Больше, чем любовь (СИ) - Токарева Ольга "molishna" - Страница 7

- Если позволите, могу я вам предложить хорошее французское вино? – он быстро сходил в прихожую, где оставил сумку, и вернулся, держа в руках бутылку красного вина, – захватил с собой на всякий случай. Подумал, вдруг будет какой-нибудь хороший повод? Как в воду глядел. И вот еще сыр. Мой любимый. Вы такой пробовали? Наверняка нет.

Поль оказался очень живым в общении и болтал, не умолкая, словно они знакомы были уже сто лет. Они пили вино, говорили о его работе, командировке, досуге, об общих друзьях, живущих  в Париже. Вопросы в основном задавала она, но ответов почти не слышала. Натали надеялась, что, оставшись, этот человек сможет отвлечь ее от тягостных мыслей. Но от шампанского и последующего за ним вина ей стало еще хуже. Тоскливое состояние стало перерастать в муку, поскольку приходилось сдерживаться, делать непринужденный вид, выдавливать из себя улыбку, слушать, говорить. А все это мешало думать об Эрике и лить по нем слезы. Последней каплей в ее страданиях стал очередной вопрос Поля:

- Натали, я вижу у вас много вещей, связанных с Францией – книги, диски с экспозициями Лувра, фильмы, музыка, учебники французского. Вы были когда-нибудь во Франции или собираетесь?

Последовавшей за столь невинным вопросом реакции он никак не ожидал. Она посмотрела на него взглядом брошенного щенка, губы ее задрожали, и по лицу ручьем полились слезы. Она соскочила с места и побежала в ванную, не в силах сдерживать рыдания. Поль от неожиданности растерялся. Переждав немного и услыхав, что плач постепенно превратился в редкие всхлипывания и в какой-то момент прекратился вовсе, сменившись шумом воды, робко постучал в дверь:

- Натали, простите меня, пожалуйста. Я не знаю, что случилось. Если мой вопрос вызвал у вас эти слезы, еще раз простите. Но поверьте, я не мог предположить, что он может вас как-то обидеть, и искренне сожалею, что это произошло.

Натали вышла из ванной и вернулась в комнату. Холодная вода, пролитые слезы, а вместе с ними выплеснувшиеся горе, которое копилось долгое время, несколько сняли напряжение.

- Это вы меня простите, - Натали старалась взять себя в руки, - вы ни в чем не виноваты. Просто у меня неприятности…в личной жизни…в жизни…

- Я понимаю, у всех бывает.

Она ничего не ответила, а только подумала: «ничего ты не понимаешь, потому что ты – мужчина, и все вы одинаковые». Молчание затягивалось, и Поль понял, что сейчас ему лучше уйти. Поколебавшись несколько секунд, он почему-то передумал, и, понимая, что рискует очень сильно, спросил:

- Не хотите об этом поговорить?

К его огромному облегчению слез и истерик не последовало, и он услышал тихий короткий ответ:

- Хочу.

Натали рассказала ему обо всем. О знакомстве с Эриком по Интернету, о переписке, о том, как он приезжал к ней, о внезапном приступе и о своей болезни тоже. А потом закончила:

- Скажите, Поль, зачем он клялся в любви, писал такие письма, уверял, что наше будущее возможно только вместе? Зачем говорил, что моя болезнь не имеет для него никакого значения, строил планы, давал надежду, а потом просто исчез, разбив мою жизнь вдребезги?

Она понимала, что это риторические вопросы, которые задают себе все, которых кто-либо когда-либо бросил. И знала, что сейчас услышит стандартные ответы: «Значит, он не любил по-настоящему, тогда зачем он тебе нужен? Значит, он не твой человек. Ты молодая и встретишь другого…» и так далее.  Но она была обычным человеком с обычными мыслями, переживаниями и обычными человеческими чувствами.  Так что последняя реплика выглядела скорее выплеском обиды, нежели вопросом.

