Глиняные кулаки (СИ) - Бородин Стас - Страница 13

Кукла, очевидно, не слышала Айса, а может, она просто не обращала внимания на его слова.

Оторвав юношу от земли, марионетка сунула юношу подмышку, и стремительно слетела вниз по ступенькам, не издав при этом даже малейшего шума.

Длинные руки протянулись к массивной двери, окованной железными полосами, и осторожно приоткрыли ее на несколько дюймов.

Айс выглянул наружу и закрыл ладонью рот, чтобы не закричать. Две огромные пятнистые собаки, в железных шипастых ошейниках, остервенело рвали на части тело варвара, казненного накануне.

Окровавленные морды время от времени поднимались к небу, а челюсти энергично двигались, разжевывая мясо. Фыркая и урча от удовольствия, один из псов вытащил наружу груду внутренностей и принялся в них деловито копаться своими кривыми когтистыми лапами.

Рука куклы легла юноше на грудь, словно приказывая оставаться на месте. Дверь еще чуть-чуть приоткрылась, и странный провожатый бесшумно выскользнул наружу.

Затаив дыхание, и боясь даже пошевельнуться, Айс прижался к дверному косяку, следя за черной тенью, скользящей по земле в направлении эшафота.

Собаки внезапно застыли, словно почувствовав что-то, их окровавленные клыки обнажились, а из глоток вырвалось угрожающее рычанье.

Тень метнулась вперед, и рычание тут же оборвалось тоненьким жалобным визгом. Что-то хрустнуло, и над плацем вновь воцарилась мертвая тишина.

Белая маска оторвалась от земли и медленно поплыла к Айсу навстречу.

Зрелище это было такое жуткое, что и у закаленного воина кровь застыла бы в жилах!

Рука в окровавленной перчатке крепко обхватила юношу за талию, его ноги вновь оторвались от земли, и он бесшумно поплыл над песком, усеянным отпечатками собачьих лап.

– Ты что-то слышишь, Гонт? – раздался откуда-то сверху встревоженный голос стражника.

– Ничего я не слышу, Брадан, – второй голос был усталым и безразличным. – Тебе опять что-то померещилось.

– Как раз наоборот! – по камню заскрежетала алебарда, и черный силуэт свесился со стены, вглядываясь во тьму тюремного двора. – Я больше не слышу Демона и Потрошителя!

– Дрыхнут, наверно, – ответил второй голос. – Нажрались мертвечины вот и дрыхнут.

– Ну, нет, – возразил Брадан. – Эта парочка пока труп по косточкам не растащит, не успокоится! Говорю тебе, что-то неладно!

По стене внезапно рассыпался сноп голубых искр, и яркий свет прожектора разрезал темноту как нож масло, упираясь прямо в горбатую куклу, несущую на руках юношу.

– Будь я проклят! – закричал стражник. – Сигналь тревогу!

От рева трубы даже земля затряслась у беглецов под ногами. В здании барака стражи тут же вспыхнул свет, и через считанные секунды наружу посыпались вооруженные люди, надевающие на ходу шлемы и кирасы.

– Вот так попали! – всхлипнул Айс, цепляясь за провожатого, который осторожно опустил его на землю. – Говорил я тебе, нужно было идти в другую сторону!

Не обращая внимания на переполох и слова юноши, кукла сбросила сумку, которую несла на спине, и потянула за завязки. Потертая ткань упала на пол, и Айс увидел что-то свернутое в тугой рулон.

– Если это не ковер-самолет, то нам крышка! – усмехнулся он, наблюдая, как кукла небрежным ударом ноги разворачивает сверток на земле.

Вопящие стражники, ощетинившиеся стеной алебард и обнаженных сабель, были уже на середине плаца, и Айс мог теперь спокойно рассмотреть даже желтые пятна на их застиранном исподнем.

– Хорошая попытка, ублюдки! – завопил сверху довольный Брадан, держа беглецов в луче света. – Поглядим, теперь, как вас вздернут!

Стражник поперхнулся и замолчал, глядя, как с земли поднимается какая-то странная фигура.

Вторая кукла, спрятанная до поры до времени в сумке, была огромного роста, гораздо выше тюремных стен и сторожевых башен.

Длинная, извивающаяся змеей ручища хлестнула по прожектору, сбивая его вместе со стражниками на землю. С громким хлопком лампа взорвалась, обдав стену снопом голубых искр.

