Это только сон (СИ) - Льнова Алена - Страница 63

  - Госпожа, помните, Вы предлагали мне средство от веснушек? - Я важно кивнула в ответ. - Оно действует! Сегодня, когда я Вас одевала, вспомнила и посмотрела - родинки нет! Пожалуйста, отдайте мне флакончик, Вы же обещали!

  Я задумалась, мне не терпелось испробовать свой сегодняшний магический опыт, но и алхимический успех был мне дорог. Что выбрать? Флакончик небольшой, и Мияне хватит только на лицо и шею. Так, можно подождать, алхимическое вещество кончится, она придет просить добавки, аппетит ведь приходит во время еды и Мияна захочет продолжения - очистить от веснушек и грудь, и руки, и спину... И тогда я и попробую "эолу"! Только меня удивляло, почему ушастые не применяли этот магический приём для этого? Если только объяснить, что они сами веснушками не страдали, а проблемы нечистокровных эльфов их мало волновали. И я отдала баночку в дрожащие от нетерпения руки Мияны. Она меня переодела для занятия с Тимозо и удалилась.

   Руки чесались, что-нибудь сделать. Я осмотрела свою комнату и потерла ручки. Счас! Перво-наперво меня здесь не устраивали размеры: от кровати в левом углу до противоположной стены былометра три. Осталось сообразить, как охарактеризовать моё намерение. Я зажмурилась. Так, комната должна быть длиной десять метров, высота - и эта пойдёт. Я сконцентрировалась, а потомвспомнила, если станет, как задумано, то нужно дополнительное окно. Молочные занавески с жаккардом в виде тюльпанов, пол, покрытый мраморной плиткой, стены, обтянутые голубым шёлком. На пол постелить пушистый ковёр цвета золота с абстрактным рисунком, кровать переместить в правый угол под полог из молочных и синих занавесей, диван напротив окна из такого же глубокого синего, как ночь с золотыми подушками под коврик. Тумбочка с зеркалом о и кресла остаются, что ещё нужно? Ах, широкие подоконники... Я задержала в голове образ новой комнаты, сказала 'изменение' по-эльфийски и бухнула энергии, но странное ощущение, что её просто начали из меня качать. Наверное, нужно много энергии! Я стояла минут десять, боясь открыть глаза. Но вот я сделала это. Мать твою за ногу! Ёшкин кот! Комната была такой, как я её представляла, но это же не десять метров! Померяла шагами. Нда, пятнадцать метров. Инженер, так сказать, напортачил... Ладно, переживём. Но то, что комната была сделана в современном стиле, я не поняла этого юмора. Пластиковые окна, шелкография на стенах, диван модерновый. Ну, да, согласна, так даже симпатичнее. Но как мои два окошка будут выделяться снаружи... Мне же руки повыдергают по самое не могу! Нужно проверить! Я полезла в окошко, почти вся высунувшись наружу, я установила, что оттуда следы преступления не видны. Ура!!! Осталось доделать детали. Например, эти кресла должны изменить обивку. Сделано! Места много, но нет стола! Я представила письменный стол, старинный, из ореха, с чернильницей и пером, с удобным стулом. Есть! Теперьчто делать с креслами и тумбочкой? У них другое дерево, ясень, что ли... Меняем! После последней экзекуции я открыла глаза уже с черными мушками. Ого, вычерпала себя. Я срочно плюхнулась на ковер, села по-турецки и оказалась на своем душистом лугу рядом с источником. Он взвился, радуясь моему появлению. Я не стала терять время, ведь скоро за мной придет Тимозо. Я разделась и плюхнулась в воду, что изобретать, всё отработано. Чувствуя, как бурлящие воды струятся по моему телу и уносят усталость и скованность, я даже задремала. Но что-то меня разбудило. Я поднялась, скомандовала 'сухо'. Результат меня обрадовал, и волосы и тело, стали сухими. Я оделась и вернулась в комнату. На пороге стояла Мияна, зажав себе рот и с почти квадратными глазами осматривая мои усилия. Я ещё раз осмотрела комнату. Сейчас здесь не хватало живости, зелени. Всё было слишком спокойно и статично. Ладно, силы понадобятся на тренировку с Тимозо. Я вышла и как всегда попала в объятия наставника, так как он приспособился делать шаг назад и ловить меня руками.

