Это только сон (СИ) - Льнова Алена - Страница 105

   Вечером, перед ужином, я проделала свой фокус. Но если думала, что все будет легко - я ошиблась. То ли шрамы были слишком глубокие, то ли - старые, но мне пришлось три раза применять магический приказ. В конце я щелкнула пальцами на оздоровление малыша, кто знает, может, он еще болен? Теперь Ки испытывал свою кожу, он потягивался, растягивая её, гнулся, округляя спину, и наконец, повис у меня на шее от избытка чувств. Ну да, я теперь еще и самый лучший маг...

   Я опять пожевала листиков, много листиков, но сытости, если честно, не чувствовала. Грибов я встречала мало, а ягод и того меньше. Штанишки сидели на мне теперь гораздо свободнее. Я развела костерок, намереваясь поджарить парочку грибов, которые мне удалось разыскать, как Ки притащил полный подол разных жуков, разложил десяток около огня и следил за их приготовлением. Я с интересом наблюдала за ним, ведь до этого он успешно хрустел живыми насекомыми, что же сейчас случилось? Новый виток в культуре питания? Странно, мы идем уже полтора дня, а ни одного озера не встретили, хотя около поселка их полным полно, да и на пути к княжеству - тоже.

   Через полчаса Ки уже сложил целую горку насекомых на листе лопуха и продолжал их готовить.

  - Ирри, попробуй, вкусно! И сытно. - Предложил он мне.

   Я нерешительно переводила взгляд с жаренных жуков на него, потом взяла один и попробовала. Не сказать, что особенно вкусно, но и не так противно, как казалось. И мы с Ки, сидя у костра плечом к плечу, пожевали жуков, выпили воды и легли спать. Лучше отдохнуть, пока тепло, а в утренней свежести и влажности шагать дальше. Я надеялась, что наши педагоги, наконец, посчитают достаточным наше самостоятельное пребывание в лесу и найдут нас. Я вспомнила свои приключения с Мирро, когда он лежал трупом, а я искала сухое место для ночевки. Так, чтобы не мерзнуть, нужно нарубить веток. Стараясь рубить молодую поросль, которая ослабляла деревья, я устроила хорошее гнездо для нас, постелила плащ на него и легла сама. Ки же, свернулся в клубок, прижался ко мне, положив на меня теплый хвост, и укрыл своим плащом. Похоже, мы приспосабливаемся, и это только начало. Только бы дождь не пошел...

   На следующий день я залезла на самую высокую сосну и... не увидела ничего. Вокруг плескалось зелено-голубое море из верхушек деревьев, со всех сторон уходящее в горизонт. Куда же мы зашли? "Папа?" - попробовала я позвать его, но отзвука не услышала. Да что ж такое, что Элоэн, что отец, пропадают! Я даже на макушку самой высокой сосны залезла, а мыслесвязь все равно не ловится!

   Я посмотрела в ту сторону, которую меня тянуло все сильнее. Прямо сердце ноет и тревожно стучит, нужно торопиться. Не знаю, почему, но нужно.

   Чтобы ускориться, я предложила Ки менять бег на шаг и наоборот. Мы передвигались быстрее, но и спать вечером свалились полумертвые. Ки, несчастный забитый ребёнок, слушался меня беспрекословно. Жалость к нему и постепенно развивающаяся привязанность каждый раз подвигала меня лишний раз его приласкать, отчего он довольно жмурился, как маленький котёнок.

   На следующий день мы в просвете увидели пустое пространство, без деревьев! Расщелина!!! Мы так обрадовались с Ки, будто нас уже нашли и прыгали как дети. Ну да, ведь мы они и есть... Но выбежав туда, опять сели на пятые точки, непонятно, насколько далеко мы отошли от места, где нас покинули Ларрдан и папа, и в какой стороне это, вдруг мы ходили кругами? Но чувство, направлявшее меня, стало сильнее, и я направилась дальше, на юг, я смогла сориентироваться по Араве.

   Часа через два я услышала крик, не женский и не звериный, но он явно звал на помощь. И ещё я почувствовала, что моя направляющая нить-чувство вибрирует и дергается, словно кричащее существо и есть источник её. Я опрометью бросилась бежать, крикнув Ки, чтобы догонял. Меня выводила из себя эта связь. Откуда она взялась?

