Драконы Солернии (СИ) - Рогозина Екатерина - Страница 119

  Зато история с ворами, которыми занимался тот же четвёртый отдел, пролила свет на конфликт интересов двух старших Рофбольтов. Правда, это заняло у священников больше года, но они нашли нанимателя. Кто бы мог подумать, что им окажется старший сын Айзена Рофбольта, проживающий в одном из северных Кантонов. Ему, как жителю другой страны, не могли сделать практически ничего, разве что настоятельно порекомендовали не пересекать границу между нашими государствами, иначе солернийское правосудие могло настигнуть и покарать за попытку ограбления нашего гражданина.

  Оказывается, очередной племянник господина Евгения, сильно хотел заполучить некую вещицу, передающуюся среди Рофбольтов из поколения в поколения старшему сыну, который становился главой клана. Насколько я понял, это было что-то вроде золотой бляхи или пряжки с гербом. Именно из-за этой же вещи вышел спор у сеньоров Айзена и Евгения. Насколько стало известно, Айзен упирал на то, что Евгений давным-давно покинул Кантоны и живёт в Солернии и главенство в роде Рофбольтов ему без надобности. Он сначала просил, предлагал выкупить, потом угрожал, но с моим вспыльчивым хозяином такие номера не проходили. Он был дьявольски упрям и за всё, что считал своим, дрался до конца. В результате, Айзен не получил, что хотел, а господин Евгений расстался с жизнью после очередной их стычки.

  Бедная сеньора Камилла Кавалли, переживая за семью, пригласила дядю и отца к себе, в надежде, что они найдут общий язык, но всё закончилось весьма трагически. Этот конфликт прошёл мимо меня, потому что герр Айзен прибыл ровно в тот момент, когда я был в городе. Чтобы поссорится (точнее, окончательно обострить и без того давний конфликт) горячим кантонским господам хватило каких-то жалких полчаса. В результате, брат господина Евгения отбыл из поместья дочери с изрядной поспешностью и отправился в сторону границы.

  Старший сын Айзена, Николас Руфбольт, не расстался с отцовской идеей относительно клановой бляхи, именно так воры и оказались в нашем доме. Но господин Евгений, даже будучи мёртвым, бдил над своим сокровищем.

  Забегая немного вперёд, сразу скажу, что мы нашли семейную драгоценность Рофбольтов. К страшному разочарованию ди Ландау это оказалось вовсе не золото, а всего лишь позолоченное серебро. Поэтому на семейном совете было решено переслать эту бляху Кавалли, а именно маленькому Витторио. Если честно, я не понял, был ли это жест доброй воли со стороны моего подопечного, или же он из мести решил устроить хаос в семейных отношениях разных ветвей семейства Рофбольтов (пусть борятся за главенство между собой!) за то, что они заставили его побегать по их делам, но решил не прояснять этот вопрос. Иногда некоторых вещей лучше не знать. Кстати, мы выяснили, что за "железо" упоминал сеньор Дрюини. Кто-то добрый подсказал ди Ландау, где посмотреть, а уже он сунул мне под нос солернийско-кантонский словарь. Кто бы мог подумать, но имя Айзен и означало "железо".

  -Ненавижу предсказателей с их тупыми намёками и смысловыми играми, - фыркнул мой подопечный.

  Я подумал немного и мысленно с ним согласился... Ведь пойми всё верно господин Евгений, история могла бы повернуться по-другому. Впрочем... Об этом судить может только Король-Дракон.

  Теперь, думаю, пора коснуться вопроса о том, как же мой непоседливый напарник наконец-то добрался до всех тайников своего нового дома. Так сказать, во-вторых.

  В тот же самый день, когда мы переговорили с младшим Кавалли, ди Ландау снова заставил меня призывать дух бывшего хозяина. Он не смог ждать ночи, поэтому мы закрыли ставни и занавесили окна одеялами, создавая темноту в библиотеке. Думаю, мы могли бы не стараться, сам призрак господина Евгения едва ли не подпрыгивал от возбуждения. Само собой, он не мог не устроить такое же представление, как прошлый раз. Старый волшебник держал фасон предо мной и молодёжью в лице ди Ландау. И будучи довольно щепетильным существом, он действительно отблагодарил моего напарника за помощь - позволил делать ремонт в особняке и открывать все тайники. Он сказал, что было ключом ко всем его волшебным замкам. Кто бы мог подумать, что он зачарует ключ от моего браслета! В общем-то, его можно было понять. Пока он был жив, у него всегда был доступ к своим секретикам, а после незнающие люди никогда бы не догадались, как открыть потайные дверцы.

