Глиняные кулаки (СИ) - Бородин Стас - Страница 45

Диса треснула наглеца по макушке тяжелыми счетами с такой силой, что несчастный шлепнулся на палубу, удивленно моргая, и глядя на хохочущих товарищей.

– Плати умбр, если хочешь поглядеть! – засмеялся Ари, уворачиваясь от счет, которые в руках Дисы были довольно опасным оружием.

Тяжелый кошелек с громким стуком упал к ногам девушки. Матросы притихли, расступаясь и пропуская вперед капитана.

– Если я выиграю, – капитан Наркис не мигая глядел на Дису. – Ты будешь драить палубу, стирать и стряпать до конца рейса. Если проиграю, кошелек твой.

Девушка подняла с палубы тяжелый мешочек, распустила завязки и заглянула вовнутрь.

– Здесь, наверно, не меньше десяти сторхов, – сказала она, удивленно вскидывая брови. – Не понимаю…

Капитан скрестил руки на груди, и кивнул на своих матросов.

– Еще ты пообещаешь, оставить моих орлов в покое, – на загорелом лице шкипера на мгновение появилась улыбка. – Я не хочу, чтобы их обобрали до нитки!

Диса гордо задрала подбородок, и бросила кошелек на палубу.

– Годится! – она плюнула себе на ладонь, и вытянула руку вперед.

Командир повторил ритуал, скрепляя сделку рукопожатием.

– Первым бросаю я, – шкипер поднял с палубы кости, и повертел между пальцами, словно оценивая их вес. – Посмотрим, не отвернулась ли от меня госпожа удача!

В наступившей тишине, были слышны лишь крики чаек, скрип рангоута, да шипение воды под бушпритом.

С громким стуком кости покатились по надраенным до блеска доскам, ударились о ящик с песком, закрутились волчком и остановились.

– Три единицы! – мрачно провозгласил Ари.

От торжествующего рева команды с близлежащего острова поднялась испуганная стая разноцветных попугаев.

Диса молча нагнулась, подбирая кости. Ее губы были плотно сжаты, а на лбу и над верхней губой проступили крошечные капельки пота.

Айс вздохнул, и перевел взгляд на ухмыляющуюся физиономию Элиседа, наблюдающего за игрой.

Кукловод сидел, облокотившись спиной о бочку с водой, и что-то жевал. Стоящий рядом Ниал ухмыльнулся, и, постучав по планширу точилом, опять принялся править саблю.

– Швабра и ведро вон там, – сказал капитан. – Нужно для начала хорошенько выдраить клюзы, а то запах от них идет преотвратный…

Ари потянулся за лежащим на палубе кошельком, однако девушка наступила на него заляпанным грязью сапогом.

– Теперь моя очередь, – сказала она, не сводя взгляда с улыбающегося капитана. – Быть может моя удача побьет вашу, мастер Наркис!

Вытерев пот со лба, Диса подула в кулачок, и бросила кости. Матросы завизжали и заулюлюкали, наблюдая, как костяшки катятся, подпрыгивая, по палубе.

Кости ударились о ящик с песком, закрутились волчками и остановились.

– Две единицы… – пробормотал Ари, отступая на шаг. – "Глаза дракона"!

Третья костяшка лежала на палубе расколотая пополам.

Матросы молча попятились, стараясь на встречаться взглядом с капитаном, и тихонько разошлись, делая вид что ничего не произошло.

– "Глаза дракона", – повторил капитан Наркис, глядя на расколовшуюся костяшку. – Это плохой знак.

Круто развернувшись на каблуках, он зашагал к мостику, а Диса тем временем подобрала с палубы тяжелый кошелек.

– Моя удача сильнее! – крикнула она вслед капитану. – Запомните это!

"Самнорская жемчужина" никогда не отдалялась далеко от берега. Она шла от одного острова к другому, от одной укромной бухточки к другой, умело скрываясь от больших военных кораблей, и распугивая на своем пути крохотные рыбачьи лодки, разлетавшиеся при ее приближении в разные стороны, как стайка голубей, завидевших сокола.

Ветер дул попутный, и гребцы, не обремененные тяжелой работой, слонялись по палубе, развлекаясь игрой в кости и траки, борьбой на руках и тараканьими бегами.

Капитан Наркис, между тем, следил, чтобы у команды оставалось поменьше свободного времени.

