Это только сон (СИ) - Льнова Алена - Страница 4

  Проходящая мимо хозяйка обратила внимание торговца на меня.

  - Ты что ж, старый, Бастет не уважаешь? Посмотри сам, удачу свою не видишь? - И она рукой показала на меня.

  Мужчина посмотрел на меня, испуганно ойкнул, наклонил голову. Потом начал выбирать мне рыбку. Я мысленно ему советовала: поменьше косточек, пожирнее. Вот он вынул большую рыбину, отсек ей голову, плавники, разрубил ее на части, выбрал самые лакомые. Потом достал чистую тряпицу, расстелил ее на земле, сложил лучшие кусочки. Я накинулась на еду. О, Бастет, а ты неплохо живешь, люди тебя почитают. Дай этому торговцу удачу, что не пожалел лучшую рыбину для меня, ведь уважил он - тебя!

  Я расправилась с рыбой и теперь сидела, жмурилась. Ой, спасибо, торговец! Ну, помоемся потом, идти нужно. Я вспрыгнула на прилавок и, наклонив голову, отерлась о торговца, еще и муркнув. Он счастливо улыбнулся. В этот момент его увидела немолодая женщина с двумя дюжими мужиками.

  - О, тебя благословила Бастет, значит рыбка у тебя свежая! И душа честная! Вир, Лар, рыбу будем брать здесь! Хозяин, почем рыбка, нам нужно корзин 5-6? У тебя есть столько?

  Мужик от этой цифры обалдел и заторможено кивнул.

  Бастет, спасибо! Тут уже я не нужна. Интересно, повариха случайно, не из дворца?

   Отбежав подальше, за рынок, я уселась рядом с дорогой и начала мыться. Это не я решила делать, а мой инстинкт. Да и примирилась я со своей кошачьей ипостасью. Я старательно вылизала лапки, потом умылась, дальше была шейка, спинка, хвостик. Живот, простите, мыть не буду, тут небезопасно! Я была сыта, чистая, блестящая, погода - теплая. Теперь, нежась на солнышке, можно и подумать, что мне делать дальше. В кошачьем теле я не буду постоянно, это и дураку понятно. Значит, мне нужно отыскать безопасное место, где никто меня бы не узнал. Ну да, слабо предание, если даже на монетках мой портрет. Правда, я там упитанная. А через недельку я буду как жердочка. Вряд ли в лесу я найду торговца рыбой. И что мы имеем: буду худая, с немного другим цветом волос, глаза необычные, другие. Меня может узнать только тот человек, который меня видел раньше. Можно из тряпочки сделать такие прокладочки, держать их над верхней и под нижней губами. Будет выглядеть, что я губошлёпка. И поменьше болтать, чтобы не вывалились. На первое время сойдет. А года через два, уже никто, кроме самых близких, не определит меня как принцессу. Получается, нужно бежать в провинцию, в глушь. Там затаиться в каком-нибудь лесном поселке. Все равно страшно. Девочка - ведь симпатичная, а уродов везде хватает. Я вздохнула. По дороге скрипела повозка, и пахла... рыбой!

  -Смотри, давешняя кошка! Давай ее подвезем! - Закричал мужской голос.

  - Лар, а ты спроси, ей в туже сторону? - Захихикала женщина.

  Я оглянулась, две гнедые лошади тащили нагруженную повозку, на которой сидела женщина, скупившая рыбу у моего торговца, и ее два спутника.

  - Эээ, уважаемая, вам в ту же сторону, что и нам? Может, вас подвести? - Смущенно спросил меня рыжеволосый бугай.

  Я важно кивнула и, пробежав пару метров, вскочила на повозку. Там я подобралась поближе к Лару и улеглась рядом. И только тогда веселая троица отмерла.

  - Вот это да! Хозяйке нужно рассказать, она не поверит! - Сказала женщина.

  - Мила, она сказала, что мы ждем гостью. И послала за рыбой. А какая гостья съест столько рыбы? И может, именно эту гостью хозяйка и ждала? - Громко захохотал второй мужик. - Она уже сходит с ума от старости!

  - Не греши на хозяйку, Вир! У нее ясный ум, не сравнить с вашими куриными мозгами! - Мила треснула платком по плечу насмешника.

  - Да, ладно, просто с этой рыбой странная история... - Почесал за ухом Вир. Он был конопатый здоровяк с копной соломенный волос и чуть туповатым лицом.

  Они все еще переругивались. А может, у них такая манера беседы была, но я, прижавшись к боку Лара, задремала. Окончательно я проснулась, когда эта троица замолчала. Мы подъезжали к большой усадьбе, даже поместью. Я села. Нужно ли мне туда?

