Нимфа по имени Ди (СИ) - Кириллова Наталья Юрьевна - Страница 104

  - Ну что ты, деточка, это не любовь. Страсть - возможно, а страсть проходяща.

  - Для этого вы привезли меня сюда? Чтобы показать, что отныне нашему браку ничего не грозит?

  - Я бы и рад, но это, увы, не так. Просто одной проблемой на данный момент стало меньше.

  Из центра вышли Илиан Лайвен и Майко, направились к чёрному джипу, на котором приехали вместе с девушками. А он так и не ответил ни на один её звонок. Индия хотела узнать, всё ли в порядке с Энид, и огорчалась с каждым новым "абонент временно недоступен". А ведь поначалу парень был совсем не против полуночных звонков... Или его просветили касательно её статуса? И жаль, что не удалось поговорить с Энид. Тогда, на мосту, когда девушка увидела боль, страх, отчаяние и вину, плескавшиеся в синих глазах прекрасного единорога, ужас потери и панику, хорошо знакомые ей самой, она вдруг поняла, насколько это глупо и малодушно - лезть на парапет из-за измены мужа. Собственные неурядицы внезапно показались ей мелочными и бессмысленными по сравнению с бедой волшебного создания. Она даже не испугалась, когда единорог превратился в красивую девушку. Утешая её, Индия неожиданно подумала, что могла бы помогать другим - выслушивать, поддерживать, сочувствовать по-настоящему, а не фальшиво уверять, будто сожалеет. Она могла бы сделать что-то более значительное, нежели просто упиваться собственными переживаниями.

  Чёрный джип уехал с площади, и девушка порадовалась, что Энид покинула город. Если она живёт вместе с Элоди и Ди в замке, то там ей определённо будет лучше, чем в Вере. Всё-таки понятия "единорог" и "мегаполис" странно сочетаются в одном предложении. А ещё Индия мысленно пожелала Энид счастья - ведь если в этом мире даже единороги страдают, то что остаётся простым смертным девушкам?

  - Отвезите меня домой, пожалуйста, - попросила Индия и отвернулась от окна, чтобы не видеть, как площадь пересекает чёрная спортивная машина, слишком элегантная, дорогая и броская. И знакомая.

  - - -

  В этот день рождался новый год, яркий, страстный и удивительный. Год встреч и расставаний, открытий и неожиданностей, перемен и возвращений на круги своя. Его ждали с радостью и трепетом, надеждой и чаяниями, с безотчётной верой в лучшее и в собственные мечты. Его ждали все, а сильнее всех - я. Может быть, потому, что накануне прощания со старым годом мне позвонил Илиан и намекнул на некий сюрприз к празднику? Наверное, поскольку последний раз он приезжал на моё день рождение, а это было два месяца назад.

  По древней традиции, в последний день уходящего года мы отмечали проводы старого, а на следующий - встречали новый. Вместе с наступившим три тысячи шестьсот тридцатым годом заканчивалось очередное десятилетие, ставшее значимым и для меня, и для наставницы, и для многих наших друзей. Могла ли я предположить, что моя жизнь изменится таким коренным образом? Знала ли Элоди, что ждёт её в этом необычном и непривычном на первых порах мире? Задумывалась ли Энид, что принесёт ей человеческая ипостась? Нет, едва ли. А ведь впереди ещё целый год, и лишь духи ведают, чем одарит нас он.

  Праздник был в самом разгаре, когда меня кольнуло странное, но смутно знакомое ощущение. Я замерла посреди гостиной, где мы уже традиционно проводили вечеринки, и оглянулась на закрытую дверь, ведущую в холл. Меня кольнуло сильнее, словно кто-то невидимый подтолкнул в спину.

  - Что-то случилось? - мгновенно насторожился Гидеон, до того ворковавший за столом с Жанной.

  Энид посмотрела на дверь и качнула головой.

  - Нет, всё в порядке, - заверила подруга.

  Сердце забилось быстрее и громче, и я, охваченная радостным предвкушением, пулей вылетела из гостиной. Рай понимающе убавила громкость игравшей музыки.

  Он стоял в освещённом холле, в расстегнутой толстой куртке, припорошённый стремительно тающим снегом и с улыбкой на лице, которое мало кто считал привлекательным. Не удержавшись от визга, я бросилась к нему в объятия, обдавшие меня принесённым с улицы холодком.