Брадан коротко завопил, врезался головой в мощенный булыжниками плац, и задергался в предсмертных судорогах, осыпанный с ног до головы дымящимся стеклянными осколками.

Массивные кривые ноги куклы полностью распрямились, и Айс замер, запрокинув голову, и задержав дыхание, от ужаса и восхищения.

У этой куклы было три пары рук, а маска, привязанная к груди черными шнурами, изображала страшного оскалившегося демона, с изогнутыми клыками торчащими из пасти, и раздвоенным змеиным языком.

Стражники остановились как вкопанные, глядя на появившегося на их пути многорукого монстра, сплетенного из красных волосяных веревок.

Чудовище распростерло свои ручищи в разные стороны, словно пытаясь заключить солдат в свои смертоносные объятия.

– Клянусь Орвадом, это порождение Мистар! – закричал один из стражников, пятясь назад, и поспешно сплевывая через плечо. – А драться с демонами я не нанимался!

Солдаты согласно закивали и подались на несколько шагов назад, оглядываясь, в поисках убежища.

– Что встали, ублюдки?! – закричал коренастый сержант в замызганном исподнем, выходя вперед, и вращая над головой огромной изогнутой саблей. – Испугались этого пугала?

Его покрытая шрамами физиономия напоминала скорее морду бойцовской собаки, чем лицо человека. Толстенная ручища, заросшая черными курчавыми волосами, указала саблей на куклу.

– Глядите, это же простой истукан, я вдоволь навидался таких на войне! – осмотрев притихшее воинство, он зловеще ухмыльнулся. – Меня надо бояться, а не проклятую марионетку! Вперед, ублюдки, или я с вас сам шкуры поспускаю!

Как оказалось, сержанта стражники боялись гораздо больше, чем "порождение Мистар". Кровь вновь вернулась на побледневшие лица, а опустившиеся было алебарды, вновь взлетели вверх, как иглы огромного дикобраза.

– Вперед! – закричал сержант, и первым бросился на шестирукого великана, выкрикивая проклятья и завывая как тысяча демонов.

Одна из рук метнулась сержанту навстречу. Черные пальцы ухватили его за голову и с легкостью подбросили в воздух.

С диким воплем стражник взлетел выше сторожевых башен, где его играючи подхватила другая рука и с чудовищной силой ударила о землю.

Вопль сержанта оборвался тяжелым глухим ударом о мощенный камнем плац. Во все стороны брызнула кровь, а извивающаяся черная рука уже тянулась к потрясенным разинувшим рты стражникам.

Алебардисты бросились бежать, однако чудовищная кукла настигла их несколькими прыжками.

Длинные гибкие руки хлестнули как бичи, сбивая людей с ног. Тюремный двор наполнился криками, стонами, руганью и лязгом оружия.

Черные ладони зашарили по земле, подбирая оброненные сабли и алебарды, а со стороны казарм уже бежали аркебузиры с дымящимися фитилями, зажатыми в зубах.

Забросив Айса на плечо, первая кукла оттолкнулась от земли своими толстыми ногами, ухватилась длинной рукой за край стены и, ловко подтянувшись, уселась на краю парапета.

От всей этой акробатики у юноши захватило дух. Он смотрел вниз, на строящихся в ряд стрелков, на сбившихся в кучу стражников, на исполинскую марионетку, размахивающую тяжеленными алебардами, и сверкающими саблями, и не мог поверить, что все это происходит на самом деле.

Тем временем пролилась первая кровь. Отрубленная голова закувыркалась в пыли, и остановилась, лишь ударившись об основание эшафота.

Кукла наступала, вращая саблями и алебардами с такой скоростью, что они превратились в сверкающие размазанные круги. Удары сыпались один за другим, отсекая конечности, и разрубая тела на части.

– Отступай к эшафоту! – истошно завопил кто-то. – Заманивай его к стрелкам!

Стальная маска куклы повернулась из стороны в сторону, будто осматривая поле боя.

Заприметив аркебузиров, она на мгновение застыла, словно раздумывая, что бы предпринять. Длинная рука играючи подхватила с земли тело сержанта и метнула его как снаряд из катапульты.

Труп врезался в ряды стрелков с такой силой, что аркебузиры разлетелись в разные стороны, как кегли.