Черные руки (СИ) - Бородин Стас - Страница 111

— Здесь собрались боевые машины врага, — король продолжал водить пальцем по карте. — Здесь, будет не пробиться, улица очень узкая!

— Мы ее расширим, — кивнула Хрианон. — Ваши сигнальщики будут показывать, куда бить, а мы со стрелками постараемся не промахнуться!

Король заметил мое удивленное лицо и пояснил.

— Заряды будут небольшие, так что серьезных разрушений они городу не причинят, зато существенно сократят наши собственные потери.

— Кроме того, с каждым штурмовым отрядом будет несколько метателей, которые разберутся с машинами, — Хрианон разве что не подпрыгивала от возбуждения. — Все будет кончено еще до темноты!

— Я это уже где-то слышал, — сказал я. — Ты не была в городе и не видела, каковы реальные силы врага!

— Можно подумать, что ты был! — хмыкнула девушка.

Лазутчицы дружно уставились в карту, а я прикусил язык.

Аш полулежал на носилках. Под спину ему подложили несколько подушек, а культи ног укрыли теплым одеялом. Выглядел он неважно.

— Как тебе мой наблюдательный пункт? — спросил он меня, кивая на Лие, далеко внизу.

Вид с холма открывался прекрасный.

— Я отсюда буду следить за битвой, будь она неладна! — скаут возмущенно надулся.

— Скажи спасибо, что тебе не голову оттяпали, — усмехнулся важный упитанный паж, которого король приставил к скауту.

— Вот я тебе сейчас язык оттяпаю! — рявкнул Аш возмущенно.

— Поймай, сначала, — паж скорчил мерзкую рожу и показал язык.

Я поймал наглеца за ухо и подтащил к носилкам.

— Снимай с мерзавца портки, — зарычал скаут, страшно вращая глазами. — Я сейчас покажу ему, кто в доме хозяин!

Аш вытащил из-под носилок зачехленного Ивинена и принялся развязывать ремешки.

— Не надо, господин! — мальчишка завизжал тоненьким голоском, пытаясь вывернуться из моей хватки. — Я больше не буду!

— Будешь, — Аш грозно нахмурился. — Я тебя знаю как облупленного!

Я выпустил сорванца, и тот тут же помчался прочь, хохоча и размахивая полами куртки как крыльями.

— Счастливо оставаться, господа хорошие! — закричал он, показывая нам свою толстую задницу. — Можете теперь друг дружке портки спускать!

Я зацепил сорванца за ногу струной маны и повалил на землю. Тот взвизгнул как поросенок и на четвереньках пустился наутек. Я дернул еще раз и потащил его по земле к нам.

Мальчишка визжал так, что на крики сбежалась вся стража, и даже король выглянул из своего шатра.

— Если ты не будешь слушаться мастера-скаута, я превращу тебя в настоящего поросенка, — пригрозил я. — Ты все понял?

Паж завизжал пуще прежнего, размазывая слезы по грязной физиономии.

— Ты понял, что тебе сказал главный колдун Лие? — переспросил Аш.

Паж застыл с открытым ртом. Его глаза выпучились как у лягушки, а лицо побагровело.

— Ты понял? — Аш повторил вопрос.

Мальчишка с готовностью закивал и бухнулся на колени.

— Так-то лучше, — скаут важно оперся на копье, которое задрожало в его руках и что-то замурлыкало. — Беги, теперь, раздобудь мне чего-нибудь пожрать!

Пострел сорвался с места с такой скоростью, которой нельзя было даже представить! Огромными прыжками он помчался в сторону полевой кухни и через миг скрылся из глаз.

Стражники весело засмеялись, и, хлопая друг друга по спинам, побежали на свои посты.

— Я вижу, Ивинен к тебе уже привык, — сказал я, принимая из рук скаута волшебное копье.

— Если бы ты не приказал мне его стеречь, я бы к нему на полет стрелы не подошел, — вздохнул Аш. — Пока мы были у крепости, он ничем не отличался от обычного копья, но стоило его принести сюда, он словно с цепи сорвался!

Я с сочувствием посмотрел на товарища. На его щеках проступил румянец. Казалось, что он даже на время позабыл о своем ранении.

— Я его держу у себя под койкой, — пояснил Аш. — Вот он и нашептывает мне всякие гадости по ночам. Были бы у меня ноги, я бы, наверно, уже пол лагеря перерезал!