Утро неизменно началось с генеральной уборки и проверки такелажа. После полудня, когда жара стала совершенно невыносимой, из трюмов достали оружие и тяжелые длинные кольчуги, доходившие воинам до колен.

Пронзительно заскрежетали точила и загрохотали бочки с песком, которые потные моряки катали туда-сюда вдоль бортов, счищая с кольчуг даже самые крошечные пятнышка ржавчины.

– Зачем это вам? – Айс удивленно вскинул брови, глядя на своего нового товарища, придирчиво разглядывающего облепленное песком плетенье. – Пули она не остановит, а если упадешь за борт, живо тебя на дно утащит!

Ари ухмыльнулся.

– Для абордажа лучше не придумаешь! Там иногда такая свалка начинается, что в живых остаются только те, на ком больше железа! – коротышка хитро подмигнул. – Пули я не боюсь, а плавать не обучен. Так что мне один хрен, путь на дно морское, если шлепнусь за борт!

– Но ведь ты же моряк! – удивился юноша. – Я-то думал, что все моряки плавают как рыбы!

– Моряк должен оставаться на палубе, а не плескаться за бортом, – Ари важно поднял палец вверх. – У нас вообще мало кто умеет плавать, а это, кстати, очень хорошо для дисциплины.

– Не понимаю, – Айс пожал плечами. – Что же тут хорошего?

Бросив кольчугу обратно в бочку, Ари подбоченился.

– Если команда знает, что корабль это ее единственная защита и спасение, она будет стоять за него до последнего, а не прыгать чуть что за борт, как трусливые крысы!

Закончив инспекцию оружия, Ари приказал опустить за борт плавучие мишени, и в течение двух часов вся команда попеременно упражнялась в стрельбе из луков.

Когда волокущуюся за галерой мишень подтянули к борту, она оказалась снизу доверху утыкана стрелами, с разноцветными метками, которые Ари принялся изучать с особой тщательностью.

– Дагфин! – он указал на седовласого бородача, татуированного октопусами. – Ты сегодня перевел десять стрел! Я не нашел ни одной!

– Да ну его к Мистар, ваш лук, – сердито пробурчал Дагфин. – Баловство все это! Если по нам шмальнут из пушки, никакие стрелы не помогут!

– Дагфин! – нахмурился Ари. – Будешь сегодня выгребные ямы рыть!

Ближе к вечеру корабль обычно вытаскивали на сушу, на одном из миллиона крохотных островков, и команда разбредалась в разные стороны, в поисках дров для костра, черепашьих яиц и пресной воды.

Пассажиры добровольно присоединялись к искателям, и только одной Дисе не позволялось выходить на сушу, чтобы не провоцировать истосковавшихся по женскому обществу моряков.

– Когда прибудем на Эту, я сразу же завалюсь в бордель мадам Фриор, – Ари мечтательно уставился куда-то вдаль, уронив на прибрежный песок охапку собранного плавуна. – У нее есть девочки из Зенора, черные как обсидиан, с бирюзовыми глазами и пахучими волнистыми волосами! У нее есть желтокожие красотки с Лакора, изящные как статуэтки и гибкие как бамбук! У нее есть даже амазонки из Тартарии, которые своими интимными мышцами колют дикие орехи!

Айс застыл с открытым ртом, пытаясь представить тартарскую амазонку, и почувствовал, что краснеет.

– Это удовольствие, наверно, кучу денег стоит? – спросил он, уныло похлопав себя по тощему кошельку.

– Не дешево, – кивнул Ари. – Но все же не пять умбров!

Весело хохоча, моряк сгреб в охапку рассыпавшийся плавун, и потащил его через песчаные холмы к костру, вокруг которого уже собралась вся команда, включая пассажиров и капитана.

С мерным шипением волны накатывали на берег, принося охапки пахучих водорослей, переворачивая разноцветную гальку, и шурша белыми ракушками. Высоко над головой выгнулся недосягаемый небесный свод, инкрустированный разноцветными искорками звезд, а луна, разрисованная спиралями и кругами, казалась такой близкой, что до нее можно было достать рукой.

Усевшись на колючий камень, Айс зарыл пальцы босых ног в холодный песок, и, запрокинув голову, закрыл глаза, прислушиваясь к пению моря.

Волшебная неземная мелодия зазвучала с новой силой, сотканная из неумолчного танца волн, набегающих на берег, шума ветра, резвящегося в источенных временем скалах, и серенад таинственных ночных насекомых.