Войны веры (СИ) - Янгель Владилен - Страница 87

Тренированный рассудок с легкостью отсек все лишнее, перед внутренним взором демонолога предстала точная копия светящейся на земле фигуры.

Теперь следовало увязать воображаемый двойник с реальным узором, несколько минут Гарвель потратил на то чтобы завершить подготовку.

Тонкие лучики света протянулись от вычерченной на земле фигуры. Линия за линией они повторяли ее изгибы. Вскоре в метре над землей завис сотканный из фиолетовой дымки узор неуловимо отличающийся от того что остался на земле. С губ чернокнижника сорвались первые слова заклятья, если конечно можно так назвать череду шипящих звуков без малейшего намека на гласные. Вторя словам чернокнижника, призрачный двойник магической фигуры мягко пульсировал заливая округу лиловым светом. И без того необычный пейзаж изнанки стал казаться вовсе уж нереальным.

– Чего тебе!? – Рык Гаала прервал транс демонолога, но тщательно выстраиваемое заклинание и не подумало развалиться.

– Мне нужно на ту сторону. – Ответил демонолог накачивая силой защитный круг на тот случай если Гаал сегодня не в духе. Падший как и большинство ладык никогда не отличался излишним дружелюбием. Выслушав ответ Владыка Пути наградил демонолога долгим испытующим взглядом.

– Хорошо. – Обронил Гаал по всей видимости оставшись довольным осмотром. В тот же миг внезапно ставшая жидкой почва втянула демонолога во внутрь. Высоко в поднебесье Хаг камнем рухнул вниз, воздух изнанки попросту отказался держать его на весу. Земля с сплеском приняла в себя тело Хаага.

– Так значит Гимель добился своего. – Задумчиво пробормотал архидемон прежде чем заклятье чернокнижника окончательно распалось и изображение владыки врак бесследно растворилось в воздухе.

На уютной лесной опушке покрытой сочной зеленой травой в выст взметнулся грязевой гейзер. Деревья, трава, вмиг покрылись толстым слоем отвратительной жижи. Спустя мгновенье столб грязи вознесшийся в небеса рухнул обратно, деревья жалобно затрещали под тяжестью обрушившейся на них жижи. В том месте откуда в небо ударил гейзер в земле осталась глубокая воронка доверху заполненная грязью. Гарвель отчаянно рвался наверх туда где как подсказывало его чутье находится спасительная поверхность. Давление жидкой грязи постепенно ослабевало.

Вот только легче от этого не становилось, потусторонняя мощь буквально распирала чернокнижника изнутри. В какой то момент демонологу стало казаться что как тольтко он выберется на поверхность его просто-напросто разорвет на части. Давление спадало с каждым гребком чернокнижника, вот только грязь постепенно густела. Легкие жгло огнем желание вдохнуть стало просто нестерпимым, но Гарвель продолжал продираться наверх. Наконец руки демонолога провалились в пустоту, через пробитый проход хлынул поток ослепляющего солнечного света. Даже сквозь плотно зажмуренные веки покрытые к тому же слоем грязи чернокнижник ощущал приятное тепло солнечных лучей. Воздух ворвавшийся на конец в легкие придал демонологу сил. Зашарив в руками в поисках хоть какой нибудь опоры Гарвель наткнулся на край затопленной грязью воронки. Намертво вцепившись в спасительную твердь чернокнижник вытянул себя из стремительно твердеющей грязи. Солнечные лучи приятно согревали тело, крупная дрожь сотрясала чернокнижника. Только теперь оказавшись на поверхности он ощутил насколько сильно замерз. Мерный подземный гул прокатился по залитой грязью поляне. В двух метрах от чернокнижника земля вспучилась, не желая выпускать наружу нечто скрытое в своеих недрах. Сопротивление длилось недолго и вскоре в небо вновь ударила тугая струя жидкой грязи. Вслед за ней земля исторгла из себя облепленную грязью коренастую фигуру. Чертыхнувшись Гарвель пополз прочь от новой воронки. Ему вовсе не хотелось дожидаться пока взлетевшая в небо грязь вернется на своё законное место. Гарвель сильно сомневался что сумеет выжить если ему на голову рухнет то что поднялось в воздух парой мгновений раньше. А вот на то что случиться с Хаагом ему сейчас было плевать. Да и что может сделать столб грязи обрушившись на одержимого демоном познания щенка?

