Черные руки (СИ) - Бородин Стас - Страница 9

Я закрыл глаза, вслушиваясь в звуки ночи. Был слышен кожистый шелест перепончатых крыльев, уханье ночных птиц и неумолчное стрекотанье насекомых.

Как здорово было вновь оказаться на свободе! Вдохнуть полной грудью ночного воздуха, напоенного запахами степных трав и лунных цветов.

Мои ладони сами собой наполнились маной. Это было так просто и естественно, что я даже не удивился.

Подняв руки к небу, я с удивлением увидел черные ленты татуировок покрывавших их от запястий до самых локтей. Мана заструилась с кончиков пальцев, вытягиваясь в невидимые струны, которые завибрировали в лунном свете и зазвучали как арфа.

Я засмеялся.

— Забавно, правда? — у меня в голове зазвучал знакомый голос.

— Мастер Данте! — прошептал я.

Однако голос мне не ответил. Все мое существо переполнилось ликованием! Дыхание участилось, а невидимые струны маны поднимались все выше и выше, наполняя меня звенящей радостью, которой я никогда прежде не знал!

Утром нам с Килитом принесли завтрак. По два вареных яйца и несколько ложек каши. Килит сидел в своей постели и глупо улыбаясь, вылизывал тарелку.

Выглядел он гораздо лучше, однако, сил чтобы встать у него пока не было. Я старался помогать ему во всем, но и сам очень быстро уставал. Тогда я возвращался в постель и сразу же погружался в сон.

Лекарь, который присматривал за нами, не разрешал нам покидать комнаты. Уходя, он запирал дверь на ключ. Посетителей к нам тоже не пускали.

Несколько дней назад я слышал голос Аша, который поносил нашего эскулапа отборной скаутской бранью. Как это было здорово, вновь оказаться среди живых!

Сжав в кулаке Слезу Сердца, я засмеялся. Килит пожал плечами и тоже улыбнулся. За последние несколько дней мы очень сблизились и научились понимать друг друга практически без слов.

Я сидел на подоконнике, болтая ногами и подставляя спину лучам заходящего солнца. В замке заскрежетал ключ, дверь распахнулась, и на пороге появился улыбающийся Никос.

— Я вижу, что вы уже в полном порядке, — Никос похлопал Килита по плечу, и подошел ко мне. — Вы выдержали все испытания с честью!

Спрыгнув с подоконника, я ухватил колдуна за рукав.

— Мне кажется, — сказал я сухо. — Что ты должен перед нами объясниться! Что это за испытания такие, когда моих товарищей пожирают заживо, а нас морят голодом!

Никос приобнял меня за плечи.

— Не злись, мой дорогой друг, — сказал он. — Я же говорил, что испытания будут трудными! Ты помнишь, что было написано над входом в подземелье?

— Оставь надежду, всяк сюда входящий! — бросил я с вызовом. — Без надежды мы давно отправились бы прямиком в Аннувир!

— Так вы знали обо всем? — Килит сел на своей постели. — Значит, могли и остановить это в любой момент?!

Я почувствовал, как у меня покраснело лицо. Стало трудно дышать. Гнев переполнил меня, готовый выплеснуться наружу и обрушиться на колдуна.

— Мы знали обо всем, — кивнул Никос. — Но ничего не могли изменить, и вмешаться тоже не могли. Неужели вы думаете, что мастер Хагвид не беспокоился о вас?

— Беспокоился! — фыркнул Килит. — Что же он тогда не пришел нас проведать?

— Он пришел, — Никос пожал плечами. — Это уже ваша вина, что вы его не узнали!

— Так это был ты! — воскликнул я потрясенный. — Вот зачем была нужна эта идиотская маска!

Никос положил мне обе руки на плечи и внимательно посмотрел мне в глаза.

— Другого способа не существует. Только подземелья крепости Маген могут открыть колдуну связь с маной. Только самоотречение, только боль и страдания могут настроить твою душу на один с нею лад…

В глазах старого друга я увидел боль.

— Мне очень жаль, Маркус, что я так поступил с тобой, но другого способа не было!

— А как же я? — Килит встал с постели. Он протянул колдуну свои руки, покрытые такими же, как и у меня татуировками. — Я кроме этих картинок ничего не получил! Моя душа не настроилась ни на что!

