Замок лорда Валентина - Сильверберг Роберт - Страница 247

— Ну что, еще разок-другой?

— Неужели ты никогда не устаешь? — воскликнул Стимион.

— Устаю, конечно. Что же теперь, заканчивать только потому, что устали?

Он опять принял стойку. Еще минут пятнадцать, потом окунуться, немного поработать во дворе Пинитора, а потом…

— Ну что же вы? Нападайте!

Альсимир покачал головой.

— Какой в этом смысл? Ты на голову выше нас.

— Ну давайте же,— повторил Хиссун.— Готов!

Альсимир с неохотой встал в позицию для поединка и жестом призвал Стимиона сделать то же самое. Но когда все трое встали в исходное положение, собираясь с мыслями и готовя тела к предстоящему бою, на балкончике над ними появился смотритель гимнастического зала и окликнул Хиссуна. Сообщение для принца от регента Элидата: принца Хиссуна просят незамедлительно явиться к регенту в кабинет короналя.

— Что ж, тогда в другой раз,— бросил Хиссун Альсимиру и Стимиону.

Он быстро оделся и направился вверх через причудливые хитросплетения Замка, пересекая дворы и проходы, мимо парапета лорда Оссиера, с которого открывался чудесный вид на склон Замковой горы, мимо обсерватории Кинникена, музыкальной комнаты лорда Пранкипина, мимо оранжереи лорда Конфалюма и десятков других сооружений и строений, которые, как ракушки, покрывали всю центральную часть Замка. Наконец он добрался до центрального сектора, где располагались правительственные учреждения, и прошел в просторный кабинет, где работал корональ, а на время его затянувшейся поездки расположился верховный канцлер Элидат.

Он обнаружил регента расхаживающим взад и вперед, как медведь в клетке, перед лежавшей на столе лорда Валентина рельефной картой мира. Выглядел он мрачно и на появление Хиссуна отреагировал еле заметным кивком. Почти вслед за Хиссуном прибыл Диввис, одетый в официальный наряд с драгоценными украшениями и маской из перьев, как будто вызов застиг его по пути на какую-то торжественную государственную церемонию.

Хиссун ощутил растущее беспокойство. Зачем Элидату понадобилось созывать на подобную встречу так внезапно, вопреки заведенному порядку? И почему из всех принцев выбор пал лишь на немногих? Элидат, Стазилейн, Диввис — наиболее вероятные из возможных преемников Валентина, ближайшие из наиболее приближенных. Случилось что-то очень серьезное, подумал Хиссун. Может быть, умер в конце концов старый понтифекс. Или корональ, возможно… «Пусть это будет Тиеверас! — взмолился Хиссун.— Ради всего святого, пусть это будет Тиеверас!»

Наконец Элидат заговорил:

— Очень хорошо. Все собрались: можем начинать.

— Что случилось, Элидат? — с кислой усмешкой поинтересовался Диввис.— Кто-то увидел двухголовую милуфту, направляющуюся на север?

— Если ты хочешь сказать, что пришло время дурных предзнаменований, то так оно и есть,— угрюмо ответил верховный канцлер.

— Что-то произошло? — спросил Стазилейн.

Элидат бросил на стол пачку бумаг.

— Два важных события. Во-первых, из западного Зимроэля пришли новые сообщения: ситуация там гораздо серьезней, чем нам представлялось. Весь район ущелья на континенте, примерно от Мазадоны до точки где-то к западу от Дюлорна, дезорганизован, и бедствие распространяется. Сельскохозяйственные культуры продолжают погибать от загадочных болезней, и уже наблюдается ужасающая нехватка основных продуктов питания, а сотни тысяч, если не миллионы, начали движение к побережью. Местные власти делают все от них зависящее, чтобы обеспечить поставки продовольствия из не затронутых бедствием районов. Судя по всему, пока спокойно вокруг Тил-омона и Нарабаля, а Ни-мойя и Кинтор почти полностью избежали сельскохозяйственных проблем. Но расстояния так велики, к тому же все произошло настолько внезапно, что они успели сделать совсем немного. Еще одна возможная проблема: появился некий особый религиозный культ — что-то связанное с поклонением морским драконам…

— Что? — не поверил своим ушам Стазилейн, у которого от изумления даже щеки покраснели.

