Это только сон (СИ) - Льнова Алена - Страница 92

  " Я - Ки Ву, признаю долг жизни перед тобой. И ты... ощущаешься мамой", - зазвучал у меня в голове мальчишеский голос. Так, это не девочка?

  - Я - Иррьен, принимаю - устало сказала я.

   А потом вдруг вспомнила Тиирунью, которая во сне дружила со змеелюдом. И затем медленно, крадучись, словно испытывая мою реакцию, пришла мысль: вдруг там ещё-кого можно откопать? Я зажмурилась и подождала, может, если её не замечать, она уйдёт? Но нет, эта засранка и не подумала об этом, она устроилась в голове и стала стучать, привлекая внимание. Ладно, поняла! Будет уже! Так не хочется вставать опять...

   Незадачливый жук, пролетая над мальчишкой, был слизан на лету раздвоенным языком. Или я перегрелась на этом нежарком светиле, или устала до одури, но меня это не тронуло. А ребёнок, прожевав, оживился, повернулся на бок и начал жадно высматривать насекомых. Но на камнях их было не так уж и много. Пришлось отбуксировать малыша к деревьям, где он с воодушевлением начал ковыряться в земле. А я поплелась опять двигать камни. Вспомнилась мама, которая на мое детское заявление, что хочу быть археологом и участвовать в раскопках, красочно убеждала меня в непривлекательности этой работы. И выучиться мне на историка не дала, а я всё жалела. Теперь понимаю, как она была права. Я вспотела, пропылилась, была покрыта такой "приятной" коркой, голова чесалась. Что я теряю? Я очистила себя, ну, заодно и змеёныша, пока недалеко от него отошла. Потом вернулась, быстро обежав вокруг пары деревьев, собрала в целый кусочек подола жуков, пару личинок, гусениц и принесла малышу Ки. Как у него глаза загорелись, он с опаской смотрел на это богатство и сглатывал слюну. Пришлось высыпать всю эту живность ему на грудь. Захочет - съест, нет - может поиграться и отпустить, но через секунду мальчик уже хрумчал жуками, довольно жмурясь.

   Когда я наткнулась на очередной змеиный хвост, у меня началась истерика. Я начала радостно хихикать, что моя мысль не обманула, потом ржать, и... плакать...

   Через час я уже откопала руку. Ого, да это взрослый! Я его почти вытащила, когда этот мужик, весьма замученный, пришел в себя и вздрогнул. Так это же отлично! Он сможет сам ползти!

  - Отпусти меня, - прозвучало в голове. О, достали, пугать так! - Мы родственники?

   Ага, счас, только у меня хвост после болезни отвалился! Я всё-таки отодвинула его от края и бросила. Оказалось, я вытащила на сей раз старика, его сморщенное лицо не удивляло, хоть и было изранено, но огромные глаза, цвета корицы - это было нечто! Он моргал и они слезились. Он тоже не мог отвести их от меня.

  - Ты маг?! - И столько удивления было в его тоне.

  - Ещё нет.- Ответила я.

   Вот, и поговорили. Честно говоря, мне разговаривать было некогда, нужно было ещё "трупы" искать. Я очередной раз облегчила его и за руку подтащила к мальчишке. Он нескрываемой радостью следил за моими действиями, а вот старик, когда заметил мальчишку, странно дёрнулся, потом сгрёб его в объятия. Славно как, они теперь сами себя развлекут.

   Через ещё два часа мои раскопки обнаружили ещё нескольких змеелюдов: два мужика и две женщины. Они все были в ужасном состоянии, окровавленные, с переломами. Лезть ещё вниз уже не хотелось, поэтому я сидела на краю, не решаясь и уйти, и продолжать. Что-то зашуршало рядом, я оглянулась, ко мне полз старик, стелясь по земле, помогая себе руками. Он лёг рядом на животе, заглядывая вниз.

  "Никого живого больше нет" - прозвучало у меня в голове. Я посмотрела на него. "Мы все должны тебе, ты спасла Нагаи".

   Я кивнула, ну так, я ж - мать Тереза... Ещё бы сообразить, что с остальными делать. Но я услышала крик. Обернувшись, я увидела бежавших ко мне с приличной скоростью Силду, Тийнего и Тимиозо.

   Добежав, она схватила меня в объятия, как раньше и Тийнего, ощупала, убедилась, что я целая и опять прижала к себе. А Тимиозо стоял рядом, напряженный, словно острый клинок, готовый к бою.

