Лорд дракон (ЛП) - Робинсон Сьюзен - Страница 15

— Вот оно, Джули, — сказала Лодин. — Моя горничная закончила его вчера вечером. — И она бросила платье на кровать Джулианы. Ярды белого с золотистым отливом, расшитого жемчугом сэндала7 взлетели и упали волнами на подушки. — Ты — Добродетель.

Руки Джулианы, опускающие прозрачную вуаль на распущенные волосы, замерли. — Что?

— Ты — Добродетель. — Иоланда положила сетку для волос из золота и жемчуга поверх платья.

— О чем это вы двое болтаете, Лодин?

Иоланда бросила тревожный взгляд на Лодин. — Я же говорила тебе, что именно так она и отреагирует.

— Осада. Хвала Милосердной Пресвятой Деве! Ты хочешь сказать, что забыла об осаде? — Лодин сложила руки под своей роскошной грудью и покачала головой. — Регламент турнира. Помнишь? Я напоминала тебе вчера вечером. Сначала — рыцарские поединки, затем — рукопашная схватка, и на третий день — осада Замка Любви и Красоты, — Лодин теребила плетеную золотую тесьму, украшавшую её голову. — Без сомнения, Королевой Любви и Красоты буду я и поэтому командовать обороной замка тоже буду я. Джулиана застонала и наклонилась, позволяя Элис закрепить серебристое кружево на голове поверх вуали. — Я забыла.

— А теперь не говори, что уезжаешь в Вайн-Хилл, — сказала Лодин. — Ты обещала, что будешь присутствовать на турнире все три дня, и мы уже выбрали себе наряды для потешной осады. Если бы я знала, что ты не будешь изображать Добродетель, я могла бы сыграть и её, но теперь моё сердце уже отдано Желанию. — Глаза Лодин сверкнули в предвкушении. — Мое платье рубинового цвета.

— Ты когда-нибудь думаешь о чем-либо ещё, кроме как помучить мужчин, распаляя их похоть?

— Конечно, думаю, но всё остальное не так занимательно, — усмехнулась Лодин, многозначительно двигая бровями. Джулиана попыталась выглядеть серьезной, но, наконец, хихикнула, отчего Лодин вдруг замолчала, пристально разглядывая сестру. Она окинула взглядом роскошное платье с серебристым кружевом и подняла свои брови. — Ммм, ммм, ммм. Кто-то собирается сегодня поохотиться. Как это непохоже на тебя, сестрица.

Поторопившись отвлечь от себя внимание, Джулиана спросила, — Ну, так что насчёт этой осады?

— Ах! — Иоланда захлопала в ладоши. — Твой отец проследил, чтобы построили декорацию замка, и мы, леди, должны защищать его. Теперь ты вспоминаешь? Бертрад изобразит Целомудрие, я — Честь. Еще есть Скромность и Гордость и, ох, многие другие. Победитель турнира поведет рыцарей на штурм замка и попытается взять его. — Иоланда прикоснулась кончиками пальцев к губам и хихикнула. — Мы собираемся забросать их пирогами и цветами, и попытаемся защититься от них. Но не слишком усердно, конечно, а то милорд де Вал… эээ… мужчины будут не в состоянии добраться до нас.

— Конечно, — тихо сказала Джулиана. На мгновение она забыла о шуточной осаде и об Иоланде. Иоланда не знала о том, что случилось вчера ночью между ней и Грэем. Она не знала о его обещании. Если Джулиана примет участие в осаде, то Грэй де Валенс сможет осадить и её. Игнорируя возбуждённый трепет, охвативший её тело, она продолжала слушать брюзжание Лодин.

— Джул, ты уже поставила в неудобное положение отца и мать, исчезнув вчера вечером. К тому же ты пропустила осмотр великолепных шлемов.

Перед турниром было принято выставлять напоказ шлемы участников со всеми их причудливыми изображениями8. Все осматривали их, и любая леди, если бы пожелала, могла встать перед этим специфическим атрибутом рыцаря и осудить его обладателя за неблагородный поступок. Лодин имела привычку сочинять фантастические рассказы о каком-либо бедном рыцаре, вынуждая того опускаться перед ней на колени и просить прощения.

— По крайней мере, ты сдержишь свое обещание и присоединишься к нам сегодня, — сказала Лодин. — Что ты делаешь?

