Черные руки (СИ) - Бородин Стас - Страница 2

— Вы как знаете, — Аш торопливо стянул свою куртку. — Но я просто обязан окунуться!

Маш только хмыкнул и полез на высокую скалу, откуда хорошо просматривались окрестности.

Никос подмигнул мне и распустил пояс своего балахона. Я даже ахнул! Все тело колдуна покрывала причудливая вязь татуировок. Черные и красные полосы сплетались как тысячи змей, струясь по его плечам, рукам и ногам. Его правая рука была черной, от плеча до локтя, черными были и обе ноги, от колен до ступней.

— Прибавилось картинок, правда? — Никос смотрел на меня с улыбкой. — Скоро и на твоем теле такие появятся!

Я посмотрел на свои ладони, которые благодаря мази мастера Данте, всегда оставались мягкими и гладкими. Их не могло поранить даже самое острое оружие!

— Да вот ладони у меня никогда не будут черными, как у мастера Данте, — вздохнул я.

Никос засмеялся и плеснул в меня водой.

— Ладони не татуируют, они сами почернеют, когда ты станешь настоящим мастером!

Озеро оказалось глубоким, пальцами ног я чувствовал ток холодной воды и чуть заметное покалывание. Удовольствие было просто неземное!

Мы лежали в воде, глядя на ослепительно белое небо, и улыбались. Аш сменил старого скаута на посту. Он голышом вскарабкался на скалу и сидел высоко над нами, болтая ногами и роняя в озерцо мелкие камушки.

Тело Маша было белым как молоко, только лицо и руки у него были загорелыми до черноты.

Грудь и спина его были покрыты сотнями шрамов, уродливыми бороздами рассекающими плоть.

Перехватив мой взгляд, старый скаут усмехнулся.

— Это все по молодости, по глупости, сынок. Когда-то я был таким же обалдуем, как и твой дружок Аш!

Скаут нырнул и надолго скрылся в черной глубине.

Заночевали мы чуть в стороне от оазиса. Скауты нашли небольшую пещерку в камнях, мы достали из сумок конский навоз, который все время прилежно собирали, и разожгли небольшой костер.

Аш вернулся от озера, держа за хвост здоровенного, покрытого чешуей ящера.

— Вот, выполз, как только мы ушли! — лицо его было довольным. — Тут я его и подкараулил!

Мы зажарили чудище на костре и сожрали в один присест. Мясо ящера оказалось белым и нежным. Ничего вкуснее я в жизни не пробовал!

Облизав пальцы, я собрал кости и закопал их в сторонке, а сверху положил большой камень, чтобы скрыть все следы нашего пиршества.

Ночью со стороны оазиса постоянно доносились странные хрипы и вскрики. Шипение и плеск воды. Словно там, таинственные твари бились не на жизнь, а на смерть.

Аш заступивший в караул не обращал на звуки никакого внимания, и я, решив последовать его примеру, провалился в глубокий сон.

Утром мы опять возобновили свое путешествие по бесконечным черным дюнам. Солнце, казалось, стало еще злее, зато силуэты гор Неф и Эстранд, стали намного выше и уже не напоминали невысокие холмики, как неделю назад.

Через два дня Маш вывел нас к полузасыпанным песком руинам.

Это была крепость построенная древними! Она не была похожа ни на одно из виденных мною раньше сооружений.

Множество массивных круглых башен торчало из песка. Они кренились в разные стороны, под самыми невероятными углами, но не падали, а толстенные стены, были словно высечены из цельного камня.

Сооружение было удивительным! Сколько же секретов оно пронесло сквозь века, и не нашлось ни одного человека, который потрудился бы их разгадать!

— Не лазь тут! — прикрикнул Маш на меня. — Это опасное место!

Мы остановились на ночлег, под защитой торчащей из песка полуразрушенной стены. Скауты разожгли костер и расседлали коней.

Усевшись вокруг огня, мы достали свои припасы. Солонину и твердый как камень сыр.

Беседа не клеилась. Словно само место, в котором мы находились, мешало нам. Я чувствовал, что мысли у меня разбегаются в разные стороны, как шустрые и вредные зверьки. Поймать их не представлялось никакой возможности.

Так мы и сидели, глядя друг на друга и на костер, пока нас не сморил сон.

