Химера (СИ) - Петров Денис - Страница 78

— Генрих Гиммлер, — произнес, наконец, Максим, не отводя взгляда в сторону.

— Был такой исторический персонаж, — Виктор позволил себе улыбнуться одними уголками губ. — И что с того?

— Когда ваша ученица рассказала мне про мир магии она упомянула, что Вторую Мировую войну начал "ночной". Она не назвала имени, сознавшись лишь, что это был не фюрер. Возможно, она находила подобную интеллектуальную игру забавной, а может быть просто считала, что мне нужна встряска, однако я позволил себе провести несколько параллелей и пришел к интересным выводам.

— Ольга говорила, что вы большой мастак делать сенсационные заявления. Неужели вы сейчас объявите меня воскресшим из мертвых нацистом? — Вик вскинул левую бровь, точь-в-точь, как это делала его воспитанница и Заславскому на мгновение показалось, что он разговаривает с Ольгой. Те же манеры, тот же насмешливый тон, та же сила… Эти двое действительно были похожи как отец и дочь. Даже больше, чем обычно бывают похожи кровные родственники. Их связь пугала и завораживала. Максим отогнал от себя наваждение.

— Рискну предположить, что вы играли на другой стороне. Кем он был? Вампиром или колдуном, как вы?

— Колдуном, — сухо прокомментировал Вик. — Сильнейшим за последние четыре столетия. Я был одним из тех, кто сверг этого мясника с его кровавого трона и уверяю тебя, ты не захочешь знать, что нам приходилось делать, чтобы его остановить, — похоже коготки у львенка оказались даже острее, чем он ожидал.

— Не сомневаюсь, — кивнул Максим. — В подвластных ему лагерях смерти третьего Рейха было убито и замучено несчетное множество людей отнесенных к низшей категории. Сила текла к нему рекой, нескончаемым бурным потоком, а он щедро делился ей с бесноватым фюрером, позволяя его войскам одерживать новые и новые победы. Остановить его должно было быть совсем не простой задачей.

— Вы имеете мне сказать что-то конкретное, или просто желаете обсудить свое отношение к истории? — поинтересовался Вик. Беседа выходила из-под контроля и он не взялся бы предположить, что этот человек скажет в следующую секунду.

— Меня заинтересовал другой проект фашистов, не получивший столь широкой известности, — создавалось впечатление, что он разговаривает сам с собой, не обращая никакого внимания на собеседника. — Не знаю точно, кто его курировал, но готов поспорить, что и тут не обошлось без нашего злого гения!

— Я вас внимательно слушаю, — подбодрил его колдун.

— Немцы пытались вывести идеально чистую арийскую расу. Они сводили вместе красивейший женщин Германии и ее сильнейших воинов. Желанный результат так и не получился, но… Что если отбор шел по другому признаку. Что если выбирали не идеально здоровых и красивых сыновей и дочерей империи, а колдунов и ведьм, способных подарить Рейху "ночных" от магии которых мир содрогнулся бы.

— Вы очень умны, молодой человек, — Вик улыбнулся, развалившись в своем кресле, как довольный кот, жмурящийся на солнышке. — Вот только вы допустили ту же ошибку в выводах, что и Гиммлер. Дети действительно превосходили по силе своих родителей, но не намного. Чтобы достичь желанного результате требовалось несколько поколений. Генрих строил свой тысячелетний Рейх и готов был ждать, а вот фюрер требовал быстрых результатов. Молодые колдуны не успели достаточно окрепнуть, к тому моменту, как ход войны был переломлен. Надеюсь, я удовлетворил ваше любопытство? В таком случае извольте объяснить, что же вы хотели сказать своими красочными аллегориями!

— Я не силен в истории магии, но кое-что знаю об истории криминалистики. В ней встречаются весьма интересные случаи. Если вы никуда не торопитесь, я позволю себе привести вам еще один пример!

— Прошу, продолжайте!

