Часовые Вселенной - Рассел Эрик Фрэнк - Страница 117

На площадке между вторым и третьим этажами он услышал вопль чуждого разума, угасающего в бесполезном теле, и дикий отчаянный крик умирающего человека. Замедлив шаг, Харпер преодолел последний пролет уже не спеша, с грустью понимая, что опоздал.

Коридор третьего этажа напоминал бойню. Трое агентов стояли, гладя по сторонам. Один из них держал штурмовую винтовку, дуло которой еще дымилось. Второй вытирал кровь, стекающую с левого уха. Третий мрачно смотрел на распростершегося у подножия лестницы четвертого агента, грудь и лицо которого были забрызганы красным.

В десяти ярдах от лифта лежал труп толстяка. Зрелище было не из приятных. Очередь из штурмовой винтовки почти перерезала его пополам. Повсюду валялись осколки стекла от двух разбитых дверей и потолочных ламп, перемешанные с хлопьями краски и кусками штукатурки. Из дверей дальше по коридору начали выглядывать испуганные люди. Толстяк лежал, демонстрируя внушительную задницу, и истекал кровью.

 Глава 8

Человек с окровавленным ухом склонился над распростертым возле лестницы агентом, сунул руку ему под пиджак и прохрипел:

— Мертв.

Выпрямившись, он прижал к голове запятнанный кровью носовой платок.

— Если бы он меня не обогнал наверху, мог бы остаться в живых. А если бы я не находился на четыре ступеньки ниже, тоже мог бы получить свое сполна.

— Мы поднимались во втором лифте,— объяснил Харперу агент со штурмовой винтовкой.— Когда лифт, в котором ехал толстяк, неожиданно остановился, мы проскочили мимо, и нам пришлось спускаться. Как раз в этот момент он выскочил и швырнул в двоих других фанату. Осколок пробил пол прямо у меня под ногами. Выскочив из лифта, мы увидели, что он мчится сюда, и расстреляли его, прежде чем он успел метнуть еще одну.

Снизу по лестнице бежала целая толпа во главе с Норрисом и Раушем. С улицы далеко внизу доносился шум множества голосов. Только теперь осознав, что все еще сжимает в руке пистолет, Харпер убрал оружие.

Норрис огляделся по сторонам, сжав губы, и посмотрел на лежащего у лестницы агента.

— Похоже, мертв. Отнесите его вниз в «скорую», просто на всякий случай.

Он повернулся к остальным.

— Что случилось?

Ему рассказали, закончив рассказ словами:

— Вряд ли нам удалось бы взять его живым.

Один из агентов открыл перочинный нож и, поковыряв стену, извлек зазубренный кусок металла.

— Судя по всему, армейская фаната.— Внимательно рассмотрев осколок, он протянул его Норрису. — Что скажете?

— Да, вполне возможно. Придется начать проверку оружейных складов. Обыщите его и погладите, что еще у него есть.

Они тщательно обшарили одежду толстяка. Больше никакого оружия при нем не оказалось, даже пистолета. У него были дорогие часы, украшенная бриллиантом булавка для галстука и туго набитый бумажник. Одежда — высшего качества, туфли ручной работы, стоившие немалых денег. Никто не сомневался: вместо того чтобы идти пешком по улице, он вполне мог позволить себе иметь частный вертолет и приземлиться прямо на крыше здания, где находилась контора Харпера.

Толстяка уложили на спину, и стало видно его чисто выбритое, ухоженное лицо с двойным подбородком. Даже сейчас на этом лице застыло выражение, свойственное человеку, который и мухи не обидит — если только она не попытается улететь с его булавкой для галстука. У него были чистые мягкие руки с розовыми, тщательно наманикюренными ногтями.

Кроме часов, булавки, бумажника и двух льняных носовых платков, больше в его карманах ничего не нашлось, что было весьма странно. Ни водительского удостоверения, ни документов, ни авторучки, ни портсигара, ни зажигалки, ни ключей. На его одежде не было никаких меток, как и на обуви — если не считать указания размера. В общем, ничего, что помогло бы быстро установить личность.

— Опять задержка,— мрачно заметил Норрис.— Придется тратить драгоценное время, чтобы выяснить, кто он такой.

