Драконы Солернии (СИ) - Рогозина Екатерина - Страница 88

  -Это вы? Заходите же скорее!

  Я вспомнил, что она не может выйти мне навстречу, поэтому сам поспешил к ней. Это было моей третьей ошибкой. Во второй лаборатории не было света совсем, стоило мне миновать порог, как я временно ослеп. Так всегда бывает, стоит лишь выйти со света в тень.

  Я сделал несколько шагов к центру помещения, продолжая звать сеньорину, и тут на меня что-то обрушилось сзади с такой силой, что я пошатнулся и потерял равновесие.

  Я не успел ответить ударом на удар. Стоило мне развернуться к обидчику, как я снова получил чем-то тяжёлым прямо в грудь. Я не устоял на ногах и упал навзничь.

  В голове сильно шумело, я попытался подняться, но кто-то силой придавил меня к полу и схватил мои руки, прижимая их к кафельной плитке.

  -Отлично, удерживай его, пока я не прикажу, - раздался из темноты злорадный голос.

  Я сразу же узнал эти интонации. Эмерджильо Пикколо!

  У меня немного прояснилось перед глазами, и я предпринял ещё одну попытку освободиться, но... Когда я понял, кто именно удерживает меня, то не смог сдержать стона: юная Фениче коленом давила на мою грудную клетку так, что я с трудом мог дышать. Я узнал её силуэт, фигуру и длинную косу.

  Проклятье! Я не мог освободиться так, чтобы не навредить ей, что совершенно не входило в мои планы. Как я мог ударить женщину, даже причиняющую мне боль?

  Я изо-всех сил старался ей сопротивляться, но я впервые встретил соперника, с кем мои силы были практически равны. Конечно, стоя на ногах, в хорошем самочувствии, без гнусного головокружения, я одержал бы победу. Но я не мог позволить себе ни один из тех трюков, что демонстрировал мне ди Ландау. Бедная сеньорина Фениче не отделалась бы синяками, а скорее вывернутыми суставами и сломанными рёбрами.

  Я вздрогнул, когда на моё лицо упала тёплая капля и покатилась по щеке. Что это? Вода? Слюна? Но следующая капля угодила прямо на мои губы, и я почувствовал солёный привкус. Сеньорина Альта плакала!

  Мне стало гораздо легче на душе, когда я понял, что бедная девушка не пособница гнусного ассистента, а ещё одна жертва.

  Гомункулус не может отказать своему хозяину. Мы выполняем приказы, даже если наше сердце противится этому. Хотел бы я знать, как её хозяином стал этот мерзавец!

  Я потерял несколько мгновений, чтобы прийти в себя, и это кончилось для меня фатально. Тень из темноты метнулась ко мне и застегнула на моей шее холодную металлическую цепочку.

  -Оbbedisci mi, monstro di Fratellini! - скороговоркой выпалил сеньор Пикколо. - Vero!* [*"Повинуйся мне, монстр, сделанный Фрателлини. Истину говорю!"]

  Хотел бы я закричать, но был не в состоянии. Мне так сдавило горло, что я не мог даже вздохнуть. Глаза мне застлала алая, яркая в этой темноте, пелена.

  -Джильо, пожалуйста... - слабо прошептала сеньорина Фениче, роняя на меня слёзы. - Не надо.

  Я вновь услышал звук пощёчины и презрительное:

  -Ты мне больше не нужна, убирайся в свой угол и молчи, дрянь.

  Я почувствовал, как вздрогнула всем телом девушка, как будто её боль и горечь передались мне. Она выпустила мои руки и отошла. Я тут же воспользовался моментом и поднялся на ноги. Я был очень рассержен таким обращением с юной сеньориной. У меня внутри всё клокотало, но стоило мне сделать шаг по направлению к усмехающемуся мерзавцу (его зубы так и блестели в отсветах ламп из соседней комнаты), как меня снова скрутила боль. Голова закружилась, я опустился на колени, чтобы не упасть, и упёрся ладонями в пол. Поверхность подо мной качалась, как лодка в штормовом море.

  Я застонал, и услышал прямо над собой:

  -Так-то лучше, тупой громила. Вы, уродливые куклы, созданы для того, чтобы подчиняться.

  -Пожалуйста, отпусти его, - тихо попросила сеньорина Альта. - Джильо... он же ни в чём не виноват!

