Леди в странствиях - Тройнич Яна - Страница 45

Мою жизнь также разнообразил один новый приятель. Непонятно откуда взявшийся вороненок выбрал меня объектом своей странной дружбы. Внезапно появляясь, он без зазрения совести впивался когтями мне в плечо и болтался на нем некоторое время. А потом так же бесследно исчезал. Артисты посмеивались над этой необычной симпатией и отпускали по этому поводу множество шуток.

Сегодня я заметила, что ребята опять оживленно что-то обсуждают и куда-то собираются. Я подошла к Харану:

— Я с вами.

Он замялся:

— Не женское это дело, сеньора. Лучше останься.

Но я упрямо заявила, что мне надоело отсиживаться за чужими спинами и я все равно поеду. Оказалось, планировался налет на одну таверну. Там по вечерам играли в кости и в карты, заключались крупные сделки. Вот ребята и решили «пощипать» хозяина и его гостей.

Перед походом «на дело» мы собрались и обсудили все подробности. Каждому была отведена своя роль. Мне поручили караулить один из выходов.

Мы окружили здание. Часть наших вошла внутрь, а я стояла в темном переулке, следила, чтобы никто не выскочил наружу, и представляла, как сейчас парни с виртуозной ловкостью освобождают посетителей от «лишнего» имущества. И допредставлялась.

Мои руки прижали к телу, а в горло уперлось острие ножа.

Мысли заработали с лихорадочной скоростью: что делать? Выскользнуть из такого захвата я не смогу.

А поймавший меня мужчина тихо произнес:

— Не шуми. Сейчас аккуратно проведешь меня мимо ваших патрульных.

Я вздрогнула, услышав этот голос, и прошептала:

— Здравствуйте, сеньор Бэйр.

Этот сеньор был одним из тех, к кому я испытывала настоящее уважение. Я помнила, что он не присутствовал на моей казни, и искренне обрадовалась встрече.

Я почувствовала, как рука сеньора дрогнула. Он заколебался. В темноте разглядеть мои черты было достаточно трудно, поэтому я повторила:

— Осторожнее, сеньор Бэйр, Вы повредите мне горло.

И тут же нож исчез, а крепкие объятия разжались.

— Сеньора? Вы живы? Но как Вы оказались здесь?!! И в такой компании? — сеньор не верил своим глазам.

— Эта история слишком длинна, чтобы рассказывать ее сейчас.

— Хорошо. Но поклянитесь, что мы встретимся завтра и поговорим.

— Обещаю.

Вскоре мы покинули таверну, и никто не сделал попытки нас задержать. Я рассказала Харану, что встретила Бэйра, и что завтра у нас свидание.

Харан разозлился:

— Я никуда не отпущу тебя, сеньора. Хочешь попасть в ловушку?

— Бэйр не такой.

— Ты уже поверила одному из них. И что получилось?

Удар был ниже пояса, и пришлось промолчать. В чем-то Харан был, безусловно, прав. Спорить я с ним не стану, но увидеться с Бэйром мне все равно придется. Я должна узнать про Мэтта.

И на следующий день мы встретились и долго ехали рядом молча. Наконец, Бэйр произнес:

— Рассказывайте.

— Что ж, слушайте, сеньор — и я начала свое печальное повествование.

Бэйр вздохнул:

— Я считал Лайса лучшим другом, но после того, как он поступил с вами, сеньора, перестал подавать ему руку. Я думал, что лучше знаю его.

— Мне безразличен сеньор Лайс. И я не хочу о нем говорить. Но меня волнует судьба его пажа. Что с ним?

— В следующее воскресенье его казнят при всем народе.

— Казнят?!! И Лайс ему не поможет?

— Даже если и захочет, вряд ли сможет переубедить герцога. Но я думаю, он не станет и пытаться.

После того, как я узнала время и место казни, я не находила себе места. Мэтта казнят, и его смерть навсегда останется на моей совести. Ведь это именно меня он бросился спасать. Я должна быть там. Не представляла, что стану делать, но где-то в глубине души надеялась, что что-нибудь обязательно произойдет.

И вот уже я гнала коня по направлению к столице княжества. Прощаться с друзьями не стала. Была уверена, что Харан попытается отговорить меня, а может и запрет где-нибудь, чтобы не наделала глупостей. Оставила и собаку. Вряд ли я вывернусь из этой переделки живой. Пусть охраняет табуны, на просторах степей ей будет хорошо.