– Хозяин? – Проскрипел Хааг кое как содрав с глаз липкую грязь.

Гарвель не ответил своему слуге все его силы уходили на то чтобы отползти подальше. Демон возмущенный таким невниманием собрался было отпустить ехидный комментарий но едва он раскрыл пасть как на него сверху обрушился грязевой молот. Потоком грязи чернокнижника смело в сторону Хааг полностью скрылся в обрушившемся с неба потоке.

Уткнувшись в дерево Гарвель заставил себя подняться наноги. И надо сказать это простое действие стало для него настоящей пыткой. Жуткая слабость сковала терзала каждую частичку его существа. Истощенный организм требовал заползти под ближайший куст и умереть от истощения, или хотя бы краюху хлеба. Чудовищный голод заставил чернокнижника посмотреть на ближайшие кусты уже с гастрономическим интересом. Лишь плотный слой липкой дряни покрывший каждый миллиметр окружающего пространства заставил его отказаться от этой идеи. Впрочем, голод все равно не давал демонологу покоя. Несмотря на переполнявшую каждую частичку тела энергию изнанки Гарвель понимал что если не раздобудет еды то вскоре умрет. В отличии от податливого мира изнанки в мире людей нельзя поддерживать свою жизнь за счет потусторонней энергии. Во всяком случае еще никому не удавалось прожить без еды и питья сколь бы могущественными силами они не повелевали. Небольшая горка грязи в нескольких метрах от чернокнижника дрогнула. Перепачканный с ног до головы Хааг выбрался из под стремительно твердеющей земли. Корка подсохшей грязи стесняла движения демона, к тому же оказавшись за пределами изнанки измененное её силой тело медленно возвращалось к своей исходной форме. Постепенно жуткая крылатая тварь превращалась в молодого пса с пепельно черной шерстью. Тем временем грязь окончательно застыла, превратив демонолога в в подобие гротескной скульптуры. Впрочем и без слоя грязи Гарвель выглядел не лучшим образом. Пожалуй даже обитатели инквизиторских застенков выглядят лучше. Разве что некроманты могли похвастаться подобной худобой. Складывалось ощущение, что одно неловкое двидение и тонкие кости, обтянутые пергаментной кожей переломятся. Отчасти так и было и потому Гарвель даже не помышлял о том чтобы добыть еду самостоятельно. На подобный подвиг у него попросту не хватит сил. Немного подумав чернокнижник выцарапал на земле простенький узор. Вдохнув в него часть энергии изнанки Гарвель потянулся к задворкам собственного сознания где мирно покоилось почти пол сотни лишенных всего кроме разума демонов. Большинство из них даже при поддержке чернокнижника не могли сравниться с Хаагом, но этого от них и не требовалось. Демонолог намеревался поставить перед ними куда более прозаическую задачу.

Пышущий потусторонней энергией символ выцарапанный на земле изрядно облегчил задачу чернокнижника. Перебрав в уме наиболее подходящих для задания демонов Гарвель вызвал их потухшие сущьности к жизни щедро растрачивая вынесенную из изнанки силу. Два сгустка чернильно-черного дыма метнулись от чернокнижника в разные стороны. Гарвель не питал иллюзий – лесная живность навреняка улепетывает как можно дальше от того местеа где Влапдыка пути открыл портал. Но не все животные могут похвастаться скоростью, и потому демоны наверняка вернуться с добычей.

Эдвард, доживи он до этого дня, наверняка прибил бы своего ученика за подобное использование демонических сущьностей но сейчас Гарвелю было на это плевать. Тем более что выбора все равно не было, вернее был, но смерть от истощения не входила в планы чернокнижника.

– Хозяин, старейшины ждут твоего вопроса. – Раздался в голове демонолога голос Хаага.

– Старейшины подождут. – Буркнул чернокнижник не соизволив даже посмотреть на своего слугу. Да и смотреть-то было не на что, свернувшись калачиком Батор мирно спал ничуть не смущенный обилием засохшей грязи. Хааг же не спешил возвращать себе контроль над телом.

Прижимистый демон не желал попусту тратить свои и без того не бесконечные силы. Привалившись спиной к молодому деревцу Гарвель всеми силами старался не заснуть. В теперешнем состоянии сон почти синоним смерти, поскольку только воля удерживает тело от смерти. Эта борьба поглотила его настолько то он сам не заметил как сполз на землю.