Лорд дракон (ЛП) - Робинсон Сьюзен - Страница 60

Дверь часовни вновь распахнулась.

— Ничего плохого, моя радость, вот только, судя по твоему виду, ты пришла на похороны, а не на нашу свадьбу.

Джулиана заморгала, уставившись на появившееся перед ней видение. От плаща до самых сапог Грэй сиял в солнечном утреннем свете, отражающемся от цепочки на его шее, массивной застёжки плаща в форме стоящего на задних лапах дракона, венца, обхватывающего жемчужно-серебристые волосы. Изумруды сверкали на браслете и кольце с печаткой. Но несмотря на всю роскошь одеяния, его красота затмевала драгоценный металл и дорогостоящую ткань. Позади себя Джулиана услышала шёпот Лодин.

— М-м-м… разве он не заставляет тебя трепетать, Джули?

Носящий богатую одежду с той же непринуждённостью и естественностью, как и кольчугу, Грэй, казалось, не осознавал возрастающий восхищённый ропот толпы, собравшейся засвидетельствовать их брак. Пристальным взглядом Джулиана окинула широкие плечи под золотой тканью. Сейчас она созерцала свидетельство высокого положения Грэя во всём его великолепии, поэтому с ещё большей опаской подняла глаза и встретилась с дразнящим пристальным взглядом мужчины, который бросил её в грязь лишь несколько недель тому назад. Страх отступил. Дрожь в коленях прекратилась, она с трудом подавила возглас возмущения, когда он наклонился к ней и прошептал.

— Ты думала, что я не появлюсь, не так ли? Вот в чём дело, маленькая хныкающая трусишка.

Он поцеловал ей руку, скользнув языком по коже.

— Несносный самодовольный дикарь, — прошипела она. — Ты прятался в притворе, чтобы напугать меня, деспотичный самонадеянный викинг.

— Я тоже обожаю тебя, любимая.

— Тогда, если ты готов рискнуть, позволь отцу Клементу начать церемонию.

И он действительно рискнул. К изумлению Джулианы, через несколько минут она уже стала его женой. Его зелёные глаза сверкали, когда он давал согласие стать её мужем, тем самым, призывая её в свою очередь произнести супружеские клятвы. Разве могла она не принять его вызов? Их объявили мужем и женой. Из-за шока она впала в состояние бессознательного ступора, в котором пребывала весь день — во время свадебного пира, танцев и последующих, праздничных мероприятий.

Из состояния оцепенения её вывели грубые шутки, которые курсировали между рыцарями, леди, менестрелями и баронами. Пока её сёстры и гости пили, ели и танцевали, она и Грэй сидели за почётным столом в большом павильоне, раскинутым перед замком. Грубый смех звучал напоминанием о ее первой, прерванной свадьбе, и вызывал у неё дрожь.

Укладывание новобрачной в постель. Этот кошмар ей ещё только предстоит.

К её ногам кидали розы и лилии. Воздух вокруг звенел от радостных поздравлений дам и рыцарей, но всё, чего ей хотелось, — это найти тёмный угол, чтобы забиться в него.

Дрожащими пальцами она сжимала золотой кубок, который делила с Грэем. Горячие, сильные руки согрели ей пальцы и поднесли бокал к её губам. Она немного отпила и взглянула на своего новоиспечённого мужа. Грэй наблюдал за ней с озорным весельем, в то время как она вся сжималась от страха. Она нахмурила брови.

— Гром Господень, как ты можешь сидеть здесь и так плотоядно смотреть на меня, когда скоро…

Внезапно он поднялся, схватил её за руку и закричал. — Танец, танец для моей невесты!

Пронзительные смешки и свист приветствовали их, когда он потащил её с возвышения в круг танцующих. Толпы гостей пьяно подбадривали их. Взгляд Джулианы перебегал от одного на другого подвыпившего рыцаря, и она знала, что вскоре все они соберутся, и будут смущать её в её же собственной спальне. Она выдернула у Грэя руку.

— Я не хочу танцевать.

Он вновь схватил её за руку, и пока она опять пыталась освободиться, подал знак музыкантам. Флейта, барабан, труба и лютня слились в громкой музыке. Грэй приподнял её над полом, возглавив цепочку и рывком замкнув круг. Они двигались и двигались по кругу, пока Джулиане не показалось, что она никогда не восстановит дыхание. Перед глазами мелькали круглые щёки и поддразнивающие глаза Лодин. Она слышала раскатистый смех отца. Внезапно темп музыки возрос, и Грэй ускорил их шаги. Её взгляд помутнел, она едва не споткнулась.

