди? — спросил он у горничной.

Она расшвыривала ногами пустые шкатулки из-под драгоценностей, чтобы добраться до настойки опия, хранившейся в сейфе.

— Похоже, она увезла с собой все-все, будто и не собирается возвращаться! — сказала девушка, выкинув из сейфа связку бумаг. Они приземлились у ног Финеаса. Он поднял их, чувствуя, как сильно кружится голова, и засунул в карман, стиснув от боли зубы.

— Финеас? — Ему казалось, что Адам разговаривает с ним через дымоход. — Принеси бинты! — рявкнул зять на горничную, выхватив из ее руки пузырек с опием. — Я оставлю тебя здесь, Блэквуд, — сказал он, когда девушка вышла. — В Уотерфилд я поеду один.

Финеас заставил выпрямиться свое истерзанное тело и выбил склянку из рук Адама.

— Черта с два. Я ни под каким видом не останусь здесь. Изабель просила меня помочь, и будь я проклят, если позволю тебе убедить меня, будто она предатель.

Конечно, Адам не знает ее, еще не может разглядеть под унылой маской восхитительную женщину. Но это все впереди.

— Поехали! — прорычал Финеас. Его рука была липкой от крови. Он воспользовался кружевным носовым платком, чтобы оттереть ее, а потом просто отбросил метку контрабандистов. — Мою рану нужно зашить. Займешься этим по дороге.

Адам поморщился.

— Я управляюсь с иголкой не намного лучше Марианны.

— Марианна не может проложить ровный шов, — сквозь стиснутые зубы произнес Финеас.

— Я тоже. Но мои матросы говорят, что дамы любят мужчин со шрамами.

В самый темный час ночи к дверям Мейтленд-Хауса подкатила повозка. Лошадиные копыта замотали тряпками, чтобы они не стучали по каменной мостовой.

— Я приехал за леди, — сообщил Финчу у дверей мужчина в надвинутом на лицо капюшоне. Остальные слуги столпились за спиной дворецкого, испуганными глазами глядя на изрезанное шрамами лицо приехавшего.

— Сюда, пожалуйста, — пригласила его Сара. — Она вот тут, слегка вздремнула.

Сара провела его в салон и указала на распростертую на кушетке фигуру с бледным лицом и влажной салфеткой на лбу. На салфетке, как одинокая красная роза, расцветало красное пятно.

Посетитель не задал ни одного вопроса. Он поднял Джейн Кирк, погрузил ее в повозку и уехал.

Глава 45

— Изабель!

Когда Изабель вошла в гостиную аббатства Уотерфилд, Онория уставилась на нее, как на привидение. Ее выпуклые глаза расширились еще сильнее, когда она заметила Марианну.

— И графиня Уэстлейк тоже. Какой неожиданный сюрприз.

— Где Робин? — требовательно спросила Изабель, не утруждаясь объяснениями. Желудок ее стиснуло страхом за ребенка и яростью.

Онория не ответила. Она пересекла комнату, устроилась на кушетке, как королева, и в упорном молчании сердито посмотрела на посетительниц.

Изабель подняла пистолет, который дала ей Марианна. Руки вспотели и дрожали.

— Где мой сын? — повторила она сквозь стиснутые зубы.

На мгновение глаза свекрови, увидевшей оружие, расширились, но она тут же захохотала.

— О, убери его, Изабель. Ты такая серая мышь, что никого не сможешь застрелить. — Онория с упреком глянула на Марианну. — Не ожидала, что нас почтите визитом вы, графиня Уэстлейк. — Она обвела рукой запыленную комнату. — Как видите, мы только что прибыли и не готовы принимать гостей.

— Мы не с визитом, — едко ответила Марианна. — Мы приехали забрать лорда Робина.

— Где он? — снова воскликнула Изабель, не в силах думать о чем-нибудь другом. Она взвела курок и прицелилась туда, где следовало бы находиться сердцу Онории, если бы оно у нее было.

Онория встала, подошла к Изабель, глядя на нее холодными глазами, и вынула пистолет из ее руки.

— Успокойся. Вот уж чего я точно не собираюсь делать, так это отвечать на твои вопросы, если ты будешь мне угрожать. С Робином все в порядке. Мы долго ехали, так что теперь он крепко спит наверху. Чарлз обещал позже отвести его на пляж, если будет хорошая погода.

Она отошла и положила пистолет на чайный стол, подальше от Изабель.

— На пляж? — эхом повторила Изабель, чувствуя, как от страха распирает грудь. — Как мистера Харта?