Войны веры (СИ) - Янгель Владилен - Страница 51

– Не все. – Согласился Вальмонт безропотно. – Но все о том, что там произошло, я расскажу только суду инквизиции. А он состоится не раньше, чем мы его восстановим.

– Так может быть Вергилий прав и среди нас двоих действительно есть слуга этого, Дьявола? – С угрозой в голосе проговорил доминиканец.

– Нет. – В голосе экзорциста прорезались стальные нотки, а Маркус с ужасом ощутил как горло сдавило нечто невидимое.

– Просто прими на веру, брат. – Тихо проговорил Вальмонт, разжав невидимые тиски на шее инквизитора.

– Не приму! – Взревел Маркус поднимаясь.

– Примешь! – Раздался в зале властный голос. Яркий свет на миг затопил комнату, когда глаза инквизиторов перестали слезиться от яркой вспышки. Из горла доминиканца вырвался удивленный возглас. Огромная фигура вдвое выше любого человека казалось заняла собой всю залу.

Голова гостя всего на несколько ладоней не дотягивалась до высокого потолка. Двенадцать белоснежных крыльев удивительным образом сочетались с мускулистым человеческим на вид телом. Глядя на это существо не возникало никаких сомнений что это гость из совсем другой реальности. Маркус бухнулся на колени исступленно бормоча молитвы.

Вальмонт напротив остался стоять, лишь отвесил поклон как младший старшему.

– Мое имя Самаэль. – Произнес все тем же полным власти голосом архангел. – И я пришел сказать, что человек назвавший себя пророком действительно одержим. – Добавил он после хорошо рассчитанной паузы. – Но не демоном. – Закончил Самаэль веско.

– Кем. – Быстро спросил Вальмонт.

– Не знаю – Величественно покачал головой архангел. – Но это существо надо остановить иначе его собственное пророчество исполниться, по крайней мере в первой его части где говориться по смерть всего живого.

– Почему же небес не уничтожат это существо своей силой. – Спросил Вальмонт почтительно.

– Я пробовал, но тварь слишком хитра, и сумела избежать кровавого дождя. Больше я не могу вмешиваться по своей воле. – Вздохнул Архангел. – Но могу помочь верным служителям господа нашего, если он призовут меня в нужный момент.

– И еще, твой дар станет тебе обузой в схватке с этой тварью, не доверяй ему. – Прежде чем мир потонул в новой вспышке света, проговорил Самаэль. Когда глазам вновь вернулась способность видеть, в зале было уже пусто.

Глава 23

Гарвель первым заметил зеленое пятно оазиса на горизонте. Из пересохшей глотки купца вырвался лишь жалкий хрип вместо бурного ликования. Запасы воды кончились почти сутки назад, еда, еще раньше.

Обоих путников шатало как пьяных, разве что Батор неутомимо бежал впереди помахивая хвостиком. Гарвель бездумно переставлял ноги, весь мир для него сузился до двух непослушных конечностей. Сердце натужно стучало в груди, с трудом разгоняя сгустившуюся кровь. Горячечные мысли тягучие как патока толклись в голове. Демонолог давно уже потерял счет времени. Безжалостное солнце целенаправленно выжигает любые намеки на жизнь, только песок и солнце. Шуршание песка под ногами давно превратилось в пытку, но даже это куда лучше чем мертвая тишина царящая в пустыне, разве что ветер время от времени нарушает сложившийся порядок. Пахнуло прохладой, идущий впереди Батор жизнерадостно гавкнул. Вскоре в ноги демонолога вступили на хорошо утоптанную дорогу, запах и прохлада близкой воды вели чернокнижника дальше. Он даже не понимал что идет не по пустыне а по человеческому поселению. Все что его заботило это близость воды и нежелающие сдвигаться с места ноги. Под ногами знакомо зашелестело, но уши Гарвеля ничего кроме плеска воды не слышали. Разлитая в воздухе влага смочила пересохшее лицо больше похожее на маску. Наконец полуслепые глаза различили впереди водную гладь. У самой кромки ноги подломились, демонолог рухнул на колени а затем не рассчитав силы упал плашмя в воду. Божественная прохлада омыла раскаленное лицо обожженное солнцем пустыни. Неземное блаженство растеклось по разуму демонолога.

