Новые крестоносцы - Шабловский Олег Владимирович - Страница 48

Острым глазом опытного следопыта, махгиканин, первый заметил признаки присутствия людей. Быстро подойдя к Савве, он тронул новгородца за плечо и указав рукой в сторону берега безапелляционно заявил:

— Дальше идти нет. Другой люди.

Выслушав индейца атаман некоторое время безуспешно вглядывался в указанном направлении, после чего скомандовал кормщику:

— а ну Игнат возьми чуть о шуйцу, видишь, чего-то басурманин наш неладное почуял.

Резко сменив курс, слегка накренившись на левый борт, суденышко отошло на безопасное расстояние и легло в дрейф. Коротко посовещавшись с атаманом, проводник спустил с борта ладьи свое небольшое каноэ, соскочил в него и направился к берегу. Достигнув цели краснокожий с кошачьей ловкостью выпрыгнул на сушу, и вытянув легкий челнок на прибрежные камни углубился в лес, скрывшись из поля зрения наблюдателей. Выйдя на небольшую поляну, он присел на поваленное дерево, и раскурив трубку стал невозмутимо ждать. Прошло несколько минут, прежде чем из густых зарослей появились два надо сказать довольно живописных персонажа. Грудь немолодого коренастого воина с начинающими седеть волосами и изборожденными старыми шрамами лицом, шедшего первым защищала напяленная на голое тело железная кираса с богатой серебряной насечкой, поверх которой висело длинное ожерелье из медвежьих когтей и клыков. На плече он нес двухметровый протазан-ранкону с широким обоюдоострым лезвием. Оружием шедшего следом его соплеменника был более традиционный томагавк, изогнутая деревянная палица с шарообразным утолщением на боевом конце. Но зато на голове красовался морион, не очень гармонирующий с голым торсом и набедренной повязкой. Несмотря на все неудобство и непривычность своих нарядов, оба аборигена имели весьма важный и самодовольный вид и скорее бы позволили содрать с себя шкуру, чем нелепые железяки.

— Приветствую тебя Белое Перо — подняв в знак приветствия раскрытую ладонь торжественно провозгласил старший из подошедших — что привело тебя на военную тропу алнанбалов?

— Приветствую тебя Медвежий Коготь — кивнул махгиканин — я пришел повидать своих братьев абенаков и рассказать им хорошие известия.

— Белое Перо великий воин, он смог сбежать от бледнолицых врагов и это наполняет мое сердце радостью — заметил туземец.

— Я привел к моим братьям не врагов — возразил Сатэ-Ок — со мной пришли воины белого вождя, они друзья махгикан и ленапов, и привезли много хороших вещей, чтобы отдать их абенакам в обмен на шкурки бобров и сладкий сок деревьев. Если вы захотите, бледнолицые братья будут помогать вам сражаться, с вашими врагами. Они уже помогли махгиканам победить трусливых мохоков.

После столь продолжительной речи проводник сделал хорошую затяжку и замолчал, выжидательно глядя на собеседника.

Медвежий Коготь покачал головой:

— я не верю, что язык моего брата может произнести лживые слова. Наверное, хитрые враги обманули его, заставляя лгать алнанбалам. Белые люди приходили на нашу землю, мы встретили их как гостей, но духи злобы и жадности одолели бледнолицых. Они сожгли наши вигвамы и убили наших людей. А тех воинов и скво которые не успели спастись схватили и увезли на своих больших каноэ.

Некоторое время Сатэ — Ок обдумывал слова военного вождя абенаков, а затем, придя к конечному выводу, уверенно заявил:

— воины белого вождя никогда не были на земле твоего народа. Наверное, это были бледнолицые из другого племени. Надо сказать о них моим друзьям и когда враги придут в следующий раз они вместе с абенаками прогонят их. Мы вместе ходили на тропу войны, убивали мохоков и онейдов. Мой брат должен верить моим словам.

— Хорошо, я поверю тебе Белое Перо, пусть военный вождь бледнолицых придет сюда и говорит со мной.

Заключив это соглашение, краснокожие переговорщики разошлись. Медвежий Коготь вместе со счастливым обладателем мориона растворились в зарослях, а Сатэ-Ок направился к лодье, дрейфующей метрах в трехстах от берега. В ходе последовавших за тем переговоров с участием Саввы удалось убедить вождей абенаков в миролюбивых намерениях пришельцев, решив миром встречу, исход которой мог бы закончится серьезным кровопролитием.