Проигнорировав взгляды Лодин и Иоланды, Джулиана открыла шкатулку из слоновой кости, которую ей принесла Элис. Вынув верхнее отделение, она целеустремленно рылась в драгоценностях, пока не нашла серебряный пояс. Потом поколебалась секунду и вытащила тяжёлую серебряную брошь в форме венка, усыпанного аметистами. Верхняя тёмно-зелёная туника была присборенна на шее и далее расходилась на груди, показывая нижнюю бледно-зелёную. Она воспользовалась брошкой, чтобы закрепить края нижней туники как раз над V-образным вырезом горловины, открывающим её грудь. Подняв глаза, она натолкнулась на пристальный взгляд Лодин.

— Святые угодники!

Джулиана покраснела. — Что?

— У тебя есть поклонник. — Лодин прикрыла рот рукой и хихикнула. — Наконец-то у Джулианы появился поклонник.

— У неё есть поклонник? — ошеломлённо переспросила Иоланда.

Джулиана выпрямилась во весь рост и посмотрела на парочку сверху вниз. — Нет, нету.

— Но ты идешь на турнир, — сказала Иоланда.

— Я обещала.

Лодин засмеялась. — И ты придешь на осаду. Я знаю это.

— Точно, — выдавила Джулиана сквозь плотно сомкнутые губы и с большим достоинством. — Я обещала, а я всегда держу свои обещания.

Лодин обежала вокруг кровати и схватила Джулиану за руки, пританцовывая от возбуждения.

— Кто он? Кто он?

Было невозможно сохранять невозмутимый вид, когда сестра тащила её за руку, а Иоланда пританцовывала впереди. Джулиана дёргалась, как кукла, от каждого рывка, пока, потеряв терпение, не вырвалась, отбежав подальше от Лодин, и рявкнула во весь голос:

— Гром Господень!

Лодин прекратила хихикать, Иоланда сцепила свои руки позади спины и вытаращила на нее глаза, а её губы подёргивались от веселья.

Джулиана избегала смотреть как на свою возбуждённую и вызывающую раздражение сестру, так и на свою маленькую любимицу. Она подошла к сундуку и начала перебирать платки.

— Нет никакого поклонника.

— Зачем же еще ты можешь искать платок, кроме как отдать его в качестве знака твоей благосклонности? — спросила Лодин.

— Только потому, что я возьму с собой платок…

— Ты никогда не берешь с собой платки, — сказала Иоланда. — Ты всегда забываешь их.

Она нашла свой лучший платок из серебристой парчи и захлопнула крышку сундука. — Не забываю.

— Нет, забываешь, — поддакнула Лодин.

— Не забываю… апчхи! Лодин, хватит этого безумия. Мы опоздаем.

— О, я забыла свой собственный платок, — сказала Иоланда. — Я должна сбегать за ним.

К большому облегчению Джулианы, она выбежала из спальни. Джулиана всё ещё чувствовала вину за то, что заинтересовала де Валенса, пусть даже непреднамеренно. Лодин хихикнула, когда подошла Элис, подавая легкую зелёную накидку в тон к платью. Джулиана приняла её и прошествовала к двери своей спальни.

Лодин поспешила подойти к ней и косо посмотрела на сестру. — Ну, на сей раз ты будешь сидеть с нами в ложе?

— Конечно.

— Поистине, у тебя действительно есть поклонник, — сказала Лодин.

Подняв руки, Джулиана заметила серебристый платок и спрятала его в складках своего плаща. — Почему ты так говоришь?

— Потому, милая сестрица, что когда ты обещала прийти на этот турнир, ты поклялась перед всей семьей, что будешь стоять позади ограждения вместе с фермерами, пастухами и торговцами, и что скорее настанет Страшный суд, чем ты сядешь среди нас, разодетых, жеманных индюшек, трепещущих и воркующих перед каждым проезжающим рыцарем.

Джулиана приподняла юбки, спускаясь по ступенькам башни перед своей сестрой. Сконфузившись, она вымолвила: — Поистине, я не припоминаю, говорила ли я такую ересь, но как бы то ни было, кто-то же должен сидеть рядом с тобой и следить, чтобы ты не кинула свой пелиссон и нижнюю тунику какому-нибудь красивому мужчине.

— Хорошо, — ответила Лодин. — Если ты будешь рядом со мной, то я точно увижу, что за храбрый и бесстрашный рыцарь отважится попросить твоего расположения, Джулиана Уэллс. Он должен быть отважен, полон мужества и очень красив, чтобы заставить твоё сердце трепетать.

— Я не трепещу.

— Кто же это может быть? Никто из здешних рыцарей никогда прежде не производил на тебя впечатление. Какой-нибудь привлекательный новичок?