Войны веры (СИ) - Янгель Владилен - Страница 37

– Благодари господа нашего за то, что даровал мне силу. – Покачал головой Вальмонт. В печи тихо потрескивали дрова, волны сухого тепла распространялись по дому вызывая блаженные улыбки на лицах инквизиторов.

– Так что же случилось в Гессионе? – Спросил Маркус не сводя пытливого взгляда с лица экзорциста.

– Это слишком длинный разговор. – Ответил Вальмонт хмуро.

– А я не тороплюсь. – Каменно твердо ответил доминиканец, в голосе инквизитора прозвучало предупреждение.

– Ну что ж, слушай… – Вздохнул Вальмонт погружаясь в воспоминания.

Глава 17

Первым проснулся Батор, сладко потянувшись, звонко тявкнул над ухом демонолога. Юркий проказа вывернулся из под руки проснувшегося чернокнижника, обиженно пискнул. Ловко перебирая лапками скатился на пол. Скрипнула кровать, сонный демонолог с трудом поднялся на ноги, обвел комнату мутным спросонья взглядом. Застывший статуей Белет с хрустом в суставах повернул голову к демонологу.

– Жди здесь. – Ответил Гарвель на невысказанный вопрос одержимого.

Рука чернокнижника выудила из под кровати протестующее скулящего щенка. Подняв его за шкирку на уровень глаз Гарвель всмотрелся в карие глаза крохи.

– Хааг. – Позвал Гарвель необычно низким голосом. В ответ в глазах щенка медленно разгоралось лиловое пламя.

– Чего тебе хозяин? – Раздался скрежещущий голос демона.

– Изучи. – Приказал демонолог, махнув рукой в сторону неподъемного фолианта.

– Будет исполнено, повелитель. – Проверещал Хааг ухитрившись вложить в последнее целый океан сарказма, но Гарвель даже не заметил выходки своего слуги. Мысли демонолога были уже далеко.

Стук в дверь оторвал Гарвеля от раздумий, руки сами собой перехватили щенка под мягкое пузо. Дверь тут же отворилась, в комнату уверенной походкой хорошо отдохнувшего человека вошел Азиль и не подумав спросить у чернокнижника позволения войти.

– Ты слишком долго в жил в Борее. – Недовольно буркнул чернокнижник.

– У всех достоинств есть свои недостатки. – Примирительно поднял руки купец.

– Чего тебе? – Все еще недовольно буркнул демонолог изображая недовольство, и не замечая что почти слово в слово повторяет приветствие Хаага.

– Тебе стоит выглянуть на улицу, жадыгай. – Ухмыльнулся купец, и заговорщически подмигнул. Батор недружелюбно следил за непрестанно двигающимися руками купца, казалось щенок примеривается как бы поудобней впиться в порхающую перед носом руку. Не отвлекаясь от разговора купец выудил из кармана солидных размеров кусочек сушеного мяса. Лакомство исчезло из рук купца будто его и не было никогда, разве что взгляд щенка значительно подобрел. От взгляда чернокнижника не укрылись манипуляции Азиля. На миг разума коснулась тень зависти – купец умел нравиться всем, это для него столь же естественно как дыхание.

– Зачем? – Настороженно поинтересовался Гарвель пряча фолиант в сумку.

– Народ жаждет лицезреть своего героя. – Хитрющая улыбка не сходила с лица купца. – Хассан абу Куффа благодарен тебе по гроб жизни, ты спас его единственного наследника. -Глаза купца хитро блеснули, даже не особо искушенному в физиогномике демонологу стало понятно что Азиль уже подсчитывает возможную выгоду от такого деяния.

– Не подсчитываю возможную. – Ухмыльнулся купец, демонстрируя немалое умение читать по лицам. – А пересчитываю уже извлеченную.

– Причем здесь я? – Хмуро поинтересовался Гарвель.

– Не разрушай образ темного героя, и тебе простят смерть старика. – Серьезно ответил Азиль сняв с лица шутливую маску добродушного дядюшки. – Хассан не последний человек в городе, его многие уважают, в его силах сделать так чтобы известие о смерти старого жадыгая дошло до визиря как можно позднее. – Добавил он, протягивая чернокнижнику причудливый серебряный медальон.

– Это символ темной благодати Ормузда. – Пояснил Азиль поймав вопросительный взгляд демонолога. – Народ искренне верит что ты проводник его воли. – Добавил Азиль возвращая на лицо довольную улыбку.

