Леди в странствиях - Тройнич Яна - Страница 55

Еще счастливее были их всадники.

— Леди! Леди Елка!

Со мной здоровались, обнимали, целовали, разглядывали так, будто видели впервые. Сейчас я была для них не человечкой, а воином и «своим парнем», как сказали бы у меня на родине.

— Ну, уж сегодня я от души напьюсь за победу и за Ваше здоровье, леди, — провозгласил князь Олтэр.

— Доставьте удовольствие, князь. Хоть раз погляжу на пьяного эльфа.

Эйнэр не принимал во всем этом участия. Краем глаза я заметила, что он стоял в стороне и с каким-то напряжением наблюдал за нами.

Наконец, страсти поутихли, восторженные поклонники моих воинских подвигов отпустили меня, и как-то сразу я оказалась наедине с Его Сиятельством. Только наши драконы остались рядом. Голова Регины лежала на плече Арвэйна.

Несколько секунд повелитель смотрел на меня, а затем сделал шаг в мою сторону. Я тоже шагнула ему навстречу. Сильные руки обхватили меня и прижали к груди мужчины. Я замерла в его объятиях, а он гладил мои волосы и шептал какие-то слова. Разобрать я их не могла, стук моего сердца заглушал все звуки. Но я чувствовала в них и любовь, и заботу, и нежность.

— Как я счастлив, Елка, что ты со мной, — говорил князь, — Знала бы ты, как мы с Клодом по тебе скучали. Сейчас его нет в Диаре: наш сын обучается в другом мире. Но время пройдет быстро, и мы опять будем вместе.

Я чуть не застонала: с Вами, князь, возможно. Но будет ли сын когда-нибудь со мной? Хорошо, если наша разлука продлится только несколько месяцев. А если это — навсегда?!!

Наверное, битва так подействовала на меня. Я расслабилась, забыв, что позволять повелителю прикасаться к себе нельзя: князь считает с меня все, как с открытой книги. А если поймет, что я могу превратиться в кого-то с хвостом…

Я резко отстранилась от князя и посмотрела на него. Кажется, только сейчас поняла, до чего же он все-таки красив. Широкие плечи и сильные руки. Настоящий воин! И самое главное — он отец моего ребенка, которого он любит больше жизни. Мне так захотелось почувствовать себя маленькой и беззащитной, уткнуться ему в рукав и остаться с ним хотя бы сегодня. Но вместо этого я сделала шаг назад.

— Извини, Эйнэр, я возвращаюсь.

Эйнэр вздрогнул, как будто получил пощечину. В глазах его появились боль и обида. Про себя я молила: Эйнэр, прости, я не могу остаться. Лучше мне поскорее покинуть ваш мир, пока не случилось непоправимое. А передо мной уже стоял совсем другой князь. Не влюбленный в меня мужчина, а гордый надменный повелитель. И слова, которыми он хлестал меня, разрывали мое сердце.

Князь упрекал меня во всех грехах, в том числе и в равнодушии к сыну. Я еще сумела грустно улыбнуться про себя: хорошо, что князь не слышал о Библии. А то бы, наверное, обвинил в нарушении всех заповедей.

Что же делать? Я даже защититься не могу. Если ничего не случится, то со временем он узнает правду и, может, тогда я «попаду под амнистию». А если все же мне предстоит превращение, то, наверное, сможет понять, что я не хотела навредить не только сыну, но и ему.

И тут меня резанули злые слова о том, что он найдет себе жену и без меня. Я сама спровоцировала его, но на сердце стало муторно. Кажется, должна бы радоваться, что князь принял такое решение, но получилось наоборот. Ничего «умнее», чем съязвить, я не придумала. Заявила, что брак, заключенный у священного камня, расторгнуть невозможно.

И стало совсем тоскливо, когда князь спокойно ответил:

— Я все могу, леди. Не забывайте: я — повелитель.

Вот в этом я нисколько не сомневалась и тоже постаралась, как можно спокойнее сказать:

— Пощайте, князь.

Но мне захотелось хоть в какой-то степени реабилитировать себя в глазах Эйнэра. Поэтому я не удержалась и добавила, что, может быть, когда-нибудь он скажет мне за этот поступок «спасибо».

