Лорд дракон (ЛП) - Робинсон Сьюзен - Страница 44

Эдмунд Стрэйндж мёртв, убит! В Уэллсбруке никогда не случалась такого — точнее, не случалось с дворянином. Её отец вешал преступников. Крестьянская женщина с тринадцатью детьми убила своего четырнадцатого новорождённого. Пастух как-то заколол разбойника, пытавшегося украсть стадо свиней. Такова была печальная и жестокая правда жизни. Но рыцарей никогда не закалывали и не закатывали в бочонки.

Слетев вниз по потайной лестнице, Джулиана поспешила через внутренний двор к восточной сторожке. Бочки с песком стояли в темном закутке, огороженные сторожкой, стеной оружейного склада и высокими штабелями дров. Там они с Элис и обнаружили взбудораженную толпу, не желавшую расходиться. Люди её отца сдерживали зевак, которые вытягивали шеи и пытались в свете факелов разглядеть место происшествия.

Джулиана протолкнулась к передней группе, стоявшей в проходе между дровяной кладкой и стеной сторожки. Один из пяти бочонков, хранившихся в этом закутке, сейчас был опрокинут, а его крышка отброшена в сторону. Песок высыпался наружу, а внутри находилось…человеческое тело. Песок пропитался кровью. Позади опрокинутого бочонка были сложены остальные. Рядом лежали лопаты и кучка деревянных учебных мечей.

Хьюго и Грэй де Валенс расспрашивали паренька, который в Уэллсбруке исполнял обязанности пажа — по всей видимости, именно он нашёл тело. Охранники пытались урезонить особо любопытных зрителей. Джулиана воспользовалась моментом и незаметно проскользнула вперед. Хьюго сопровождал Ричард и управляющий. С Грэем, видимо, был Артур, брат Эдмунда. Хьюго весьма энергично выражал соболезнования молодому человеку.

Безумное любопытство тянуло Джулиану подойти поближе и рассмотреть труп того, кто едва не стал её мужем. Когда она услышала, что он мёртв, то поначалу не могла поверить в это. Теперь же испытала шок. Эдмунд был жесток, эгоистичен, груб, — да, она ненавидела его. Но даже ему она не пожелала бы столь унизительной смерти — в каком-то закутке, засунутым в бочку, как вяленая рыба.

На Эдмунде было длинное свободное одеяние, мягкие башмаки и чулки — обычная одежда дворянина, не находящегося на военной службе. На теле, перепачканном песком, виднелись несколько ран на груди и одна на горле. Одежда с отделкой из золотого шнура была вся в крови. На Эдмунде были кольцо с печаткой, серебряная брошь и кожаный пояс прекрасной выделки. Около трупа выделялась округлая вмятина, видимо, там раньше стоял бочонок с песком. Взглянув наверх, Джулиана обратила внимание, что верхний этаж сторожки нависал над огороженным местом, и тем мешал разглядеть его сверху.

Кто-то специально заманил Эдмунда сюда — в это укромное место, скрытое от глаз стражников, — чтобы убить и тайком засунуть в бочонок. Однако убийца рисковал быть услышанным. Джулиана нахмурилась и подошла поближе к телу Эдмунда. Видимо, рана на горле была нанесена первой, чтобы не дать ему позвать на помощь.

Удушающий запах смерти коснулся её ноздрей, и, вздрогнув, она отпрянула назад. Она несколько раз сглотнула и прижала руки к животу, пытаясь преодолеть позывы к рвоте. Кто-то ненавидел Эдмунда Стрэйнджа намного сильнее, чем она. Кто-то продолжил наносить удары ножом даже после того, как перерезал ему горло. Тряхнув головой, Джулиана отвела глаза. Она видела, как люди умирали от ран, болезней, видела, как задыхались висельники, но никогда не сталкивалась с такой злонамеренной жестокостью.

Она медленно отвернулась от тела, переведя взгляд обратно на мужчин, окружавших её отца. Голос Грэя выделялся из общего гомона.

— Я согласен с вами, Уэллс. Мы должны разобраться, кто мог желать смерти моему кузену и почему. Ни я, ни Артур не успокоимся, пока убийца не будет найден.

— Я уже допросил его оруженосца, — сказал Хьюго. — Парень прислуживал Эдмунду вчера вечером, когда тот ложился спать, а сам ночевал на тюфяке в его покоях. Но сон у него крепкий, к тому же Эдмунд распил с ним бутылку вина. Когда утром он продрал глаза, хозяин уже ушел.