— Неужели? — Никос обернулся и хлопнул Килита по протянутой ладони.

Тот застыл на месте, выпучив глаза и глядя перед собой невидящим взглядом.

Я почувствовал, как мана струится по его рукам, стекает по локтям и падает на пол!

— Ваши татуировки направляют течение маны, — пояснил колун. — Позволяя собирать ее в большом количестве. Однако сохрани вас Орвад, если вы попытаетесь использовать ее всю! Сырая мана вывернет вас наизнанку и оставит от вас только мокрое место. Помните, что это опасная тварь, и приручить ее невозможно!

Килит рухнул в свою постель, все еще ошарашено пялясь на свои руки.

— А что с нашими друзьями, — спросил я. — Почему они должны были погибнуть!

— Они не должны были погибнуть, — Никос тяжело вздохнул. — Испытания скрепили бы вашу дружбу крепче цепей. Вы должны были превратиться в единое целое. В один организм с пятью парами глаз и пятью парами рук! Мы очень на это надеялись!

— Вы просчитались… — хмыкнул Килит.

— Такое очень редко случается, — кивнул Никос. — Мы не могли предвидеть, что в вашей группе окажется Пожиратель!

— Хорошее название! — я сплюнул на пол, отгоняя демонов. — И что теперь будет с этим Пожирателем?

— Помнишь, я тебе говорил о запрещенном колдовстве, которое мы используем для борьбы с магами? — Никос понизил голос. — Такое колдовство могут практиковать только Пожиратели…

— Ты хочешь сказать, — задохнулся я. — Что вы продолжите тренировать это чудовище?!

Килит вскочил со своей кровати, его руки тряслись.

— Он не будет тренироваться с вами, — успокоил нас колдун. — Им займутся мастера запрещенных искусств. Мы постараемся, чтобы вы больше не встречались.

— Но это же омерзительно! — закричал Килит. — Он сумасшедший! Его нужно изолировать!

— Только сумасшедший может овладеть запрещенным колдовством, — сказал Никос. — Нравится вам это или нет, но он представляет для нас большую ценность. Даже большую чем вы.

Глава 4

Своих друзей скаутов я встретил через несколько дней во дворе крепости. Они дожидались меня сидя под навесом возле колодца.

— Вот он! — закричал Аш, тыкая Маша локтем в бок. — Это же наш мальчишка!

Килит недоуменно уставился на скаутов, а те уже подхватили меня на руки и, весело хохоча, подбросили в воздух.

— Слава Орваду, ты жив! — Аш так стиснул меня в своих стальных объятиях, что я чуть не распрощался с жизнью.

— Полегче, дурень! — Маш отпихнул его в сторону, и я сумел наконец-то вдохнуть.

— Ты только погляди на его руки! — восторженно завопил молодой скаут. — Он теперь настоящий боевой колдун!

Я торопливо натянул рукава куртки, закрывая татуировки.

— Оставь парня в покое! — строго гаркнул Маш. — Или я тебе сам татуировку набью, месяц потом сидеть не сможешь!

Аш обиженно надулся, но уже через минуту опять начал приплясывать вокруг меня, восторженно улыбаясь.

— Ты себе не представляешь, как мы переживали, — сказал старый скаут. — Особенно после того, как узнали о Пожирателе.

— Нашего героя сожрать, у него кишка тонка! — Аш мне подмигнул. — Не из такого теста мы сделаны!

Я не стал пугать друзей и сообщать им, что был очень близок к желудку Пожирателя. Иначе они ни за что бы, ни успокоились, пока не отправили бы его прямиком к Мистар в бездну аннувира!

— Тебе письмо из Лие! — вдруг вспомнил Маш. Запустив руку в свой заплечный мешок, он достал пакет. — Пришло вместе с депешами для мастера Никоса!

— Мы упросили его отдать пакет нам, — усмехнулся Аш. — Скауты всегда приносят хорошие новости!

Трясущимися от волнения руками я схватил пакет. Мне очень хотелось вскрыть его немедленно, однако, я боялся, что там могут быть не только хорошие новости.

— Свидание окончено, — объявил мастер Хайл. — Быстро за работу, лентяи!

Скауты насмешливо покосились на толстого колдуна, но не подали виду, что вообще его слышали.

— На нас тут только что не пашут, — прошептал Аш. — Как начнешь полевые учения, проси нас в сопровождение!