Ивинен довольно заурчал у меня в руке, устраиваясь поудобнее. Я знал, что копье нельзя доверить кому попало, но Аш, похоже, справлялся со своей задачей превосходно.

— Потерпи еще немного, — сказал я. — Как только город падет, я избавлю тебя от этого монстра.

Аш тяжело вздохнул, завязал чехол и спрятал копье под койку.

— Береги себя, Марк, — сказал он, глядя на стены Лие. — Кроме тебя с Машем у меня никого нет на этом свете.

Трубы взревели, возвещая о начале штурма. Огромные противовесы требюше ухнули вниз, и снаряды начиненные «чинна» полетели к городским стенам, оставляя в небе дымный след.

Я повернулся к батарее, пытаясь разглядеть Хрианон. Она наверняка была где-то там, скрытая горами мешков с песком, и наблюдала за полетом своих ужасных снарядов.

Три взрыва прозвучали практически одновременно, земля затряслась, и стены города скрылись за облаками черного дыма.

Гигантские осадные башни тут же со скрипом двинулись вперед. Вокруг них столпились сотни солдат и инженеров, выкрикивающих во всю глотку приказы.

Клубящиеся облака, в которых, как в грозовых тучах, время от времени что-то вспыхивало и мерцало, скрыли город от наших глаз. Воздух тут же наполнился леденящим душу гулом и свистом.

— Щиты! — завопил стоящий рядом со мной офицер. Вновь заревели трубы. По морю стальных шлемов прокатилась волна. Щиты взмыли вверх, и все видимое мне пространство стало похожим на колышущуюся бронированную шкуру дракона.

Я вскинул свой круглый щит над головой, и согнулся под его тяжестью. В тот же миг на меня обрушился первый обломок стены.

Камни, земля, бревна, обломки досок посыпались на нас как дождь. От страшного удара у меня онемела рука, и подогнулись колени. Щит затрещал, но выдержал.

Одному из моих соседей повезло меньше, его пришпилило к земле длинной острой жердью, которая проткнула его доспехи как бумагу.

Приподняв край щита, я выглянул наружу. В воздухе кружился пепел, от резкого запаха «чинна» запершило в горле.

Мертвые лежали повсюду, раздавленные каменными глыбами. Кое-где из земли торчали целые фрагменты крепостной стены и куски фасадов зданий. Под ногами захрустела битая черепица и стекло.

Солдаты с мрачными лицами отряхивали свои покореженные, иссеченные щиты, и вытирали кровь, текущую из-под помятых шлемов.

На стенах Лие, скрытых от нас черной пеленой, зазвучали трубы. Враг был не видим, но он был все еще жив!

Осадные башни вновь качнулись, и медленно, как ожившие горы, поползли вперед. Море стальных шлемов всколыхнулось, и устремилось следом, обтекая торчащие из земли обломки.

— Что будем делать, командир? — закричала мне на ухо леди Эриу.

Я окинул взглядом свой маленький отряд, проверяя все ли целы. Лазутчицы на этот раз были облачены в тяжелые латы, украшенные серебряной насечкой изображающей ветви, усыпанные алыми цветами. Их доспехи были покрыты пылью, а щиты вмятинами. Чуть сзади стояли метатели, с огромными квадратными павезами. На груди у них висели ящички с «чинна», за плечами болтались арбалеты, а в руках они сжимали тяжелые фальшионы.

На первый взгляд потерь у нас не было.

— Подождем, пока башни выдвинутся на позиции, — сказал я. — Пойдем следом за тяжелой пехотой!

Осадные башни неумолимо двигались вперед. Позади них колыхался лес пик, а по бокам шли мечники, с развевающимися на ветру плюмажами.

Клубящееся черное облако, наконец, захлестнуло и нас, превратив день в багровые сумерки.

Солдаты закашлялись от резкого химического запаха, а я просто задержал дыхание.

В полумраке загудели трубы и завыли волынки, отдавая приказы.

Мимо нас нескончаемым потоком потекли отряды, под разноцветными флажками союзных городов.

Тяжеловооруженные фалерманцы шли под пение волынок. Их командиром был бравый малый, которого я запомнил на военном совете. Он был огромного роста, его доспехи были украшены искусной чеканкой и красными эмалированными розами. Его шлем был увит золотыми лентами, а на коленях и локтях красовались белоснежные шелковые банты.