   Скоро я увидела, что мне навстречу огромными прыжками несется странная кошка, размером с рысь, только гораздо изящнее, светло-серого цвета, почти белого, с едва различными крупными серыми пятнышками. По виду - измельчавший леопард, но всё равно было страшно. Несётся на меня такая озверевшая щерящаяся кошка, что я остановилась и крикнула Ки лезть на дерево. Хотя и последнее было глупостью, она прекрасная альпинистка и деревья ей нипочем... А сама достала меч и приготовилась продать свою жизнь подороже. Но кошка за пару метров остановилась, легла на брюхо и поползла ко мне, опустив голову и избегая смотреть в глаза. Я не могла понять, что происходит, но кошка продолжала плакать, теперь гораздо тише, но так же душераздирающе.

  - Тебе помощь нужна? - Спросила я.

   Кошка встала, посмотрела мне в глаза и побежала прочь. Пришлось последовать за ней. Через полчаса она остановилась и стала смотреть вниз, жалобно мяукая, и оттуда отозвался детский писк. О Боже, там котёнок! Я заглянула в расщелину. Ух, здесь она была глубже и внизу текла река с бурлящими порогами и камнями. Котенок же притулился на маленькой ступенечке, образованной корнем росшего на почти отвесном склоне кустарника. Малыш бы взъерошенный и едва мог держаться за этот куст. Подумать только, её, эту кошку, я ощущала, и она меня звала два дня. Но что я могу сделать на такой высоте? Тут даже с веревкой ничего нельзя сделать, если только... опять вороной подбитой поработать. Но ведь я могу неосторожно смахнуть малыша. Я ещё раз посмотрела вниз. Самой страшно, а вдруг сил не хватит? Но оглянувшись на кошку, я увидела, как она лежит на земле, уложив голову на вытянутые передние лапы. Тут не нужно быть ясновидящей, чтобы понять - она умоляет меня о помощи вкупе с передаваемым мне страхом по той ниточке.

   Я посмотрела на кошку, ну, прости, я боюсь, это же уже не тренировка, никто не подстрахует... Кошка, будто поняв меня, опять начала плакать. Сердце разрывалось, я начала хлюпать носом, ужасно, сидеть и ждать, пока измученный котенок сорвется и погибнет. Зачем, почему?

   После короткого мява я снова выглянула с края. Малыш упирался из последних сил в почти выдранное корневище и, кажется, начинал съезжать. Я, дура малолетняя, не раздумывая, кинулась к нему. Как-как, съезжая на заднице. Вслед я услышала крик Ки, но он уже ничего не мог изменить. Время отсчитывало секунды, мне же, в лихорадочном поиске решения, казалось оно минутами - я со свистом двигалась вниз. Понимая, что скоро могу перевернуться и начать катиться кубарем, я сделала единственное, что могло мне спасти жизнь: я выпустила свою силу крыльями и что есть силы оттолкнулась прочь от склона. Получилось! Я зависла в воздухе, интенсивно работая лопатками. Так, как там птицы делают? Планируют... Но потоков воздуха я не чувствую. Активно махая прозрачными крыльями, я начала движение вдоль расщелины, постепенно снижаясь. Поворот, обратно... Котенок висел на честном слове, задницей упираясь в маленькую выемку склона, образовавшуюся упавшим корнем и передними лапами вперся в край, но малыш уже устал, дрожал, скоро они ослабнут, подломятся и все...

   Котенок, ха, он оказался не таким уж и маленьким, как мне казалось по его испуганному писку, внимательно смотрел на меня светлыми орехово-коричневыми глазами. Это был малыш крупной кошки сравнимый со львенком, месяцев трёх, практически, белоснежный, только нос и кончики ушей имели бежевый оттенок. Рассчитывая на одно единственное, но точное движение, я ринулась к склону, убрала крылья, схватила двумя руками животное за шкирку и заднюю лапу, и оттолкнулась обратно. Крылья я выпустила, но они не могли сдержать моего падения. Как там, в книгах, получается всё у всех легко и просто? У меня же было наоборот! Я падала, не в силах выровняться, и вдобавок с непривычным дополнительным весом. Упорство не давало мне возможности сдаться и я, даже снижаясь, усиленно работала крыльями. Когда у меня уже не осталось надежды и я смирилась с неизбежностью, которую замерев от ужаса, ждала, меня как будто кто по голове ударил и я вспомнила! Облегчение веса!!!