Глиняные кулаки (СИ) - Бородин Стас - Страница 59

Девушки поплевали на ладони и скрепили сделку крепким рукопожатием.

– Приятно иметь с тобой дело, сестренка, – Ингве улыбнулась. – Если захочешь остаться на Эту, я сделаю тебя партнером.

– Не сейчас, – девушка покачала головой. – Если я останусь здесь, эта троица промотает все деньги на женщин и на выпивку, да помрет с голоду в какой-нибудь пустыне.

– Дядя не помрет, – Ингве зловеще захихикала. – Если будет надо, он сожрет этих задохликов, и как ни в чем ни бывало приползет на Эту с кучей новых удивительных сказок.

Из дома вышел скен, несущий тяжелый сундучок, окованный металлическими полосками.

– Пятьдесят сторхов и один умбр, – девушка передала Дисе увесистый кошелек с деньгами, и крепко ее обняла. – Когда тебе надоест общество этих мужланов, для тебя всегда найдется место в моем доме!

Дорогу к "Управе по делам наемников" голем нашел с такой легкостью, будто бы бывал там каждый день. Протиснувшись сквозь узкую щель между домами, он вывел компаньонов на небольшую площадь, над которой возвышалось облезлое шестиэтажное здание в авалорском стиле.

– Прости, меня Ниал, – пробормотал Элисед, который всю дорогу угрюмо плелся в хвосте процессии. – Мне следовало держать язык за зубами…

Верзила оглянулся и покачал головой.

– Ерунда, командир, – на его грозной физиономии появилась добродушная улыбка. – Просто помните, что я всегда буду рядом, чтобы плеснуть в вас вином, или дать пару подзатыльников, когда вы начнете выходить за рамки приличия!

Уши у Элиседа побагровели, и он втянул голову в плечи, словно ожидая очередной оплеухи.

– Я постараюсь об этом не забывать, – пробормотал он, уворачиваясь от группки чиновников, волокущих ворохи папок с веревочными завязками, и гремящих висящими на поясах чернильницами.

– Нам сюда? – Айс уставился на вывеску, на которой был изображен гарцующий на боевом коне рыцарь.

– Кирк, похоже, и здесь бывал, – Диса взяла юношу под руку. – Но на этот раз ему придется подождать снаружи.

С правой стороны от входа в здание находилась коновязь, у которой стояли два сонных жеребца. Лениво взмахивая хвостами, они отгоняли назойливых мух, а задними ногами месили гору свежего навоза.

– Замечательно! – восхитился Ниал, обходя коней стороной.

С левой стороны от входа, под распахнутым настежь окном, сквозь которое виднелась чья-то блестящая лысина, зачесанная редкими прядями, толпились големы – носильщики. На земле рядом с ними стояли потрепанные портшезы, и тяжелые сундуки, с массивными навесными замками.

Ухватившись за полированную медную ручку, Ниал распахнул двери, и сделал приглашающий жест.

– После вас, командир! Возьмем штурмом этот оплот бюрократии!

Унылый консьерж ловко прихлопнул муху длинной линейкой, покрытой чернилами, и присохшими трупиками насекомых.

– Зарегистрировать "компанию"? Это вам на второй этаж к гроссмейстеру Пиншо. Советую поторопиться, он может в любой момент отправиться на обед.

Коридоры управы были пустынными, из-за закрытых дверей изредка доносились приглушенные голоса, да бодрое пощелкивание счет.

– Ненавижу подобные места, – Ниал понизил голос, на цыпочках пробираясь мимо очередной двери, украшенной позолоченной табличкой, покрытой витиеватыми буквами. – Они пугают меня больше, чем вражеские бастионы, утыканные пушками, и шагающие башни, брызжущие жидким огнем!

С громким скрипом одна из дверей отворилась, и на пороге, приняв эффектную позу, появился важный чиновник, монументальной наружности. Мужчина носил потертый парчовый камзол, на голове у него красовался напудренный парик, а в перепачканных чернилами пальцах он держал, на манер кинжала, острое гусиное перо.

– Вы к кому, любезные? – рявкнул он грозным начальственным голосом. – Хочу сразу предупредить, внесение залогов не принимается до конца недели!

– Мы к гроссмейстеру Пиншо! – пискнул Ниал, на глазах уменьшаясь в размерах. – Хотим зарегистрировать "компанию".

-Ха! – чиновник взмахнул пером, едва не лишив верзилу глаза. – Тогда чего вы крутитесь возле моего кабинета?