  -Я что тебе сказал?! Умолкни! - рявкнул на неё Пикколо.

  -Но... - попыталась было возразить девушка.

  Ассистент профессора не дал ей договорить:

  -Усни! - даже я распознал магию в его словах.

  Это был не просто приказ, это была команда, наподобие тех, что сковали меня. Я не видел, что произошло с сеньориной, но услышал шорох ткани и слабый звук, как будто тело девушки соскользнуло по стене и опустилось на пол.

  -Теперь, пожалуй, разберёмся с тобой, - я прямо-таки слышал, как усмешка кривит губы этого человека. - Ты с твоим колдуном слишком часто шатаетесь рядом и суёте нос в мои дела. С этим надо что-то делать. Вы слишком много внимания привлекаете к моей лаборатории. Кто вас послал?

  Я сцепил зубы, не желая отвечать, хотя цепочка на шее начала нагреваться и сужаться, причиняя мне боль и перекрывая дыхание.

  -Кто послал вас разнюхивать тут всё?! - громче спросил ассистент Пикколо. - Отвечай! - и весьма чувствительно пихнул меня носком ботинка.

  Мне больше всего хотелось подняться с колен и скрутить этого мерзавца замысловатым морским узлом, которому научил меня Эмилио в Бергенте этим летом. Вот только я был не в силах. Проклятый артефакт подавлял меня так сильно, что я даже соображал с трудом.

  Говорят, что привычка повиноваться входит в плоть и кровь. Невозможно от неё избавиться, даже если на тебе не лежат сковывающие заклинания.

  Но всё-таки общение с ди Ландау не прошло для меня бесследно. Я давно заметил, что я стал более строптивым, чем раньше. Не знаю, что со мной произошло, но я не собирался выкладывать этому негодяю всё, что он только пожелает услышать. Сейчас я даже порадовался этому. Пусть я всё-таки сломался, испортился, что угодно, но я чуял в себе силу противиться чужим приказам.

  -Никто не посылал, - выдохнул я. - Я беспокоился за сеньорину Альта и хозяин позволил проведать её.

  Я не мог винить его, но глупый Джильо слишком сильно полагался на свои заклинания и артефакты. Жестокий человек рассчитывал только на силу и просчитался. Он поверил, что я говорю правду (как я мог ему солгать с его цепью на шее?), впрочем, это и была правда, пусть только и часть её.

  -О, вот как, - хмыкнул Пикколо. - Ты узнал слишком много, так что придётся тебя уничтожить. Пусть все думают, что ты взбесился, как частенько случается с такими как ты. Ты слишком древний, чтобы нормально исполнять приказы. Иди, убей своего хозяина, а потом покончи с собой!

  62

  Жестокие слова прозвучали и гулом отдались в моей больной голове.

  Джильо был хитёр, он не остановился на простой команде, а поставил мне условия выполнения задания. Я не мог просить о помощи у хозяина и других людей, я должен был производить своё обычное впечатление и вести себя нормально, чтобы никто ничего не заподозрил раньше времени. Как только мы останемся наедине, я должен был его прикончить.

  На моё счастье, он не знал, что мой хозяин отнюдь не ди Ландау, поэтому у меня была возможности провести его. Джильо отпустил меня из лаборатории, и я зашагал по коридору к выходу из подземелья.

  Моя голова болела и кружилась. Удавка на шее не давала о себе забыть, хотя под воротником её не было видно.

  Эмерджильо Пикколо не зря так долго работал с профессором Альта. Он действительно разбирался во всех этих штучках с правильными приказами для гомункулусов. Его воля была сильна, его заклинание было могущественно. Вот только формулировать его надо было точнее.

  Я видел в его словах малую, но всё-таки уловку выскользнуть из этих омерзительных цепей, которыми меня сковал коварный ассистент. Сама формулировка приказа позволяла трактовать его не столь жестко, как казалось оскорбителю сеньорины Фениче.

  Казалось бы чего проще - "убей хозяина". Как можно понять такой приказ иначе? Джильо посмел сравнить меня с собой, он действительно думал, что двух слов хватит, чтобы заставить меня делать то, чего он хочет. Только вот его желания напрямую расходились с его приказом.

  Мой хозяин отнюдь не ди Ландау.

  Мой хозяин отнюдь не матрона Маргарита, держательница ключа.