  Илларэмис

   Я сидела и не могла оторваться от просмотренных воспоминаний. Вид племянника, висящего на антановых цепях, никак не уходил у меня из головы. Разве такие эльфы ещё живые? Я бы к такому и не подошла, посчитав трупом. А она - нет, даже думая, что он - человек. Получается, люди милосерднее нас? И потом, обнаружив, что он эльф, она не бросила его, а ведь могла. У нее был один телепорт, но она могла бы сразу попасть в объятия своих родственников. Ирри не сделал этого, может, она не понимала? Но по её воспоминаниям, она готова была к такому результату. Что-то беспокоило меня во всем этом... Я вспомнила, как она боролась за свою жизнь, словно зверёныш. Да, жизнь она любит. Ах, поняла, слишком взрослые у неё рассуждения. Но с другой стороны, она единственная наследница короны, её с детства приучали к ответственности и взвешенности решений, может, отсюда такая уверенность своими действиями и отсутствие детской сомнительности? Ладно, теперь понятно, откуда у них с Мирро такая привязанность друг к другу. Нет, я ошиблась, тут соблазнением и кокетством не пахнет. Тут, скорее, приобретённое родство. Они же стали как брат и сестра. Брат и сестра.... Ну да, именно поэтому Элоэн принял на себя Долг Жизни. По праву отца. А так бы пришлось их признать кровными братом и сестрой, итогда Мирро должен был принять обязанность хранить её жизнь. А они оба ещё дети, как выяснилось. Мирро - недальновидный, так попасться! И если племянник погибнет, у Повелителя не останется прямого наследника, а это опасно. Да и сам Элоэн намного могущественнее, опытнее и умнее сына. Да, брат правильно рассудил. А я, что делала я? Гнала её, а ведь с ней придется уйти и брату, или племяннику. Теперь они должны быть вместе. О, Басту, а если вспомнить древний закон, то Долг Жизни подразумевает рабство. И что, теперь эта девочка - госпожа Повелителя? Голова кругом. Нет, мне нужно бежать, на коленях просить у неё прощения, чтобы она не ушла, не сбежала. А Иварри? Отдам я его ей? Мне стало плохо, от одной мысли об этом, слёзы потекли из глаз. Что делать? Но я, наконец, поняла, что меня отвлекает. Мои руки кто-то гладил, целовал. Целовал? Я очнулась от своих мыслей и увидела стоящего на коленях передо мною... Иварри. Он с такой нежностью смотрел на меня, что у меня дрогнуло сердце. Как я могла подумать, что он обратит внимание на Иррьен? Он же два месяца назад поклялся мне, что любит. А я... Я выгнала его, обругав. О, мама, почему ты умерла так рано? Никто мне не объяснил, как общаться с возлюбленными. Вот он смотрит на меня, неужели не обижен? Совсем? Такие красивые сиреневые глаза, результат неудачного опыта. Но это делает его таким особенным, наивным, но и экзотичным, экстравагантным, что дух захватывает. И как я раньше не замечала, что как только он появился, то сразу полюбил меня.

  ***

   Я стою на лестнице и подсматриваю, Мирро присел на корточки и уцепился мне за ногу. Я шиплю на него:

  - Отцепись, ты лезешь мне под юбку!

  В этот момент брат, такой взрослый и красивый, стоя рядом с немолодой высокомерной эльфийкой, окликнул худого рослого мальчишку. Он завороженно не сводил своих огромных небесно-голубых глаз с меня.

  - Иварри, очнись, ты сможешь познакомиться с нею позднее!

  ***

   А сколько букетов он мне приносил? Я фыркала, цвет не тот! Он покорно отворачивался и потом протягивал цветы другого цвета. А я презрительно поджимала губы, мне нужны натуральные! И он уходил, огорчённый.

   Гораздо позже он каждую неделю телепортировался из Академии во дворец, чтобы провести время с семьей и мною. Я тогда уже начала скучать по нему, по его несносной смущённой улыбке, по его ежедневным букетам. Да и рассказы его о жизни и учёбе в Академии смешили всю семью.И ведь после окончания он остался для научной деятельности в Академии, чтобы мне не было так тоскливо одной и трудно. Букетами от него засматривалось все девчонки. И завидовали!Такая любовь! Да, Рэми, какая же ты дура! Он с детства меня любит, и я - тоже, только не знала этого. И начала ревновать к этой девочке, которая всего то и увлеклась алхимией как этот сиреневоглазый сердцеед. Я смотрела на моего алхимика и думала, какое у него взволнованное лицо. А какие соблазнительные губы, которые что-то говорят и говорят. И глаза смотрят тревожно и вопросительно. Мой любимый алхимик. Мой. Да, никому его не отдам!