  Я думал, что у ди Ландау случится истерика по поводу моего ключа, ведь он был у матроны Маргариты. Кто бы мог подумать, что начальница, готовясь уходить со службы, будет подбивать все свои старые дела к логическому завершению. В общем, мой задёрганный беготнёй напарник получил ключ от моего браслета, как только похвастался, что нашёл убийцу господина Евгения. Я был удивлён, когда матрона, лукаво глядя на меня, спросила давать ли ключ ди Ландау или не давать. Меня никогда раньше не спрашивали об этом, столь важные решения начальство всегда принимало само. Вы бы видели лицо молодого эксперта, когда он ждал моего ответа...

  Это было очень большое искушение ответить "нет", но я боялся, что юноша этого не переживёт. Я слишком много сил потратил, заботясь о его душевном здоровье, и не хотел рушить сам плоды собственных трудов. Поэтому просто выдержал паузу в стиле патрона Бастиана и согласился.

  Три последующих вечера в особняке царили активные поиски кладов. Чета Пассеро, сеньорины Лючия и Фениче с удовольствием поучаствовали в этом незабываемом развлечении. Добыча была разнообразна, но весьма богата. Например, та же Рофбольтова бляха, которая нашлась под одной из паркетных плиток. Получив разрешение от призрака, я показал все тайники, которые знаю, в том числе каморку за шкафами в библиотеке, где, к моему огромному удовольствию, сохранилась малая, но весьма ценная часть коллекции книг по магии, некоторые раритетные издания и часть работ самого господина Евгения, а так же его тетради и чертежи. В тайнике над камином лежали табакерка (табак внутри превратился в противную массу из-за сырости), почти рассыпавшийся засохший цветок, медальон с портретом и вышитый платок с инициалами, той самой дамы, с которой у господина Евгения так и не сложилось. Я и не знал, что он так переживал по этому поводу, раз хранил все эти вещи. Никто не захотел брать их себе. Поэтому всё аккуратно упаковали в коробку и похоронили под корнями апельсинового дерева в нашем маленьком садике.

  Мечта ди Ландау о сокровищах (это не считая книг!) сбылась полностью. Он действительно обнаружил несколько сейфов в стенах и полу дома, а так же в погребе. Некоторые ценные бумаги и расписки уже силы не имели, зато небольшие слитки и гранёные камни вовсе не потеряли в стоимости из-за давности лет.

  Даже придирчивая сеньора Пассеро признала, что дом был куплен удачно, и беготня была не зря. Только благодаря охране призрака всё это богатство досталось моему напарнику.

  Ди Ландау не стал жадничать (запомните этот момент!) и поделил найденное между всеми участниками поисков. Книги по общему решению оставили ему. Сеньорина Альта получила несколько камешков на память и в благодарность за всю её помощь. Она приняла этот подарок, но, улыбаясь, намекнула, что с большим удовольствием претендовала бы на меня. Это вызвало у всех смех, а так же породило кучу шуточек у этого беспокойного семейства.

  Даже мне достался приличный слиток, причём я не сомневался в том, кто через некоторое время попробует наложить на него свою загребущую волшебную лапу. Я уже прямо слышал это: "Деньги должны работать! Слышишь, Фил?!"

  Остальное пошло, как выразился сеньор Пассеро, "в молодую семью". Именно на эти деньги старый дом был отлично отремонтирован (как сеньоре Пассеро удалось уговорить строителей - ума не приложу... видимо, это какая-то особая торговая магия!) и обставлен в кратчайшие сроки, чтобы к празднику, к Зимним Огням, тут произошло ещё одно маленькое семейное торжество.

  Родителями было решено, что Лючия теперь может остаться в Латане, готовиться к поступлению в Университет весной. Они, хорошо зная характер племянника, решили дать согласие на свадьбу сейчас, зимой.