Затем она почувствовала, что её встряхнули. Грэй разорвал круг и потянул её за собой. Она влетела вслед за ним в толпу ликующих гостей. Веселящаяся масса разделилась и сомкнулась вновь, подбадривая энергичных танцоров хлопками в такт музыке. Запыхавшейся Джулиане ничего не оставалось, кроме как следовать за Грэем, прокладывающим себе в давке путь к тёмному углу в глубине павильона. Крепко держа Джулиану за руку, он завёл её за стол на козлах, который ломился под тяжестью блюд. Грэй затолкал её за занавеску. Из темноты её вытащили наружу на свет угасающего дня, где она неожиданно врезалась в чью-то спину.

Артур Стрэйндж обернулся. — Самое время, кузен.

Он протянул Грэю поводья. Люсьен стоял поблизости, держа под уздцы кобылу Джулианы и своего собственного коня, в то время как несколько других рыцарей заслонили их, выстроившись в ряд на лошадях. Джулиана повернулась к Грэю, который вёл её к лошади.

— Что ты делаешь?

— Похищаю свою невесту.

— Но мой отец, гости и… и… ещё…

Один взгляд Грэя, и его кузен и остальные рыцари отодвинулись на приличествующее расстояние. Он обнял Джулиану за плечи.

— Любовь моя, ты действительно хочешь остаться здесь и участвовать в церемонии укладывания в постель?

— Помоги мне сесть на лошадь.

— Узнаю свою взбалмошную девчонку.

Он вскочил на своего нетерпеливого гунтера, и они понеслись прочь от павильона, огибая замок Уэллсбрук, и далее к восточному выезду. Джулиана слегка снизила темп, когда они скакали по разводному мосту Вайн-Хилла. К тому времени, когда они въехали на безлюдный двор, сумерки перешли в тёмную ночь. Грэй спешился и снял её с лошади.

Беря Джулиану за руку, он тихо сказал. — Я отослал всех прочь.

Дверь открылась, рассеянный свет свечей упал на них, и показался разодетый в парчу Имад. Юноша низко поклонился.

— Приветствую вас, о, мой благородный господин и госпожа. Да пребудет с вами милость Аллаха.

Поймав её взгляд, Грэй, не обращая внимания на Имада, перенёс её через порог. Он прошептал её имя хриплым грубоватым голосом, не оставляющим сомнений в его намерениях. Расплавленный огонь заструился по её венам, вытесняя боль, которая, как она знала, иначе становилась бы всё сильнее и сильнее.

— Господин желает отобедать? Я приготовил жареного павлина.

— Нет, — Грэй поднёс её руку к губам, слегка прикусив зубами костяшки её пальцев.

— Вина, господин?

— Нет. — Он прижал её ладонь к своей щеке.

— Сладостей?

— Имад, я ценю тебя и благодарю за заботу. А теперь уйди.

Джулиана собралась, было, добавить благодарностей и от себя лично, но Грэй внезапно поднял её на руки.

— Ты сможешь отблагодарить его завтра.

Она бросила прощальный взгляд на Имада через плечо Грэя, когда тот взбегал вверх по лестнице. Имад опустился на колени и коснулся лбом пола, но Джулиану это не обмануло: он улыбнулся, прокричав им вдогонку:

— Ваше желание — моё желание, о господин.

Грэй рванул дверь в комнату, вошёл и пинком закрыл её. Он поставил жену на ноги. Она медленно повернулась кругом, неспособная выразить словами свое потрясение.

Её самодельная мебель исчезла, на её месте висели яркие, как павлиньи перья, синие, зелёные и золотые драпировки. Бронзовые светильники переливались всеми цветами радуги. У противоположной стены стояла большая кровать, застеленная синим шёлком с золотисто-зелёной каймой. Старый камин, в котором сейчас плясал огонь, заново отремонтировали, её туфли утонули в ковре, предусмотрительно расстеленном Имадом. Взгляд упал на бутылку вина и два бокала, затем на кровать и, наконец, упёрся в мыски туфель.

Она вздрогнула, когда Грэй бесшумно приблизился сзади, наклонился и прикоснулся кончиком языка к её щеке. Он обнял её. Его дыхание шевелило завитки волос на её виске.