Дверь с грохотом захлопнулась, едва не разбив Ниалу нос.

– Что я вам говорил, – прошептал верзила. – Жуткое место!

Кабинет гроссмейстера Пиншо оказался в самом конце коридора. Вдоль стены стоял ряд колченогих стульев с продавленными сиденьями, на которых со скучающим видом развалились два потрепанных кондотьера.

– Вы к Пиншо? – один из воинов полуобернулся, снимая со свободного стула свою шляпу. – Присаживайтесь. Старая крыса пьет чай, а это как минимум четверть часа!

Ниал чинно присел рядом с кондотьером, сложив руки на коленях.

– Четверть часа? – его брови сошлись у переносицы. – При всем уважении, не понимаю, как такое возможно…

Второй военный, сплюнул в стоящую напротив медную плевательницу, и злобно зашипел.

– За четверть часа мои парни от этого городишки камня на камне не оставят! За четверть часа мои парни пройдут маршем две мили при полной выкладке! За четверть часа…

– Хватит, тебе, Орвар! – первый кондотьер засмеялся. – Ты же знаешь, что старик Пиншо делает это специально, чтобы тебя позлить!

– Чтоб у него хрен отсох! – рявкнул Орвар. – Пока мы здесь зады просиживаем, миносцы всех стоящих бойцов к рукам приберут! С кем я тогда оправлюсь на Друммар? С гроссмейстером Пиншо?

Дверь в кабинет приоткрылась, и из-за нее высунулась крысиная мордочка секретаря.

– Мастер Орвар? – чиновник кисло улыбнулся. – Гроссмейстер вас сейчас примет. Вы принесли квитанцию об оплате?

Вытащив из шляпы какую-то бумажку, кондотьер поправил заткнутый за пояс пистоль, и решительными шагами вошел в кабинет.

– Надеюсь, он его не пристрелит, – хмыкнул оставшийся у двери военный. – Мне еще нужно своего сержанта выкупить, а Баркбар не принимает залоги до конца недели!

Айс с Дисой переглянулись, и тихонько уселись на свободные стулья. Это место и в правду внушало какой-то первобытный ужас!

Просидев в приемной больше часа, Ниал начал нервничать.

– Может, завтра придем? – он тоскливо поглядел на невозмутимого Элиседа, развлекающегося с кукольной лошадкой. – Что-то у меня в животе крутит, не ровен час пронесет!

– Спокойно, Ниал, – кукловод поднял лошадку на дыбы, и пустил ее вскачь по кругу. – Представь, что мы осадили крепость, и хотим теперь взять ее измором!

– Это еще кто кого, – верзила помрачнел. – Я, кажется, опять слышу звяканье чайной ложки!

В полной тишине и в правду послышалось ритмичное позвякивание, которое напугало старого солдата сильнее, чем звук вынимаемой из ножен стали.

Дверь в кабинет бесшумно приоткрылась, и из нее высунулся унылый секретарь. Внимательно изучив посетителей с ног до головы, он тихонько кашлянул, подзывая к себе Ниала.

– Господин Пиншо неважно себя чувствует, – сказал он. – Так что приема сегодня больше не будет.

– Не будет? – Ниал от восторга чуть не подпрыгнул.

– Приходите завтра, господа, а лучше на следующей неделе, – секретарь кашлянул в кулачок, и потянул дверь на себя.

– Постойте, любезный! – нога Элиседа помешала двери захлопнуться. – Мы всего-то на минуточку. Мастер Пиншо даже не заметит, что мы у него побывали!

В руке у юноши блеснула большая серебряная монета достоинством в пять умбров. Секретарь поклонился, и на его кислой физиономии появилась понимающая улыбка.

– Я постараюсь упросить господина, чтобы он уделил вам пару минут, – секретарь тихонько прикрыл дверь.

– Пять умбров! – Диса застонала. – Это же месячное жалование пяти копейщиков!

– Бюрократические колеса нуждаются в смазке, – важно изрек Элисед. – А нас тут пока никто не знает, так что нужно подружиться, прежде всего, с секретарем. Он хоть и маленькая шестеренка в этом механизме, но очень важная!

Дверь распахнулась настежь, заливая сумрачный коридор золотистым солнечным светом.

– Гроссмейстер Пиншо вас ожидает, господа, – секретарь щелкнул каблуками и подмигнул Элиседу. – Чем меньше шестеренка, тем больше она крутится, и тем больше ей нужно смазки!