Я шагнула к Регине и остановилась:

— Эйнер, — у Ирин с Джейдом скоро появится наследник.

Почему-то я была уверена, что у них будет именно сын. Князь одним прыжком преодолел расстояние между нами и схватил меня за руку:

— Даже представить трудно, как я счастлив и рад за Ирин!

В этом я нисколько не сомневалась. Эйнер снова притянул меня к себе, и в его голосе мне послышалась мольба:

— Останься, Елка. Не перечеркивай мою сегодняшнюю радость.

Я вырвала руку и бросилась прочь. Рыдания сдержать я сумела и подумала: больше всего я боюсь твою радость, Эйнэр, превратить в большое горе. Мне страшно даже представить последствия, если я стану…

Я поспешно крикнула:

— Летим, Регина.

Почему-то я опасалась, что не устою и соглашусь остаться. А делать это нельзя.

Регина рванулась вверх, а я взглянула на князя. Он стоял неподвижно и смотрел нам вслед. Не надо, Эйнэр, не изводи ни себя, ни меня. Я последний раз взглянула на все еще заметную далеко внизу фигуру повелителя: может быть, больше никогда его не увижу? И душу всколыхнуло воспоминание о нашем яростном танце. Плечом к плечу, глаза в глаза…

Глава 21

Елка.

Регина тяжело опустилась во двор замка лорда Джейда. Перелет был не из легких. По всем правилам, мы не должны были совершать его без отдыха. У меня болело все тело: раскалывалась голова, дрожали от напряжения руки и ноги. У Регины вид был тоже не важный.

Из замка показалась Ирин и, забыв о своем положении, бегом бросилась к нам, засыпав вопросами.

Я кратко поведала о том, что произошло в Диаре, и эльфийка забеспокоилась:

— Сейчас я приготовлю отвары для питья и обтирания. Да и Регину надо хорошенько осмотреть. Иногда в горячке боя драконы не замечают ран, а впоследствии они могут быть очень опасны.

Потом Ирин посмотрела на меня и тихо спросила:

— А мне Эйнэр ничего не передавал?

— Я сказала ему, что у тебя будет ребенок, и видела бы ты своего брата. Он был безумно счастлив.

У гордой и невозмутимой эльфийки на глазах показались слезы. А я не нашла ничего умнее, как добавить:

— Я только сейчас поняла, Ирин, какой хороший у тебя брат.

Утешения не получилось. Слезы у Ирин закапали еще сильнее. А я вдруг подумала, что Эйнэр может пожелать проведать свою сестру. И не знала, радоваться мне или огорчаться, если это произойдет.

Ночью во сне ко мне пришел Кэрол. Лорд был печален и обижался на меня за то, что я покинула его остров:

— Вернись, Елка. Ты там хозяйка.

Я попыталась объяснить, что мне не нужно ничего, кроме него, но он не принял моих возражений:

— Я буду ждать тебя, Елка.

И лорд-пират куда-то пропал.

Я проснулась и долго не могла уснуть. Ох, как бы мне хотелось увидеть тебя живым, Кэрол! Но почему-то я все яснее и яснее понимала, что этого никогда не произойдет. Под утро меня снова сморил сон, и остаток ночи я проспала крепко и спокойно.

Утром вышла во двор и увидела Ирин. Она отдавала какие-то распоряжения слугам. Ирин обрадовалась, заметив меня. Она и раньше относилась ко мне хорошо, а уж после сражения…

Я опять подумала, что Ирин всегда знает больше, чем говорит. И почему-то, глядя на эльфийку, я теперь все время вспоминала ее брата. Даже стала злиться за это на себя. Но потом сумела найти оправдание. Когда-то один знакомый говорил мне, что люди слабы и пытаются прятать свою слабость за отговорками, типа «один в поле не воин», «снявши голову, по волосам не плачут», «что посеешь, то и пожнешь». Вроде бы не сама придумала, но тебе подходит и оправдывает твой поступок. Вот и у меня «щелкнуло» в голове: «что имеем — не храним, потерявши — плачем». Все сходится! Я стала вспоминать князя от того, что окончательно потеряла. Следовало бы поскорее забыть эту страницу своей жизни, но это невозможно из-за Клода. В общем, оправдание себе я опять нашла. Да и в любом случае, с повелителем я больше не встречусь.