— Я понимаю, что это звучит дико,— сказал Элидат.— Но нам сообщают, будто прошел слух, что драконы — какие-то там боги и что они провозгласили конец света, и прочий бред, а…

— Это не новый культ,— тихо сказал Хиссун.

Все трое обернулись к нему.

— Вам что-то известно? — спросил Диввис.

Хиссун кивнул.

— Я несколько раз слышал об этом, когда жил в Лабиринте. Так, шепотки, беспочвенные слухи, которые, насколько я помню, никто не принимал всерьез. А вообще-то, простонародье давно перешептывалось за спиной знати. Кое-кто из моих друзей немного разбирался в тех слухах, возможно, даже больше, чем немного, но сам я никогда не лез в них. Я помню, что как-то спросил об этом у матери, а она обозвала эти разговоры опасной чепухой и посоветовала держаться от них подальше, что я и сделал. Кажется, религия зародилась в древности среди лиименов и постепенно негласным путем распространилась в нижних слоях общества, а сейчас, как мне думается, вышла на поверхность из-за начавшихся бедствий.

— А в чем суть этой веры? — спросил Стазилейн.

— Элидат примерно объяснил: однажды драконы выйдут на берег, возьмут власть над миром и положат конец всем горестям и страданиям.

— Каким горестям и страданиям? — вступил в разговор Диввис,— Я не слышал о больших невзгодах в мире, если не считать нытья метаморфов, а они…

— Вы полагаете, что все живут так же, как мы на Замковой горе? — резко спросил Хиссун.

— Я полагаю, что нуждающихся у нас не осталось, что все обеспечены всем необходимым, что мы живем в счастье и процветании, что…

— Все это правда, Диввис. И все же кто-то живет в замках, а кто-то очищает дороги от экскрементов маунтов. Есть те, кто владеет огромными поместьями, и те, кто попрошайничает на улицах. Есть…

— Избавьте меня от рассуждений на тему социальной несправедливости.

— Простите, что я вам докучаю,— бросил Хиссун.— Я просто подумал, что вам хотелось бы знать, откуда берутся люди, которые ждут пришествия водяных королей, чтобы те избавили их от тягот и лишений.

— Водяные короли? — переспросил Элидат.

— Да, морские драконы. Так их называют те, кто им поклоняется.

— Ладно,— сказал Стазилейн.— На Зимроэле голод, а среди низших слоев распространяется опасный культ. Вы упомянули два важных события. Это именно те, которые вы и подразумевали?

Элидат отрицательно покачал головой.

— Это две стороны одного и того же. Другая важная новость касается лорда Валентина. Мне сообщил о ней Тунигорн — он очень расстраивается по этому поводу. По его словам, во время визита к своей матери на Остров корональ пережил что-то вроде преображения и вошел в состояние высокого подъема, очень странное состояние, в котором он совершенно непредсказуем.

— В чем заключается его преображение? — спросил Стазилейн,— Вам известно?

— Войдя в транс под руководством Повелительницы Снов,— сказал Элидат,— он имел видение, показавшее ему, что бедствия на Зимроэле являются выражением недовольства Божества.

— Но неужели кто-то думает иначе? — воскликнул Стазилейн,— Однако какое отношение это имеет…

— Как сообщает Тунигорн, теперь Валентин считает, что болезни и недостаток продовольствия, которые, как нам стало известно, гораздо серьезнее, чем могло показаться по первым сообщениям,— определенно имеют сверхъестественное происхождение…

Медленно покачав головой, Диввис насмешливо фыркнул.

— …Сверхъестественное происхождение,— продолжал Элидат,— и являются наказанием со стороны Божества за дурное отношение к метаморфам в течение столетий.

— В этом нет ничего нового,— сказал Стазилейн,— Он уже много лет говорит примерно то же самое.

— Тут явно есть что-то новое,— возразил Элидат.— Тунигорн говорит, что со дня преображения он в основном бывает один и видится лишь с Повелительницей и Карабеллой, да иногда с Делиамбером и толковательницей снов Тизаной. И Слит, и Тунигорн проникают к нему с трудом, а если они с ним и встречаются, то речь идет о самых обыденных делах. У Тунигорна создалось впечатление, что короналем овладела какая-то новая грандиозная идея, какой-то потрясающий план, который он не хочет с ними обсуждать.