Замок лорда Валентина - Сильверберг Роберт - Страница 162

Он попытался подняться на ноги, но почувствовал, что весь окутан густым, пахнувшим мускусом мехом, как будто ститмой из сна схватил его и с сокрушительной силой прижимает к груди. Мощные руки крепко держали его — четыре руки, сообразил он — и, поскольку Деккерет завершил свое странствие в мире снов, ему сразу удалось понять, что он находился в объятиях гигантской женщины-скандара Хаймак Гран. Возможно, он кричал и метался во сне, а когда поднялся на ноги, она решила, что он намерен совершить еще одну прогулку в сомнамбулическом состоянии, и сочла за лучшее вмешаться. Она обнимала его с такой силой, что трещали ребра.

— Все в порядке,— пробормотал он (это было нелегко, так как его лицо было прижато к мохнатой шкуре).— Я уже не сплю! Я никуда не уйду!

Тем не менее она все так же крепко держала его.

— Ты… мне больно…

Он напрягал все силы, чтобы набрать воздуха в легкие. Это огромное неуклюжее существо было в состоянии убить его своей материнской заботой. Деккерет толкался, даже бил свою няньку ногами, бодал головой. Судорожными движениями ему удалось лишить ее равновесия, и они вместе повалились на песок, причем он оказался наверху. В последний момент Хаймак Гран разжала объятия, позволив Деккерету отскочить в сторону. Он приземлился на оба колена и покатился по песку; все тело болело, он плохо соображал… Но все же он не полностью потерял контроль над собой, и, торопливо поднявшись, смог заметить с противоположной стороны парящей лодки Барджазида, который поспешно снял с головы какое-то устройство — изящный обруч, напоминавший корону,— и сунул его в кабину машины. Было заметно, что он суетится.

— Что это такое? — резко спросил Деккерет.

Барджазид казался необычно взволнованным.

— Ничего. Просто игрушка.

— Дайте мне посмотреть.

Барджазид взмахнул рукой, видимо, подавая сигнал. Деккерет краем глаза увидел, что Хаймак Гран поднялась на ноги и заторопилась вслед за ним, но, прежде чем неповоротливое существо смогло до него дотянуться, Деккерет увернулся и, стремглав обежав вокруг машины, добрался до Барджазида. Маленький человечек все еще возился со своим непонятным прибором. Рядом с Барджазидом Деккерет казался таким же огромным, как скандар рядом с ним самим. Он стремительным выпадом поймал руку своего проводника и завернул за спину. Свободной рукой он выхватил из машины обруч и принялся рассматривать его.

Теперь уже проснулись все. Вруун, выпучив глаза, смотрел на происходящее, а молодой Динитак, вынув нож, очень мало отличавшийся от того, которым Деккерет был вооружен во сне, яростно уставился на него и потребовал:

— Отпустите моего отца!

Деккерет развернул Барджазида и закрылся им как щитом.

— Прикажите вашему сыну убрать оружие,— потребовал он.

Барджазид промолчал.

— Или он бросит оружие, или я разломаю эту штуку на кусочки. Что вы предпочтете.

Барджазид совершенно не своим, каким-то басовитым рычащим голосом произнес требуемые слова. Динитак отшвырнул нож так, что он воткнулся в песок почти у самых ног Деккерета, и тот, сделав шаг вперед, ступней отодвинул оружие подальше. Он покрутил аппаратом перед лицом Барджазида; изящная вещица была сделана из золота, блестящих кристаллов, среди которых были драгоценные камни, и ценной кости, а все части были соединены между собой многочисленными проводами.

— Что это такое? — вновь настойчиво спросил Деккерет.

— Я уже сказал вам. Игрушка. Пожалуйста, отдайте ее мне, пока вы ее не сломали.

— Для чего она нужна?

— Она развлекает меня во время сна,— хрипло сказал Барджазид.

— Каким образом?

— Она изменяет мои сновидения и делает их более интересными и разнообразными.

Деккерет пристально взглянул ему в лицо.

— Если я надену ее, мои сны тоже станут интереснее?

— Вам это только повредит, посвященный.

— Расскажите мне, что она делает.

— Это очень трудно описать,— ответил Барджазид.