Утром Маш растолкал нас без особых церемоний.

— Вставайте, сони! — рявкнул он. — Или останетесь здесь спать навечно!

Мои глаза не хотели открываться, но я заставил себя взгромоздиться в седло и последовал за скаутами.

— В этом месте можно не думать об опасности, — пояснил Маш, когда мы удалились от развалин на приличное расстояние, и, наконец, окончательно пришли в себя.

— Его все ночные хищники обходят стороной, — Маш поскреб спутанную бороду. — Да и люди тоже.

— А мы чего же туда поперлись? — возмутился Аш.

— Потому что я с вами, — хмыкнул Маш. — Со мной вам нечего бояться.

— Слышал я эти сказочки, — буркнул Аш. — Уже много раз слышал!

Никос только засмеялся.

Вскоре горный массив Нефул заслонил собой полгоризонта. Над ним громоздились исполинские черные тучи. Горы Эстранд и Неф стояли как фантастические колонны, а их вершины были скрыты клубящейся мглой.

Представшая нашим глазам картина была устрашающей!

— Так вот где мастер Айдиола сразил дракона Этфулстага! — воскликнул я, указывая пальцем на отвесные склоны горы Неф.

— Так говорится в легенде, — подтвердил Никос.

Я стоял потрясенный, запрокинув голову, не в силах оторвать взгляда от легендарной горы. Сколько раз я перечитывал сказания об эпической битве добра со злом, но ни разу, даже в самых смелых своих мечтах, не мог представить, что когда-нибудь я увижу ее собственными глазами!

— Крепость Маген! — воскликнул Айс. — Наконец-то мы приехали!

Присмотревшись, я увидел маленькую точку у входа в ущелье Герант.

Стены крепости блестели на солнце, и с такого расстояния, казалось, что кто-то подает нам сигнал маленьким зеркальцем.

Вот она какая, последняя защита нашего мира от мира Тьмы, начинавшегося по ту сторону гор.

Вблизи крепость Маген уже не казалась сверкающей драгоценностью. Судя по всему, она тоже была построена в далеком прошлом. Однако время было к ней более благосклонно, нежели к занесенной песками цитадели в пустыне.

В центре высилась исполинская белоснежная башня. Ее окружали два кольца циклопических стен украшенных причудливыми башенками и надстройками.

Когда мы подъехали ближе, я увидел многочисленные шрамы и заплаты на крепостной стене. Местами она была покрыта копотью, а кое— где, даже оплавлена!

Какие чудовища могли сотворить такое? Даже представить себе было страшно!

Огромные ворота были гостеприимно распахнуты настежь, а стражников нигде не было видно. Мы не спеша проехали под массивной аркой, на которой висел бронзовый колокол, покрытый зеленой патиной.

Аш приподнялся в седле и ударил по колоколу копьем.

Навстречу нам тут же вышел человек в балахоне, похожем на облачение Никоса.

Человек был невысокого роста, его лысина блестела как зеркало, зато под носом задорно топорщились роскошные усы.

— Дорогой Никос! — воскликнул усач. — Сколько лет прошло с твоего последнего визита? Я уж подумал, что ты совсем о нас позабыл!

— Пять лет! — подсказал Маш. — Мы тогда сопровождали мастера Данте…

— Пять лет… — вздохнул усач. — Мы уже слышали о Данте. Какая трагедия! Это был такой способный мальчик!

— Он давно уже не мальчик, — улыбнулся Никос. — Впрочем, как и я, дорогой Бланад!

— Конечно! В наружном мире время словно бежит по-другому, — Бланад всплеснул руками. — Я совсем об этом позабыл!

Моих друзей скаутов без особых церемоний отправили в казармы разведчиков, а Никос, похлопав меня по плечу, усмехнулся.

— Тебе придется нелегко, — сказал он. — Мы все через это прошли. И я, и даже мастер Данте! Помни, зачем ты здесь, помни, какие надежды все на тебя возлагают.

Мастер Никос махнул мне на прощанье и ушел в компании усатого привратника, я же остался совсем один посреди пустынного двора. Мое одиночество, однако, продлилось совсем не долго!

— Я Хайл, мастер колдунов, — тяжеленная ручища опустилась мне на плечо. От неожиданности у меня даже колени подогнулись. — Это я буду тебя учить.