Дитя грозы. Кровные узы (СИ) - Романчик Анастасия Владимировна - Страница 91

   - Таково свойство моего дыхания, я не просила их лезть ко мне, теперь пусть пеняют на себя за то, что я сломала их маленький мирок. А теперь отведи меня, пожалуйста, к своему брату.

   - Никаэра требует наследника? - догадался Киэл, оставляя стакан на скамейку.

   - И это тоже, - не стала распространяться Лимра.

   - Из тебя получился бы прекрасный суккуб.

   - Я по определению не могу быть суккубом, они питаются похотью, а вероны ее изменяют, - фыркнула принцесса, - веди.

   - Тебе не понравится то, что ты увидишь.

   - Мне ничего не нравится здесь, но я предпочитаю об этом помалкивать.

   Киэл вместе с ней отправился к входу, находившейся в одном из музейных залов. Возле двери постоянно кто-нибудь стоял и разгонял случайных зевак. Сама двухстворчатая дверь уже являлась произведением искусства. Из камня была вырезана огромная горгуля с оскаленной пастью. С какого бы ракурса на нее не посмотреть, она постоянно глядела на зрителя круглыми каменными глазами. По слухам горгуля оживала, когда кто-то пытался войти без приглашения. Лимра могла этому поверить, так как сразу почувствовала магию, исходившую от двери.

   Как только младший приблизился к входу, слуги поспешно с ужасным скрежетом открыли дверь. Чтобы спуститься по мрачной лестнице Киэлу пришлось взять у слуги большой цилиндрический фонарь. Кое-где ступеньки заляпаны кровью, пахло нечистотами и "старой" смертью. Лимра вздрогнула, когда услышала ужасные крики. Она давила в себе всякие эмоции, сейчас они могли только помешать.

   Перед Киэлом открывались все замки. Он не сбавлял шага, и, казалось, не замечал криков. Он подвел принцессу к еще одной каменной двери, с такой же горгулей, и провел по уродливой голове пальцем, оставляя белый след. Проход открылся сам по себе. Лимра старалась не смотреть на орудия пыток с бурыми подтеками засохшей крови, на некоторых из них остались куски кожи...

   Каэриан стоял в окружении десяти высоких и мощных мужчин, оголенных до пояса. Преступник же дрожал от страха, поглядывая на Каэриана со смесью животного ужаса. Лимра скривилась от резкого запаха мочи, витавшего в камере. Видимо, человек хорошо понял, что ему не просто не повезло, а крупно не повезло.

   - Молись своим богам, чтобы ты подох раньше, чем они закончат. Когда приду я, то ад покажется тебе раем. Я тебе это обещаю.

   Принц повернулся к Киэлу и Лимре. Его брови удивленно поднялись. Он явно не ожидал увидеть здесь свою жену. Каэриан вывел брат и ее из помещения, чтобы она не видела того, что будет твориться дальше с заключенным...

   - Зачем ты пришла? - грубо спросил он, закрывая резко дверь. В его глазах все еще "плескался" не потухших гнев.

   - Я хотела сходить на рынок.

   - И что? - прищурился.

   Она так выразительно посмотрела на него, что принц непроизвольно сглотнул. Что с ним творит эта веронка? Зачем так жестоко играется?

   - Так мне идти в одиночестве? Разве ты пойдешь со мной? - произнесла она и снова посмотрела завораживающе. Ее руки мягко легли на его плечи и спустились на грудь, а затем на талию.

   - Да, - ответил Каэриан, прежде чем подумал, чувствуя, как в нем разгорается пожар.

   - А говорила, что не суккуб, - тихо произнес Киэл, глядя на них.

   Лимра проигнорировала его и взяла мужа под локоть. Сейчас она могла из принца ликарнасов веревки вить, но ей действительно хотелось сходить на рынок. Принцесса хотела купить какого-нибудь зверька, чтобы не так сильно ощущать сосущее одиночество среди ликарнасов. Здесь она никому не могла доверять, даже тем в ком теперь жило ее дыхание...

   Едва выбравшись из камер пыток, Каэриан приказал предоставить ему и его жене экспорт. До рынка пришлось добираться в карете. Лимре, казалось, что они едут невыносимо медленно. Каэриан совершенно не обращал внимания, что они едут вместе с его братом и приставал к жене, целуя ее в шею и "распуская" руки. Лимра старалась максимально деликатно его останавливать от необдуманных поступков. Киэл лишь насмешливо хмыкал и смотрел в окно, глядя на проносившиеся мимо дома-иглы.

