Вовлеченные в грех - Пейдж Шерон - Страница 69

— Девон, нет! — крикнула Энн. — Не убивай его! — Она попыталась оттащить герцога.

— Отойди, — рявкнул он. — Дай мне сделать это.

Но Энн втиснулась между ним и Орстоном. В ее глазах плескался ужас.

— Ты должен остановиться! За это тебя могут повесить, хоть ты и герцог. Ты будешь ненавидеть себя. Встреться с ним на рассвете, тащи его на Боу-стрит. Все, что угодно, но только не это.

Тяжело дыша, герцог опустил голову и вынужден был ослабить хватку. Грузное тело скулившего и рыдавшего графа сползло по стене.

Девон сделал шаг назад. Энн бормотала какие-то утешительные слова, как будто перед ней было сумасшедшее раненое животное, которое она пыталась приручить.

Энн утихомирила разъяренного Девона, теперь следовало заняться Томасом. Руки и ноги бедняги были привязаны к столбикам кровати. До этого Энн уже успела перерезать веревки, которые удерживали его правую руку. Томас смотрел на нее, как загнанный зверек в поисках возможности сбежать. Когда Энн освободила его руку, она тихо сказала, что он будет спасен, что они заберут его отсюда. Но ее слова, похоже, ни капли не убавили его страха. И в то мгновение, когда рука Энн оказалась рядом с его ртом, он вонзил в нее свои зубы.

Сейчас Энн заторопилась к мальчику, чтобы закончить начатое дело. Ей хотелось сделать это поскорее, поэтому она не утруждала себя разговорами. Энн положила пистолет, вытащила нож, который принесла в корсаже платья, и приступила к работе. Томас был красивым мальчиком, маленьким для своих двенадцати лет, с золотистыми кудрями. Он шарахнулся от нее, когда Энн освободила его левую руку и приступила к разрезанию веревок на ногах. Пока она пыталась справиться с последней веревкой, Энн видела, как судорожно поднимается и опускается грудная клетка ребенка.

В противоположной стороне комнаты Орстон в надежде заключить сделку рассказывал Девону свою историю. Девон смотрел на Энн и Томаса. Он пытался как можно скорее узнать, кто украл Томаса. В его глазах до сих пор поблескивало желание убить мерзавца, и Энн нервничала из-за этого.

Боковым зрением Энн заметила какое-то движение и резко отшатнулась от лопнувшей веревки. Ей в лицо упала подушка, опрокинув ее. Она услышала, как крикнул Девон, но что-то уцепилось в ее запястье и с силой вывернуло его.

Томас. Она отбросила подушку. Парнишка склонился над ней, сжимая в руке нож. Он прижал его к горлу Энн, и она поморщилась, когда острая сталь уколола кожу.

— Томас, — прошептала она, — не надо. Мы... хотим... помочь.

У Девона бешено колотилось сердце. Мальчишка был так напуган, что кидался на любого. Девон видел такое в бою, когда люди от страха теряли разум и стреляли в любого, кто находился поблизости. Томас держал нож у горла Энн. Одно движение, и он мог убить ее.

Он должен остановить мальчишку, забрать у него нож. Девон попытался оценить каждое движение, каждый шаг, но в голове маячила только одна ужасная картинка: управляемая страхом рука Томаса двигает нож и Энн медленно падает на пол. Его охватила настоящая паника, и он никак не мог справиться с ней. Если он будет ждать, как сделал это в бою, Энн умрет. Девон стал потихоньку продвигаться к мальчишке.

— Не подходи, — крикнул Томас. — Не подходи ко мне.

— Томас. — Несмотря на то что у ее горла держали нож, голос Энн звучал мягко, мелодично и ласково. — Это герцог Марч. Ты можешь ему доверять.

— Энн, молчи, — предупредил Девон, но из небольшой раны на шее Энн уже появилась кровь.

— Томас, — не слушая Девона, продолжала Энн, — герцог вместе с твоим отцом участвовал в сражении при Ватерлоо.

Томас осторожно перевел взгляд с Энн на Девона и случайно сместил руку. К счастью, он не порезал Энн, но она широко распахнула глаза, и Девон видел, с каким трудом ей удается держаться спокойно.

— Томас, отпусти ее. Мы пришли, чтобы помочь тебе, — сделал еще один шаг навстречу Девон.

— Они тоже так говорили. Они собирались дать мне денег, чтобы помочь моей маме. Когда я отказался идти с ними, они сказали, что я должен это сделать или мама пострадает.