Поль не знал, что ответить, но потом, наконец, произнес:

- Я думаю, он любил вас. Любил по-настоящему, но просто оказался слаб, испугавшись трудностей, возможных в будущем. К сожалению, не все мужчины сильные. И потом, бывают некоторые обстоятельства жизни – материальные, социальные, этнические, юридические и так далее – которые довольно часто ломают очень крепкие чувства, даже семьи. Да вы это все и без меня знаете. Но терять больно всегда, поверьте, я знаю и очень хорошо понимаю, что вы сейчас испытываете. В таких случаях, если не получается ничем отвлечься и забыть, нужно просто переждать, переболеть болезнь, что-ли,…перестрадать страдание. Банально, но все-таки, всегда верно – время вылечит.

Наталья молчала. Стало ли ей легче после его слов, она не знала. Но какое-то успокоение или отрезвление он ей принес. А может, она просто устала. От своих мыслей, чувств, терзаний.

Поль взглянул на часы:

- Простите, Натали, но мне нужно идти, уже поздно. Да и вам стоит отдохнуть, я и так утомил вас своим присутствием.

- Извините меня, Поль.

- За что? – искренне удивился он.

- За мои слезы, за то, что жаловалась. Ни к чему было это. Просто вы появились в такой момент. Я не сдержалась.

- Вы не должны извиняться, Натали. Все нормально и естественно. Человек не железный, а женщина тем более. На что ж тогда мужчина, как не поддержать ее в трудный час? Ой, чуть не забыл...

Поль полез в карман пиджака и вынул оттуда маленького плюшевого медвежонка на веревочке:

- С днем рождения! Это мой талисман. Всегда со мной, приносит счастье. Пусть и вам будет.

- Ой, нет, я не могу! Это же талисман.

- За талисман не беспокойтесь, я куплю себе такого же, чтобы вы не волновались и не чувствовали себя виноватой. Обещаю. А по славному поводу дня рождения могу я пригласить вас завтра вечером в ресторан? Если вы не против и свободны, конечно. И покажете самый лучший – я ведь здесь ничего не знаю.

- Мой день рождения уже прошел, - смущено пробормотала она.

- Тогда будем отмечать мой, - Поль улыбался, открыто и очень по-доброму глядя ей в глаза.

- Вы шутите? У вас, правда, завтра день рождения? Вы шутите!!! – она засмеялась, разгадав его замысел.

- Правда-правда, хотите, паспорт покажу? – он суетливо стал рыться в пиджаке и хлопать себя по карманам.

- Не стоит, я вам верю, - остановила его Натали, - я согласна. Тем более, что сто лет не была в ресторане.

Они быстро попрощались, и Поль ушел. А Натали, впервые за много месяцев, уснула спокойным сном.

Следующий вечер прошел замечательно. Натали выбрала русский ресторан, и не ошиблась. Полю все очень понравилось: кухня была превосходной, интерьер безукоризненно выдержан в национальных традициях, атмосфера уютная и расслабляющая. Натали выглядела как никогда хорошо, и Поль высказал по этому поводу несколько элегантных комплиментов. Они наслаждались едой, отличным вином, музыкой, даже немного потанцевали, много разговаривали. И смотрели друг другу в глаза. Им было хорошо, комфортно, спокойно, тепло.

Возвращаясь домой и остановившись у подъезда, Натали, прежде чем сказать «до свидания», вынула из сумочки небольшую коробочку, обернутую в упаковочную бумагу и обвязанную лентой:

- С днем рождения!

- Что это?

- Подарок. В день рождения положено дарить подарки.

- Нет, что вы, я не могу! Вы не должны! – Поль по-мальчишески замотал головой и спрятал руки за спину. – И потом, я соврал. Мой день рождения тоже прошел, хотите, паспорт покажу?

После этих слов они весело захохотали. Успокоившись, Наталья, снова протянула подарок и сказала уже серьезно:

- Тогда пусть это будет ваш новый талисман. На счастье. Я не хочу у вас его отбирать. Если не возьмете, обижусь.

Поль взял сверток, снял бумагу и открыл коробочку. Там лежала, поблескивая лаком, красивая ручка с золотым пером.

- Это очень дорогая вещь. И если бы не ваши последние слова, я не смог бы ее принять. Но…Спасибо…Правда, я очень тронут и пока еще не заслужил, - взяв Натали за руку, он наклонился и слегка коснулся губами ее щеки, - я буду ею писать тебе письма. Можно?

- Можно, пиши, - не заметив, что они перешли на «ты», улыбнулась Натали, - я буду тебе отвечать.

Глава V