Грэй бросил взгляд на тело Эдмунда, затем на Артура, который молчал и, казалось, был в ступоре. — Грязное преступление, Уэллс. Это была не случайная ссора, не вызов на поединок из-за ленной распри или неуважения. Только глубокая ненависть могла заставить убийцу перерезать горло, а затем продолжать наносить удары уже мертвому телу.

— Я не подумал об этом, — ответил Хьюго. — Я расспросил своих охранников и рыцарей о прошлой ночи. Каждого. Никто ничего не слышал.

— Тогда мы должны узнать, кто ненавидел Эдмунда настолько, чтобы убить его. — Грэй сделал паузу, оглядывая небольшую группу рыцарей — своих и людей Хьюго. — Из присутствующих здесь я могу назвать лишь двоих, имевших такой мотив — вас, Уэллс, и вашего племянника.

Хьюго выругался сквозь зубы. Ричард выпрямился и принялся гневно протестовать.

— Если бы я желал ему смерти, — бушевал Ричард, — то бросил бы вызов открыто и насадил бы его на пику!

Хьюго ударил себя в грудь. — Да, я тоже! После такого оскорбления мне следует бросить вам вызов, де Валенс! Если я ссорюсь с мужчиной, то делаю это с честью.

— Я знаю, но у кого же ещё был повод? — спросил Грэй.

— Какой повод?! — проревел Хьюго, побагровев.

— Известный многим, — ответил Грэй, — но я не хочу говорить об этом при всех.

Джулиана протиснулась между двумя рыцарями отца. — Он имеет в виду меня.

— Что ты здесь делаешь? — завопил Хьюго. — Убирайся обратно в свои покои, безрассудная дочь.

— Хорошо, отец, но вы забываете о самом важном вопросе.

Хьюго заколебался между желанием избавиться от нее и любопытством. Любопытство победило.

— Каком еще вопросе? Скажи мне и уходи.

— Кто больше всех извлечет пользу от смерти Эдмунда Стрэйнджа?

Грэй стал рядом с Хьюго и уставился на неё хмурым взглядом. Она постаралась не встречаться с ним глазами.

— Кому выгодна его смерть? — повторила она. Мужчины вокруг притихли. — Тому, кто является его наследником.

В воздухе повисло молчание. Артур вытаращился на неё, беззвучно шевеля губами. И если Хьюго и Ричард выглядели удивленными, то Грэй, казалось, превратился в глыбу льда. С того места, где стояли сопровождающие его рыцари, послышался возмущённый ропот.

Откашлявшись, Хьюго прорычал.

— Джулиана, ты заходишь слишком далеко, обвиняя рыцаря в таком злодеянии. Вернись в свои покои, девчонка!

Сузив глаза, она собиралась протестовать, но Грэй схватил её за руку.

— С вашего разрешения, Уэллс, я провожу мою дорогую независимую леди и вернусь.

Он обнял Джулиану за плечи, всем своим видом демонстрируя заботу о своей нареченной и якобы стараясь уберечь от неприятного зрелища, и вытолкнул её за пределы огороженного места.

— Господи, твоя воля, — прошипел он, поскольку она сопротивлялась, — я поговорю с тобой, госпожа воровка. Помни о нашем уговоре.

Грэй бросил сердитый взгляд на Элис, и служанка поспешила удрать в противоположном направлении. Джулиана выдернула руку, и пошла было обратно к старой крепости, но прежде, чем она успела дойти до подножия лестницы, он снова схватил её за руку и потянул в сторону, в уголок между стенами башни и кухней. Потеряв остатки терпения, Джулиана резко вырвала руку и повернулась к нему. Только тогда она заметила выражение его лица. Он смотрел на неё с серьёзностью священника, услышавшего на исповеди признание, забыть которое он желал бы всеми силами.

— Что с тобой стряслось?

— Что было в том вареве, которое ты попыталась дать Эдмунду сразу после его приезда?

Избегая его взгляда, Джулиана стала теребить пальцами черные волосы, густой массой спускавшиеся на плечи. — Ровным счётом ничего.

— Мы с тобой рассуждаем одинаково.

Она встревоженно взглянула на него.

— Ты спросила, кто извлечёт пользу из смерти Эдмунда, — сказал он. — Я спросил, у кого есть причины желать ему смерти. Есть мотивы помимо обогащения. Месть является одним из таких мотивов.

Она стиснула волосы в кулаке и прошептала, — Гром Господень. Ты думаешь, что это сделала я?