По полу загромыхали шаги, и Орстон с бледным лицом, задыхаясь, выбежал из комнаты. Внезапное движение напугало Томаса, рука, в которой был зажат нож, взметнулась перед горлом Энн. У Девона подогнулись колени. Энн закрыла глаза, но не закричала. Ей удалось дернуться в сторону, чтобы нож не порезал горло. Но Томас снова прижал лезвие к ее шее.

— Томас, — умолял Девон, — отпусти ее. Давай ты будешь держать нож у моего горла. Тебе нечего меня бояться, я ничего тебе не сделаю. — У него был второй пистолет, заткнутый за пояс на спине, но он не осмелился достать его и угрожать Томасу. Черт, неужели ему придется применить оружие к ребенку?

— Герцог был командиром твоего отца, — прошептала Энн. — Он видел, как смело сражался капитан Таннер. Он пришел помочь тебе, потому что очень сильно уважал его.

— Мой отец погиб в битве при Ватерлоо. — По щекам мальчика потекли слезы, рука его задрожала.

— Это так, Томас, — найдя в себе силы, спокойно сказала Энн. — Он храбро сражался и погиб, но спас много человеческих жизней.

А если мальчишка спросит, как именно это случилось? Что он сделает, если узнает, что Девон не спас его отца?

— Смерть отца разбила мамино сердце. Эти люди сказали, что я должен пойти с ними, иначе она пострадает.

— Твоя мама в безопасности, — сообщил Девон. — Сейчас за ней присматривают мои люди, чтобы в случае необходимости защитить ее. Опусти нож, и я отвезу тебя к ней.

— Я не могу поехать, — дрожащим голосом сказал мальчик.

— Ты не сделал ничего плохого, Томас, — твердо сказала Энн. Ее голос звучал настолько уверенно, что вряд ли кто-то мог усомниться в ее словах. — Если кто-то из этих людей прикасался к тебе, то это не твоя вина. Твоя мама не станет сердиться. И твой отец не стал бы сердиться тоже. Твои родители были бы только счастливы, что ты спасен. Они бы хотели, чтобы ты отпустил меня и позволил герцогу помочь тебе.

Словно загипнотизированный ее голосом, Томас на несколько дюймов отвел нож от ее горла. В одно мгновение Девон подхватил мальчика под руки, нож оказался на ковре, Энн была спасена.

— Тебе нечего бояться, Томас, — хрипло сказал Девон. — Мы отвезем тебя домой, к матери. Я помогу ей. Твой отец был доблестным солдатом, твоя мама не должна жить в бедности. Я позабочусь о вас обоих.

Томас смотрел на него со страхом и подозрительностью в детских глазах. Что же пережил этот мальчишка, что так боится всех и каждого, включая даже тех, кто пришел помочь ему? Девон посмотрел на Энн. Если бы она не сообразила, что мальчика требуется успокоить, Девону, возможно, снова пришлось бы делать выбор между спасением жизни и причинением боли ребенку.

— А что, черт возьми, здесь происходит?

Девон нацелил свой пистолет на хорошо одетого мужчину, переступившего порог комнаты. Этот худощавый, лет тридцати, с острыми, как у хорька, глазами человек высоко занес руку с тростью, как будто был готов пустить ее в борьбу. При виде пистолета он замер.

— Стоять, или я выстрелю в тебя, — прорычал Девон. — Опусти свое оружие и стань на колени.

— Это один из них, — крикнул Томас. — Один из тех людей, что похитили меня.

Мужчина бросил трость и мгновенно опустился на колени, не спуская глаз с дула пистолета.

— Не стреляйте! Это не я. Мне пришлось это сделать! Это все Сэмпл. Я всего лишь работаю на него. — Слова сыпались из мужчины с такой скоростью, что Девон едва успевал понять, что он говорит: его имя — Артур Бевис, а имя человека, который крал детей и содержал бордель, Сэмпл.

— Если ты хочешь избежать петли, Бевис, — фыркнул Девон, — сдай мне Сэмпла.

— Хорошо. — Бевис повел их через тайный проход к большому кабинету. Увидев пистолет, Сэмпл в ответ достал свой. Девон выстрелил и выбил у него пистолет из руки. Через несколько минут оба мерзавца были схвачены и связаны точно так, как они поступили с беднягой Томасом.

Энн укрыла одеялом дрожавшего Томаса.