– А что говорят жрецы Ахримана? – Поинтересовался демонолог накидывая на плечи потрепанный дорожный плащ с глубоким капюшоном. За годы странствий он так привык к этой части своей одежды, что без него чувствовал себя почти что голым. Да и капюшон всегда помогал скрыть лицо и жуткий зрачок левого глаза.

– А вот с ними тебе лучше не встречаться, дети солнечного бога жаждут твоей крови, их власть изрядно пошатнулось со смертью их лидера. – Не снимая с лица приклеенной добродушной улыбки сообщил Азиль, лишь глаза купца оставались холодными как зима в Борее.

– Мне в этом городе не жить. – Равнодушно ответил демонолог цепляя на шею серебряный медальон. Батор сразу же цапнул украшение зубастой пастью, подергал пару раз за серебряный полумесяц. Вкус явно не понравился, громко фыркнув Батор сморщил нос, и презрительно отвернулся от серебристой висюльки.

– Зато в других городах ты еще не раз появишься, а жрецы Ахримана люди злопамятные, а поговаривают – что и не люди они вовсе. – Хмуро проговорил Азиль, скармливая щенку еще один кусочек мяса. От такой заботы щенок совсем раздобрел, хвост мотнулся из стороны в сторону обозначив восторг и всяческое почитание.

– Пожалуй ты прав. – Кивнул чернокнижник опустив на пол брыкающегося щенка.

– Тогда поспеши. – Посоветовал купец поворачиваясь к двери. Проследив взглядом за удаляющимся купцом Гарвель посмотрел на щенка увлеченно грызущего костяной шип на ноге Белета. Одержимый отнесся к щенку равнодушно, у крохи еще просто не хватало сил разгрызть костяную броню защищавшую его тело.

– Что думаешь? – Спросил Гарвель обращаясь к Хаагу.

– Купец прав, хозяин, народное одобрение хороша защита. – Проверещал Хааг подумав некоторое время. Впрочем, подумал – не верно сказано, став собирателем Хааг получил доступ к знаниям накопленным демонами ветви Гимель за все время их существования. И как следствие стал куда лучше разбираться в жизни людей. Хотя в сравнении с чудовищным объемом знаний Сиречлиона это был сущий пустяк.

– Ждите здесь. – Отдал приказ демонолог выходя за дверь, в голове сталкивались десятки бестолковых мыслей. Пожалуй за все время своих странствий он впервые оказался в подобной ситуации. На миг кольнуло острое сожаление что рядом нет инквизитора, вот уж кто сумел бы повернуть народную любовь в нужное русло. Ни одна ступенька не скрипнула под ногами демонолога, пока он поднимался наверх. В общем зале было на удивление тихо, всего несколько человек неторопливо ужинали. На облаченного в плащ демонолога, никто не обратил внимания увлеченные разговором люди тускло светились серым светом прагматизма.

Похоже, разговор был деловой а не дружеский. Тщательно скрываемая неприязнь и настороженность безобразными светящими кляксами расползались по ровному свечению корысти. Мазнув взглядом по говорящим, наверняка купцам Гарвель подошел к входной двери как и все в этом заведении изукрашенной причудливой резьбой. Из-под узкой щели пробивалось ровное золото любопытства и благодарности. Вдохнув поглубже, Гарвель толкнул дверь. Багрянец заката неприятно полоснул по глазам привыкшим к гостиничному полумраку. По привычке потянув в себя энергию людских эмоций демонолог едва заметно поморщился, положительные эмоции и религиозная радость обжигала упорно не желая превращаться в чистую силу. Окинув стоящих на почтительном отдалении людей взглядом Гарвель поймал себя на желании совершить нечто ужасное, чтобы люди в панике разбежались в разные стороны, источая такие сладкие эманации ужаса. Подавив глупое желание демонолог вычленил взглядом фигуру мужчины чьего сына спас возле дома чернокнижника. В памяти услужливо всплыло его имя.

– Как здоровье вашего сына? – Осведомился Гарвель с трудом надев маску сочувствия.

– С ним все в порядке благородный господин, да снизойдет на вас темная благодать Ормузда, да продляться ваши годы. – Проталкивался в сторону чернокнижника Хассан, впрочем, проталкивался – это сильно сказано.