— А вы постарайтесь. Подыщите нужные слова. Каким образом вы появились в моем сне, Барджазид? Именно в той коллизии вам совершенно нечего было делать.

Маленький человек пожал плечами.

— Я был в вашем сне? — с деланной непринужденностью спросил он.— Откуда мне знать, что происходит в ваших снах. Любой человек может попасть в чей угодно сон.

— Я думаю, что эта машина помогла вам проникнуть туда. А также, возможно, помогла узнать, что именно мне снится.

Барджазид мрачно молчал.

— Расскажите мне, как работает этот аппарат,— настойчиво попросил Деккерет,— или я на ваших глазах разотру его в порошок.

— Прошу вас…

Толстые сильные пальцы Деккерета нащупали одну из наиболее хрупких на вид частей устройства. Барджазид напрягся и затаил дыхание.

— Ну! — прикрикнул Деккерет.

— Вы… вы угадали. С ее помощью я могу входить в спящий разум.

— На самом деле? И где же вы взяли такую вещь?

— Это мое собственное изобретение. Идея, над которой я работал много лет.

— Наподобие машин Хозяйки Острова?

— Мой аппарат другой. Более мощный. Повелительница может только обращаться к умам; я же могу читать сны, формировать их образы, в значительной степени контролировать сознание спящего человека.

— И это устройство является вашим собственным созданием. Оно не украдено с Острова,— констатировал Деккерет.

— Мое собственное,— пробормотал Барджазид.

Деккерета захлестнула волна ярости. Какое-то мгновение ему нестерпимо хотелось стиснуть кулак и раздавить аппарат Барджазида, а затем свернуть шею и ему самому. В его памяти сразу развернулись все полуправдивые высказывания Барджазида, и его умолчания, и явная ложь, вспомнилось, как Барджазид вмешивался в его сны, как он безжалостно изуродовал целительный отдых, который был так необходим Деккерету, как он изъял глубинный слой из предназначенного ему послания Повелительницы, которое несло истинный блаженный покой, и заменил его

на страхи, мучения и неуверенность. Деккерет ощущал почти убийственный гнев: быть плененным, одураченным таким образом, оказаться во власти этого человека!.. Его сердце бешено колотилось, в горле пересохло, перед глазами стояла розовая пелена. Его запястье напряглось, сильнее завернув согнутую руку Барджазида, так что человечек ойкнул и заскулил. Сильнее… еще сильнее… так, чтобы затрещало…

Нет.

Деккерет достиг какого-то внутреннего пика гнева, задержался на мгновение в этом состоянии, а затем позволил себе спуститься по противоположному склону в долину спокойствия. Он дождался, пока его зрение прояснится, дыхание восстановится, сердцебиение замрет. Он все так же держал Барджазида, пока не почувствовал себя совершенно спокойным. Тогда он выпустил человечка и толкнул его к парящей лодке; тот покачнулся и вынужден был опереться о выпуклый бок машины. Все краски сошли с лица Барджазида. Он осторожно потирал руку и глядел на Деккерета с выражением, которое, казалось, состояло из равных частей ужаса, боли и негодования.

А Деккерет аккуратно изучал странное устройство, легонько водя кончиками пальцев по его изящным и сложным частям. Затем приподнял его и сделал движение, словно намеревался надеть его себе на голову.

— Не надо! — без голоса выдохнул Барджазид.

— А в чем дело? Я что, могу повредить его?

— Наверняка повредите. И себе тоже.

Деккерет кивнул. Ему казалось, что Барджазид не блефует, но выяснять это доподлинно ему пока что не хотелось.

Несколько секунд прошло в молчании.

— Значит, никаких банд меняющих форму, занимающихся кражей снов, в этой пустыне нет, или я не прав? — спросил Деккерет, прерывая паузу.

— Правы,— прошептал Барджазид.

— Только вы со своими тайными экспериментами на умах других путешественников. Да?

— Да.

— И вы довели их до смерти.

— Нет,— возразил Барджазид,— Я не желал никому смерти. Если они погибли, то из-за собственной тревоги, растерянности, из-за того, что впали в панику и убежали в опасные места… потому что они ходили во сне, так же как и вы…