Я стояла в толпе на площади. Пробилась в первые ряды, и прямо передо мной находился помост, на котором состоится казнь юноши. Невдалеке возвели ложу для знати. В центре ее уже расположился герцог со своими лизоблюдами. Сидят, шутят, весело смеются. Такое чувство, что собрались не на казнь, а на веселое представление. Среди придворных я заметила и сеньора Лайса. Помост и ложу от толпы отделяли солдаты.

Показался Мэтт, окруженный конвоем. Боже, что они сделали с мальчишкой! Он еле держался на ногах и с трудом поднялся на эшафот. Здоровенный упитанный палач, стоявший рядом, поддерживал его. Я всмотрелась в опухшее черное лицо Мэтта, и любовь, нежность и жалость к этому юноше захлестнули меня. А со дна души начала подниматься черная волна ненависти к герцогу. Эта туша, кажется, была очень довольна всем происходящим. Я почувствовала, как кровь отлила от моей головы, и в ушах зазвенело.

Я рванулась вперед, так, чтобы Мэтт мог меня видеть, сдернула шапку с головы.

— Мэтт, милый, я с тобой.

Мне было все равно, что меня узнают. Если Мэтт сегодня умрет, то будет знать, что он ушел не один. Я рванула клинок из ножен. И тут же услышала крик:

— Ведьма! Взять ее живьем!

Нет, живой я не дамся. И снова мелькнуло воспоминание: два сцепившихся в схватке корабля. Яростные крики, лязг мечей. И сквозь шум битвы с палубы противника я ясно слышу: «девку брать живьем»! Я тогда тоже готовилась к смерти. А потом…

— Регина!!! — мой отчаянный крик перекрыл гомон толпы.

Вот кого я никак не могла вспомнить! Моя золотая красавица. Ослепительная и страшная в своей ярости.

Огромные крылья закрыли небо. Золотая чешуя пылала в лучах солнца.

Спустя несколько мгновений площадь была почти пуста. Толпа разбежалась. Те из стражников, кто соображал получше — тоже. А на месте трибуны со знатью осталось лишь выжженное пепелище.

Глава 18

Елка.

К Мэтту подбежал пожилой человек, обнял его и зарыдал. Я догадалась, что это — его отец. А больше ничего уже не видела. Я смотрела только на свою девочку. Она широко раскинула крылья, от которых исходило золотое сияние, длинный хвост, увенчанный острым шипом, слегка подрагивал. Регина склонила ко мне голову и обдала своим теплым дыханием. Да, прекраснее и лучше моей Регины нет никого на всем белом свете. Как же я могла забыть ее?!!

Я прижалась к лапе дракона и не сдержала слез радости:

— Милая моя, хорошая, какое счастье, что я нашла тебя!

Изумрудный глаз блеснул легкой насмешкой:

— А мне-то казалось, что это я тебя нашла, Елка.

Потом Регина вздохнула:

— Впрочем, какая разница. Главное — мы опять вместе. А сейчас нужно поскорее покинуть этот мир. Проход может закрыться.

— Я тоже не хочу здесь задерживаться, Регина.

Регина протянула лапу, помогая взобраться на привычное место.

— Куда?

— В замок Кэрола.

Огромная голова повернулась ко мне, а в голосе послышалось изумление:

— Ты не хочешь сначала увидеть своего сына?

— Хочу. Очень хочу. Но пока — не могу. Все расскажу тебе дома.

Не могу описать захлестнувшие меня чувства, когда Регина сделала первый взмах крыльями. Следующие несколько мгновений не сохранились в моем сознании. Пришла в себя я уже над островом Кэрола. Регина медленно опускалась на землю.

Я подумала, что сердце мое сейчас остановится. Но не от трудностей только что перенесенного полета. Ни с чем несравнимое счастье охватило меня: я дома!

Слуги бежали к нам со всех сторон, а я, не отрываясь, смотрела на двери замка. Мне казалось, что сейчас случится чудо: они распахнутся, и появится хозяин этих мест. Я даже тихонько позвала: «Кэрол».

Но он не вышел меня встречать…

Вдруг я почувствовала, как кто-то царапает мне плечо. Посмотрела: на рукаве болтался вороненок. Вот ведь настырный! Ему-то зачем понадобилось покидать свой мир?