А следом пришла боль, полумертвое тело медленно оживало с каждым глотком. Сердце сразу забилось быстрее, онемевшие руки пронзили тысячи невидимых иголочек, тягучие мысли постепенно покидали измученный мозг демонолога. Постепенно прошла и боль оставив после себя чудовищную слабость, из последних сил Гарвель вылез из воды. Последние силы ушли на то, чтобы подняться на ноги и сделать шаг, мир внезапно окрасился всеми цветами радуги, заиграл яркими праздничными красками, в уши ворвался шум так похожий шум морского прибоя. Реальность завращалась вокруг набирая скорость с каждой минутой, земля прыгнула навстречу.

Гарвель не ощутил удара, мир вокруг тряхнуло, а следом пришла тьма.

– Жадыгай! Жадыгай! Очнись Жадыгай! – Голос купца казалось, пришел из неведомых далей, тонкий и слабый он однако мешал расслабиться и отдохнуть в объятиях блаженного ничто. Азиль встревожено вглядывался в пергаментно белое лицо чернокнижника. Обожженная солнцем кожа шелушилась отслаиваясь целыми пластами. Батор жалобно скулил, купец теребил демонолога за плече. Наконец веки дрогнули, воспаленные глаза какое то время слепо уставились в потолок. Наконец зрачки сдвинулись, обвели взглядом наполненную приятным полумраком комнатушку.

– Ты слышишь меня, жадыгай? – Спросил Азиль отпуская плече демонолога, обрадованный пробуждением хозяина Батор радостно тявкнул прямо в ухо.

Гарвель дернулся, лицо перекосилось от боли. Столкнув щенка с невысокого ложа демонолог попытался хотя бы сесть, о том чтобы встать не могло быть и речи, не говоря уж о том чтобы идти. Ничего не вышло, ослабевшие руки просто не удержали вес изрядно отощавшего тела.

– Где я? – Прохрипел Гарвель едва бешено стучащее от такого бесчеловечного обращения сердце затихло.

– Все в порядке, мы выбрались из пустыни. – Ответил Азиль, рука купца цапнула грубо вылепленную глиняную кружку до краев наполненную водой.

Ноздри чернокнижника жадно дрогнули ощутив влагу исходящую от кружки.

– Пей. – Сказал Азиль повелительно, прижав край глиняной кружки к губам демонолога. Жадно выхлебав всю кружку Гарвель вновь прикрыл глаза, уши уловили удаляющиеся шаги купца. Преданный щенок моментально запрыгнул на высокое ложе, влажный горячий язык быстро прошелся по лицу чернокнижника. В ухо вновь жизнерадостно тявкнуло, но Гарвель уже ничего не слышал. Обиженно засопев щенок прижался к демонологу и тяжело вздохнув улегся рядом с обожаемым человеком.

– Жадыгай. – Донесся сквозь сон мелодичный женский голосок. – Жадыгай! – уже гораздо смелее повторил он. Почти одновременно тонкие нежные пальцы робко коснулись щеки чернокнижника. Веки демонолога дрогнули, два заполненных тьмой глаза в упор глянули на склонившуюся над ним девушку. Бедняжка застыла в ужасе боясь пошевелиться. Гарвель скривился слабый рассеянный свет одинокой лучины неприятно резанул по глазам. Зрачок правого глаза немедленно сжался в узкую вертикальную щель, правый же ужался до размеров человеческого. Пересохшие губы дрогнули.

– Кто ты? – Спросил демонолог с трудом разжимая челюсти для каждого слова.

– Исаф господин. – Ответила перепуганная на смерть девушку дрожащим от страха голосом. – Вам нужно поесть господин – Добавила она, когда страх начал спадать а Гарвель прикрыл глаза. Собравшись с силами демонолог медленно и осторожно поднялся. Стена с готовностью подперла спину чернокнижника.

– Давай! – Требовательно протянул руку демонолог как только шум крови в ушах утих. Девушка вздрогнула от страха, но руки протянули наполненную до краев чашу чернокнижнику. Только теперь Гарвель ощутил запах мясной похлебки. С трудом удержав в трясущихся руках чашу он с жадностью принялся пить теплую жидкость, оголодавший желудок принявшийся было грызть хребет радостно накинулся на новую добычу. С каждым глотком голод становился все сильнее. Выздоравливающий организм требовал еще и еще. Осушив чашу Гарвель собрался было поблагодарить девушку, но той в комнате уже не оказалось. Отбросив чашу, Гарвель позвал Батора в тот же миг, щенок ворвался комнату сквозь матерчатый полог.