Неизвестные корабли появились на траверзе Южной крепости ранним пасмурным октябрьским утром 1502 года, через несколько дней, после отбытия атамана и его отряда. Спасаясь от надвигающегося шторма, две каравеллы зашли в залив и бросили якорь примерно в двух кабельтовых от берега, под дулами орудий центрального укрепления. На полубаке одной из них вспухло белое облако холостого пушечного выстрела, и на грот мачте взвился флаг.

— Португальцы — коротко пояснил Андерс стоящему рядом Емелину, наблюдая как от борта головного судна отделилась, и двинулась к острову шлюпка.

— Приперлись. Чего им здесь надо? — поеживаясь на прохладном ветерке, недовольно ворчал вырванный с утра спозаранку из под теплого бока молодой жены, заспанный «Вжик» — в Кенигсберг гонца отправил?

— Та, тумаю госутар скоро бутет — кивнул головой голландец.

— Ну, что тут у вас? — к Алексею торопливо подошел заспанный Корнев — вот те на. Я и не знал, что португальцы появлялись у здешних берегов. Думал они только на юге плавали, и до здешних мест не добирались.

— Как видишь, добрались — буркнул Емелин — чует мое сердце, ничего хорошего от их визита ждать не приходится.

— Мда — протянул Сергей — они сейчас обладают серьезными военными возможностями, и могут попытаться наложить лапы на маленькую ничейную колонию.

— Может, все-таки, удастся по хорошему разойтись? — с надеждой заметил «Вжик».

— Ох, не знаю, чего-то я сильно сомневаюсь. И Егор как назло в Еремеевке остался, пока еще гонец до него доберется.

— О, а это, что за индюк там красуется? — неприязненно проворчал Алексей, указывая на блистающую металлом лат и богатым плюмажем шлема, худощавую фигуру на носу лодки.

Словно услышав его слова вышеупомянутый «индюк» выпрямился во весь рост и картинно поставил ногу на планшир шлюпочного борта, приняв горделивую позу. Между тем, повинуясь дружным усилиям гребцов, посудина приткнулась бортом к небольшому пирсу у подножия бастиона. Португалец, с ловкостью опытного моряка перескочил на доски причала и остановился в ожидании, с любопытством разглядывая вал и грозно выглядывающие из его бойниц стволы орудий.

— Ну, что начальства нет, будем вести дипломатические переговоры сами — пожал плечами Сергей — пойдем Леха потолкуем с этим павлином, послушаем, что он нам споет. Якоб, ты португальский знаешь?

— Нет толко немного по испански.

— Ну пойдем с нами, может он тоже по испански говорит — предложил Емелин.

К счастью, как выяснилось, гость неплохо говорил на испанском языке. Надменно задрав голову, он заявил:

— Я Пауэло Агейра, капитан флота его христианнейшего величества короля Португалии Мануэла. Кто вы такие и как посмели самовольно поселиться в его владениях?

— Здрасте сзади новый год — искренне удивился Алексей, когда голландец перевел ему вопрос — мы же первые сюда приплыли.

— Как это сказат? — невозмутимо поинтересовался Андерс.

— Скажи ему, что это наша земля.

— Эти земли лежат восточное папского меридиана, следовательно, должны принадлежать Португалии — нахально заявил Агейра — его величество простит вам ваши заблуждения и возьмет ваше жалкое селение под свою отческую опеку и защиту, если вы согласитесь признать его власть над собой. Кроме того, вы должны немедленно снабдить нас пресной водой, и в знак покорности отдать мне все имеющееся золото, серебро и драгоценности. А так же предоставить моим людям своих женщин, пищу и кров. В противном случае, ваша судьба не завидна. Милость нашего доброго короля велика, а гнев его страшен.

— Во наглец, да он с нами как с какими ни будь дикарями разговаривает — изумился «Вжик» — у парня похоже крыша поехала от жадности. Внезапно возникшая и быстро прогрессирующая мания величия. Да плевать я хотел, чего ему там папа наобещал. Это наша земля и он нас сильно недооценивает, если думает, что так легко можно эту землю к рукам прибрать.