  - Ты всё-таки приехал!

  - Ну, я же обещал.

  - Ты намекнул, что меня ожидает сюрприз, - поправила я вампира.

  Илиан ласково улыбнулся.

  - Нет, я обещал, что приеду за тобой. Помнишь, в центре телепортаций?

  Я изумлённо округлила глаза.

  - Что?

  - Поедешь со мной?

  - Куда? - растерялась я.

  - Куда захочешь. Сестёр, например, навестить или полюбоваться на крепостные стены Сиама.

  - У тебя что, отпуск?

  - Ага. Бессрочный.

  - Опять?! А... Дом Зейден?

  - Видишь ли, я нашёл прямого наследника глубокоуважаемого Самуэля Зейдена, - пояснил мужчина. - Вернее, наследницу.

  - Кого же? - окончательно опешила я.

  Вампир усмехнулся.

  - Вы её неплохо знаете. Это Неонилла.

  - Нилла?!

  - Храмовница?!

  Я обернулась на голос наставницы и обнаружила, что вся наша честная компания, бросив танцы и праздничное угощение, облепила дверной проём. Даже Колин с любопытством выглядывал из-за маминых ног. Я смутилась и попыталась отстраниться от Илиана, но руки вампира, сомкнувшиеся на моей талии, удержали меня на месте.

  - Но ты говорил, что это практически недоказуемо, - вспомнила я.

  - Если очень постараться, логически обосновать можно многое, - отозвался мужчина. - Скорость реакции Ниллы и раньше наводила меня на мысль, что она может быть дочерью вампира. Но в тот памятный день, когда я вёз Ниллу к её брошенной во дворе машине, мы разговорились о её практике на Эос. И Нилла вскользь упомянула, что мать её, оказывается, родом с Эос. Я подумал, если Ниллина мать катесса со Старшей сестры, - а тамошние катессы немного отличаются от наших, - то она вполне могла родить от вампира. После вашего отъезда я вплотную занялся этим делом.

  - А-а, твоя идейка, - догадалась я.

  - Она самая, - кивнул Илиан. - Выяснилось, что мать Ниллы действительно мигрантка со златой Эос, причём нелегальная. Оказавшись на Первом материке, она познакомилась с Самуэлем и у них закрутилась сумасшедшая любовь. Вампир сделал возлюбленной документы, однако, будучи тем ещё ветреником, жениться на ней не торопился. Сообщение о беременности катессы изрядно его шокировало, и он поспешил откреститься от ребёнка. Гордая красавица, воспитанная в семье строгих правил, не стала требовать признания отцовства, а постаралась спасти свою репутацию, ответив на ухаживания одного почтенного катесса, состоявшего в Доме Зейден. Вскоре они поженились и зажили припеваючи до того светлого момента, пока не пришли из ордена. Храмовники следили за необычным плодом любви катессы и вампира и, как только девочка достигла нужного возраста, забрали малышку к себе. Нилла обучалась в аидском филиале ордена и приезжала на каникулы домой. По окончанию эосской практики её для удобства оставили в Вере, а отчим устроил секретарём в Дом Зейден.

  - И она согласилась возглавить Дом? - уточнила я.

  - Не сразу, - хмыкнул мужчина. - Но я её уговорил. А также предоставил её матери Арлене и Самуэлю неопровержимые доказательства происхождения Ниллы. Поняв, что отпираться бесполезно, Арлена всё подтвердила, а Самуэль, убедившись, что в жилах его бывшего секретаря течёт и его кровь тоже, признал Ниллу своей дочерью и, соответственно, наследницей. Вампирский Совет целый месяц обсуждал сию беспрецедентную ситуацию и консультировался с орденом. Тот на удивление покладисто согласился с новым назначением своего рыцаря, так, впрочем, и не вернув ей полномочия. Может, орден рассчитывает на сотрудничество с вампирским Домом, кто знает?.. В общем, Нилла встала во главе Дома Зейден, одновременно избавив себя от охоты за нечистью и приобретя кучу других проблем, а я с чувством выполненного долга покинул Небесную башню.

  - А что с Рагнером? - внезапно спросила Энид.

  - Они с Ниллой по-прежнему женаты, но пока находятся в разлуке: хотя действия Рагнера были признаны совершёнными в состоянии аффекта, он всё равно отбывает наказание в эосских шахтах.