   - Приехали! - донеслось снаружи.

   Принц гневно зарычал и пнул ногой дверь. Лимра коснулась пальцами его губ и произнесла полушепотом:

   - Всему свое время.

   - Ты свое слово сказала, - лизнул ее пальцы Каэриан и с усмешкой вышел из кареты, не подавая веронке руки.

   Когда из кареты выбралась Лимра, гомон, царившей на торговой площади, смолк. Практически все ликарнасы смотрели на нее. Многие забыли, зачем они пришли на рынок и что хотели купить. Каэриан едко ухмылялся, следуя за принцессой по пятам.

   Живой рынок был достаточно большим, в основном на площади стояли продавцы с клетками. Лимра проходила мимо клеток с животными. Рычащие и агрессивные существа ее не пугали и не интересовали. Девушка остановилась напротив клетки с белыми птицами и взяла в руку одну из них.

   - Я думал веронам как хищникам полагается любить хищников, - проговорил принц.

   Не отвечая, Лимра засунула птицу ему под рубашку. Каэриан опешил от ее поступка и не двигался, ощущая на обнаженной груди теплый комочек жизни. Птица шевелилась и пыталась расправить крылья, но рубашка мешала ей это сделать.

   - Послушай, как бьется ее сердце, - приблизилась к мужу принцесса. - Как трепещет и как боится. Она замерзла, ей хочется тепла. Разве агрессивного и неприученного хищника ты можешь так же прижать к груди и не бояться, что он вырвет тебе сердце?

   Лимра насмешливо коснулась губами ямки на шее мужа. Каэриан думал у него в глазах потемнеет от ее горячего прикосновения. Что творит с ним эта женщина?!

   - Мы покупаем! - властно сказала Лимра плотно сбитому торговцу, забирая у Каэриана птицу.

   - Да, госпожа, - изумленно поклонился мужчина.

   - Добро оказывается еще и заразно, - прошептал на ухо принцу младший брат.

   - Что ты имеешь в виду?!

   - Ты не скрутил птице шею.

   Каэриан с изумлением заметил в руках брата точно такую же белую птицу с хохолком.

   - Зачем тебе она?

   - Забавно, - отозвался Киэл и первым отправился вслед за принцессой в карету, оставив старшего принца в недоумении.

   Спустя тридцать минут в комнате принцессы Каэриан и Лимра остались одни. Птица давно сидела на плече девушки и нисколько ее не боялась. Принц оставалось только поражаться. Нет, определенно его жена ведьма! Каэриан чувствовал, как на него все сильнее накатывала волна желания. В мыслях он проклинал супругу. Эта веронка делала из него зверя, не применяя привычных для женщин ухищрений и методов соблазнения. Ей достаточно просто повести угольной бровью, и все мужчины в тот же миг будут ползать у ее ног.

   - Судя по твоему взгляду, я должна сбросить одежду, - проговорила Лимра, насмешливо заглядывая в зеленые глаза мужа.

   - О, да, - хрипло сказал Каэриан.

   Он подошел к ней и бесцеремонно бросил жену на кровать. На этот раз она не сопротивлялась и безропотно принимала его ласки и поцелуи. Лишь один раз веронка проявила агрессию, когда принц начал целовать ее живот и опускался все ниже.

   - Не смей! - заорала Лимра.

   Каэрин поднял взгляд и ухмыльнулся уголком рта.

   - Что, не нравится?

   Вместо ответа девушка взяла его за волосы и подтянула к своему лицу:

   - Приступай, а то мне надоело ждать!

   - Я еще долго буду наслаждаться твоим телом.

   - Я так не думаю, - сузила глаза принцесса, и сама первая поцеловала мужа.

   На этот раз ее дыхание не выбило принца из сознания. Теперь принцесса стала зверем, и Каэриан на своей шкуре испытал всю сущность хищницы. Ее серые глаза искрились, а волосы поскрипывали от электричества.

   - Ведьма! - крикнул принц, когда она впилась острыми ногтями ему в кожу.

   Каэриан с некоторым ужасом понимал, что его жена могла контролировать все процессы в его организме. По всему его телу прошла судорога уже через полчаса ее дикой и яростной игры. Принц закричал, его глаза не просто светились, а на краткий миг цвет сменили. Мужчина выгнулся дугой, находясь на пике эйфории, которой он никогда не знал, а она все продолжала отдавать ему свое дыхание. Ведьма!!!