Агент снова пошарил в бумажнике, но не нашел ничего, кроме внушительной пачки денег.

— А выяснить это необходимо, прежде чем начать отслеживать все его контакты. Он должен был с кем-то общаться — иначе не слетел бы с катушек.

Норрис с надеждой посмотрел на Харпера.

— Полагаю, вы вряд ли сможете что-нибудь о нем рассказать?

— Увы,— с искренним сожалением ответил Харпер.

Извлечь данные из мозга мертвеца было не в его власти. Хотя у Харпера не было шансов это проверить, он подозревал, что даже мозг живого толстяка мог не выдать его имени, среагировав на мысленный импульс. Венерианец невольно выдавал в себе венерианца, а не личность, которой он завладел. В этом заключался источник всех проблем, но и причина того, что обладающий исключительными способностями человек мог опознать чужака.

— Придется сделать все возможное, и как можно быстрее.

Норрис протянул бумажник другому агенту.

— Составьте список номеров банкнот и распространите по всем банкам в радиусе пятидесяти миль. Проверьте, не выдавались ли эти деньги в каком-нибудь банке, а если да, то кому.

Рауш открыл часы и внимательно рассмотрел. Защелкнув крышку, он отдал их одному из своих людей со словами:

— Кое-что узнать все-таки можно. Это одна из новомодных моделей, работающих от изменений атмосферного давления. Вряд ли их миллионы, учитывая, сколько они стоят. Найдите местного оптового торговца. У него должно быть зафиксировано, куда ушли эти часы. В конечном счете можно будет выяснить, кто их купил.

Агент взял часы и поспешил вниз по лестнице.

— Маловероятно, что это нам поможет, но выбирать не приходится,— сказал Рауш Норрису, разглядывая булавку.

Он подозвал еще одного агента.

— Покажите ее известным ювелирам. Позвоните, если узнаете, кому ее продали.

— Если его отпечатки есть в базе, мы опознаем его за несколько часов,— заметил Норрис, втайне сомневаясь, что такие отпечатки там есть.— Сделаем копию и отправим в Вашингтон, пусть посмотрят. Будем надеяться, что там есть его пальчики.

А пока стоит заняться его обувью. В любой хорошей обувной мастерской наверняка скажут, где делают такие туфли.

— Можно посмотреть? — спросил Харпер.

Взяв туфли, он несколько раз перевернул их, согнул, ощущая их мягкость и гибкость, и вернул обратно.

— Сделаны по его мерке.

Норрис кивнул и крикнул:

— Где фотограф?

Фотограф с болтающимся на плече аппаратом тут же появился и бросил взгляд на покойника с видом профессионала, который повидал в жизни всевозможные трупы со всевозможными выражениями лиц и во всевозможных позах.

— Сделайте так, чтобы его физиономия красиво смотрелась,— приказал Норрис.— Мне нужно хорошее фото, которое можно было бы показать по стереовидению. Возможно, кто-то из зрителей его опознает. Как только фото будет готово, немедленно принесите его мне.

Норрис повернулся к Харперу.

— Пока тут больше ничего нельзя сделать. Мы проводим вас обратно в контору.

Харпер потер подбородок и, поколебавшись, сказал:

— Я настолько восхищен окружающими меня талантами, что даже неудобно что-то предлагать самому.

— Я слушаю,— кивнул Норрис.

— Вы не против, если я прямо в лицо вам начну задавать дурацкие вопросы?

— Конечно, не против.

— В таком случае — много ли взрослых людей ходят по улице без единого ключа в кармане?

— Верно. У него не было никаких ключей. Вероятно, он избавился от всего, что, по его мнению, могло бы навести нас на след, но избавился не слишком тщательно. Или, возможно, понимал: если с ним что-нибудь случится, этого будет достаточно, чтобы хоть немного задержать расследование.

— Я также заметил, что на его правой туфле изношена середина подошвы,— продолжал Харпер.— Изношена сильнее, чем на левой.

Он задумчиво помолчал.

— И у него вид человека, который преуспевает уже много лет. Если у него в бумажнике когда-то не было толстой пачки денег, то очень, очень давно. Однако шел он пешком.