  - Силда, этих Нагаи я откопала во-он из той дыры. А старик сказал, что больше в живых никого не осталось.

  - Постой, девочка, так ты с ними говорила? - Удивлённо спросила меня эльфийка.

  - Они мысленно со мной общаются. Тимиозо, успокойся, они такие слабые, голодные и израненные. Их завалило камнями.

  Я услышала шаги и голос Тийнего:

  - Ох, спасибо Басту, жива, здорова. - Произнес он, тяжело дыша.

   А мне было так тепло, и уютно в объятиях Силды, что я млела. Да и сил, если честно уже не было. Тийнего же прижался с другой стороны ко мне. Так мы и стояли. А мне это напомнило мое детство, когда мы с родителями так обнимались, все вместе...

   Через пять минут решили провести совет: Силда, Тийнего, Тимиозо, старик-змеелюд и я, как переводчик, так как попытки эльфов пообщаться с дедом ни к чему не привели. Я так тихо молчала, не рассказывала, а сама думала про те гибкие нити крови, это из-за них я могу понимать Нагаи.

  - Мы - эльфы, живем здесь очень давно, но слышали только легенды гоблинов, что вы покинули эти земли давно. Почему вы вернулись? - Строго спросила Силда.

   Пришлось излагать

  - Мы жили на южных землях и ушли оттуда, оттеснённые расплодившимися людьми. Эти земли были хоть и холодны, но пустынны. Мы приспособились, научились добывать себе еду. Но через десять веков картина кардинально изменилась. Пришедшие гоблины, заняли, не спрашивая разрешения, те же территории. Они стали рыть шахты, жить рядом, а еды становилось всё меньше. Вместе с ними появились тролли и баньши. Первые любили развлекаться, ловить и мучить нагов. Наш народ сильно сократился, нам было опасно даже появляться на открытой местности. И мы погрузились в старые гоблинские шахты. А через год бывшие хозяева их и запечатали. Веками мы выживали, и вот настал момент, Нагаи осталось менее сорока. Нас было восемь, мы попытались выйти под видом похорон мальчика. Наш предводитель не разрешал даже подходить к выходам. Как видите, в живых осталось всего лишь шестеро. Прошу, помогите Нагаи, эти молодые люди - единственная возможность возрождения нашего народа!

   Эльфы и Тимиозо сидели молча, Силда думала. А я смотрела на Нагаи. Они под лучами Аравы замерли, чуть подавшись, словно ловили свет. Энергия, поняла я. А старик прислонился в скале и закрыл глаза. И у него медленно, едва заметно, стала расправляться кожа на лице. Если это не маг, тогда я не девочка!

   Возвращались мы странным образом, Силда положила змеелюдов на воздух (не спрашивайте, сама не знаю как), а Тийнего их двигал, шевеля пальцами, яко дирижёр. Единственно, мальчишка в меня вцепился как клещ, и Тимиозо пришлось нести нас в одной куче. А Кива, я так переделала его имя, прижавшись ко мне, зажмурился и затих. Через некоторое время я поняла, что он крепко спит. Вот оно, детство! Чтобы там не произошло, чуть пригрейся, успокойся, и в сон.

   Как я поняла, маги решили нагов не разделять, а взять в дом Силды, чтобы контролировать их и лечить. Старика, Ки, и ещё одного мужика собралась взять Силда. Она тревожно смотрела на наш клубок на руках Тимиозо. А я почему-то чувствовала себя спокойно. Малыш обнял меня, устроил свою голову на моём плече и обвил хвостом нас с Тимиозо. От мягкой поступи Тимиозо и я начала дремать.

   Наш торжественный вход в деревню я проспала, но около дома я проснулась.

  - Силда, а куда коров дели? И быка? - Пришла мне неожиданная мысль.

  - Вспомнила, - улыбнулась она. - Ближе к лесу уже построили коровник, а пасут их в редколесье, там и ручей есть. Гоблины за ними ухаживают, женщины и дети.

   Когда мы входили в дом, то прошли мимо нахмуренных гоблинов, которые стояли стеной, высыпав из своих подвалов. Перед ними стоял Гро.

  - Чуть позже, Гро. И собери старейшин, прошу. - Обернулась Силда к нему и прошла в дом.

   Всех нагов поместили в комнату Танве. А мальчишку пришлось отрывать от меня. Когда, наконец, я попала в комнату, меня там уже ждала Лау.