  - Поехали, киса, с нами, я тебя кормить буду. Не обидим! - Предложила Мила. Я посмотрела на нее. Не врет. Ладно, поеду. И отвернулась. Мы въехали в ворота и покатили к дому. Я сидела на повозке, когда остановились, когда начали разгружаться, когда вышла хозяйка, немолодая стройная леди, с величественной осанкой и благородным лицом. Мила подошла к ней и начала рассказывать историю нашего знакомства с нею, и путь сюда. Хозяйка внимательно посмотрела на меня и отвернулась. Хорошо, незачем меня рассматривать. Мила пошла вовнутрь и позвала меня с собой. Он провела меня на кухню и показала теплый угол около входа.

  - Вот здесь можешь спать. А дальше - ни-ни. Или кормить не буду!

  Я поняла, они кошек вроде уважают, но не ценят. Так, живи, мышку можешь поймать! Но деваться мне было некуда пока. Ехали мы недолго. А значит, скоро сюда приедут с обыском, разыскивать принцессу. Поэтому можно и переждать здесь тревожное время. Сейчас, похоже, весна, так что можно и в лес уходить, резвиться. Но к зиме придется найти способ принять человеческий облик, потому что в такой тонкой шкурке я не перезимую. Даже по кошачьим делам не выйдешь, замерзнешь!

   Так и потянулись дни. По ночам я гуляла, исследовала сначала дом, а днем спала, ела, иногда выходила погреться на солнышке. Через две недели приехал отряд по мою душу. Невзирая на протесты хозяйки, обыскали все, даже святая святых - ее лабораторию. И уехали, не солоно хлебавши! А я повадилась по вечерам забираться в лабораторию к хозяйке через открытое окно. И сидеть рядом с ней, пока она работает. Она была магом. И еще алхимиком. Она часто говорила сама с собой, забывая обо мне. Так я узнала, что она все еще любит своего умершего мужа. И что ждет с нетерпением встречи с ним. Ее удерживали в этой жизни последние слова мужа:

  - Ты остаешься за старшую, и не смей умирать, пока все не выполнишь! Тебя будут предупреждать! Будешь жить столько, сколько нужно. А я буду тоже ждать... встречи...

  Это ее больше всего и злило. Она до сих пор не могла понять, для чего живет. Вот недавно ей приснилось, что нужно послать в тот день, когда я и встретила ее работников, за рыбой. За много рыбы. Она сделала. И что? Привезли странную кошку. Живет. Пусть. Так опять приснилось, чтобы не гнали ее. Что за напасть! Потом приехал поисковый отряд, искали пропавшую принцессу. Вот те на! Она что, иголка в стоге сена, что не могут найти такую приметную девочку?

  Еще через две недели привезли письмо от короля.

  Хозяйка ворчала:

  -Засранец, а не король, ведь давно не общался с теткой!

  "С теткой?! Бастет, куда ты меня завела?"

  - Так вот, мальчик пишет, что ему нужен совет, и просит разрешения приехать. Когда это он меня спрашивал о приезде! Нет, он всего лишь предупредил, когда прибудет. Завтра. Ну что ж, завтра, так завтра!

  Я сидела на подоконнике и жмурилась. Мне нравилось слушать ее бормотание. Мне показалось, что я даже привязалась к ней. Она тоже не осталась ко мне равнодушной.

  Когда я опаздывала, она меня журила:

  - Где же ты пропадала, голубые твои уши и хвост? Мне же скучно, привыкла я к тебе, чертовка!

   Приезд короля ничем не ознаменовался, обитатели поместья даже не поняли, что приезжал глава государства. Он прискакал на коне, в одежде деревенского лорда, поужинал с хозяйкой, а потом они удалились в ее кабинет, рядом с лабораторией. Я совершенно случайно оказалась на своем окне. И абсолютно неожиданно для меня мне было прекрасно слышно весь разговор.

  - Тибильда, произошло, то, что и было предсказано. В Милаоллис вселился бес. Так сказал священник. Но слуги видели, что этот бес, взял контроль над телом дочери, когда она хотела пнуть щенка. Она ведь ненавидела кошек и собак. Поэтому приходилось держать их в конюшне и не пускать во дворец. Этот бес поднял щенка, нежно и заботливо, и главное, профессионально, и поцеловал его. Это был щенок голубой легавой. И этот малыш вылизал лицо беса. Разве может такое быть? Ведь голубые легавые чуют тёмное. И потом этот дебил, святой отец, начал изгонять беса. Ведь девочка сама пришла каяться. Он ей все мозги заблаговременно прополоскал! Да еще эта фрейлина... Я не гнал ее, так как она приехала еще с Вианной. Он начал обряд, а потом, потом... Девочка вышла, прятала глаза, позвала служанок. Когда они пришли, в комнате уже никого не было. Ее увидели в конце коридора бегущую. Она была невообразимо одета, по-крестьянски, из подручных материалов, босая. Она вышла через черный ход и спокойно дошла до рощи. Все! Больше ее не видели! Куда она могла деться?