— В городе орудует маньяк, держащий всю округу в диком страхе. Он не просто убивает своих жертв, а пытает их. До неузнаваемости уродует тела. По следу монстра идет сыщик. Он мастер своего дела, но никак не может вычислить безумца. Для этого мало привычных методов, надо научиться думать как он. Сыщик одержим, он больше всего на свете жаждет остановить убийцу и в один прекрасный момент ему это удается. Он ловит маньяка и либо убивает его при задержании, либо предает справедливому суду, который отправляет монстра на казнь. Слугу закона объявляют героем. Его карьера идет в гору и каждый считает честью хотя бы просто пожать ему руку. Но проходит пара лет, и город вновь замирает от ужаса. Словно призрак прошлого в него приходит имитатор. На дело ставят того же детектива, но расследование буксует на месте. Начальство верит в него, но власти требуют результатов и они привлекают к расследованию других специалистов. Проходит какое-то время и сыщики приходят к выводу, от которого волосы встают дыбом. Воспетый герой города и есть тот самый имитатор. За то время пока он выслеживал маньяка он успел не только понять, как думает безумец, но и прочувствовать, что толкало его на преступления. Он сам начинает видеть прелесть в тех жестоких убийствах, которые раньше вызывали у него отвращение. Такие случаи не слишком часто встречаются и их никогда старались не афишировать. У народа всегда должны быть свои герои, — Максим помолчал. — Вы всем сердцем ненавидели Гиммлера, но не могли не заметить, что в его действиях был определенный смысл. Судьба Татьяны Баташовой яркое тому доказательство.

Он замолчал и посмотрел на своего собеседника, погрузившегося в невеселые думы.

— Да, — задумчиво протянул Вик. — Не вышло у нас дружбы.

Максим посмотрел на лежащую перед ним красную папку. Неделю назад он готов был на все, лишь бы заглянуть в нее. Новая зацепка была необходима ему, как глоток воздуха утопающему. Что же изменилось за это время?

— Где он? — Ольга, подобно фурии влетела в конференц-зал. Легкий румянец на щеках и выбившаяся из прически прядь волос должны были свидетельствовать о том, что чувства девушки в полном беспорядке.

Минувшей ночью начальник доставил ее домой практически без чувств, не раздевая, уложил в постель и ушел. В этой его заботе было что-то невероятно трогательное, но сама Баташова предпочла бы, чтобы спать ее уложили без одежды. Излишней стеснительностью девушка никогда не страдала, а ночь, проведенная в кольчуге, отзывалась ломотой во всем теле.

Утром ее разбудил телефонный звонок. Максим сообщил, что ему срочно нужно обсудить с ней ряд важных вопросов и попросил как можно скорее приехать в контору. Бесчувственный мужлан даже не удосужился справиться о самочувствии своей подчиненной, что, впрочем, было для него самым обычным делом. Ольга, конечно, совершенно не выспалась, но способность мыслить восстановила и поинтересовалась у Заславского насколько срочное дело и может ли она хоть немного привести себя в порядок. Он казалось даже обрадовался, что его напарница не рвется в бой и заключил, что пришлет за ней машину через час.

Ольга обвела собравшихся медленным взглядом. Петр Сергеевич и его команда остались в лаборатории, они вообще предпочитали держаться особняком и не лезть в политику конторы. Остальные на месте. Корольков, Анечка, Ефим Карлович. Не хватает только начальника и Федора, до сих пор остававшегося в больнице.

— Максим Сергеевич отправился на переговоры с Виктором! — слегка растягивая слова, произнес судмедэксперт. — Он попросил нас дождаться его возвращения.

— Я еду туда, — Баташова круто развернулась на каблуках, заставив дорогой паркет жалобно скрипнуть.

Голос старого еврея остановил ее уже в дверях:

— Задержитесь хоть на секунду, дорогая моя.

— Он убьет его! — Ольга не стала уточнять кто и кого, в этом не было необходимости. Даже самый сильный человек никогда не одолеет Высшего колдуна в честном бою, а сражаться честно на своей территории Вик ни за что не станет. Он благородный человек, но столетия жестокости превратили его в циника и прагматика. — Я не могу этого допустить!

— Наш дорогой начальник человек весьма юный и горячий, — мягкий голос Ефима Карловича густым медом затекал в уши, не давая возможности прервать его. Такого эффекта невозможно достичь при помощи одной лишь магии, с этим нужно родиться. — Но при этом он еще и очень умен и осторожен. Прекрасное сочетание качеств. Что же касается вашего беспокойства — Максим уехал сорок минут назад, так что сейчас либо уже пролилась кровь, либо мужчины так или иначе спустили пар и перешли к конструктивному диалогу. В первом случае вы уже не в силах что-либо изменить, во втором — ваши эмоции могут только спрыснуть маслом начавшие остывать угли. Присаживайтесь. Выпьем кофе.