Почерк зверя - Вегашин Влад - Страница 29

— Учитель говорил, что не боятся только безумцы и дураки, — неуверенно возразил полуэльф.

— А я не говорю, что надо не бояться. Надо уметь контролировать свой страх и не позволять ему контролировать тебя.

— Я постараюсь, — тихо пообещал Талеанис.

На душе было гадко. Он как никогда явственно ощущал, какая же он мразь и предатель…

— Если понадобится помощь — приходи, — Арна поднялась на ноги, поднесла повязку к лицу. — Я всегда рядом…

— Спасибо…

Когда полуэльф ложился спать, он был уверен, что не сможет заснуть. Однако спустя пять минут его глаза закрылись, и он погрузился сперва в легкую дрему, а потом и в глубокий и спокойный сон без сновидений. И уже не видел, как осторожно поднялась с края его постели оставшаяся незамеченной Арна.

— Думаете, это сработает? — недоверчиво поинтересовался Змей.

— Да. Смотрите, пока он и его люди будут отвлечены, Гундольф и Талеанис, каждый во главе своего отряда, проникнут в замок через эти подземные ходы, — пальцы Арны проскользили по карте и остановились точно напротив двух тайных переходов, отмеченных неровным пунктиром. — Наша задача проста — убить Птицу. Скорее всего, заклятие, действующее на тех наемников, которых вы привезли с собой, после смерти заклинателя спадет. А там уже действуем по плану Гундольфа — я не сильна в тактике.

— Можно попробовать. Но в случае неудачи… мы теряем все.

— Я знаю. Но если мы не попробуем, мы теряем все в любом случае, просто чуть позже.

— Вход во второй подземный ход виден со стены, — недовольно пробурчал Эстис, указывая на крестик на карте. — Их подстрелят еще до того, как они спустятся вниз и тут же поднимут шум. Вы полагаете, я не думал о возможности атаки изнутри?

— Люди Птицы не так уж и дисциплинированы, кроме того, они привыкли, что здесь им ничего не угрожает. А завтра будет сильный ливень. Даже если стража на стенах и будет, то они не разглядят небольшой отряд за пеленой дождя, особенно, если ваши люди будут аккуратны.

— Допустим. Значит, мы с вами идем к Птице, господа Гундольф и Талеанис со своими отрядами проникают в замок через подземные ходы, а Орогрим?

— Я иду с вами, — тоном, не терпящим возражений, заявил орк.

Молодой граф пожал плечами.

— Тогда я иду собирать людей. Выступаем за час до заката, так?

— Именно.

— Эй, там! Открывайте! — заорал Орогрим во всю мощь легких.

На стене замка кто-то зашевелился, выглянул, стараясь не высунуться под обрушивающиеся с неба потоки воды.

— Кого еще Ярлиг принес? — раздалось сверху.

— Его сиятельство Эстис де Карнэ, графа Сайлери желает видеть лорда Птицу и говорить с ним о деле, не терпящем отлагательств! — проорал орк.

Арна поправила капюшон и улыбнулась, вспоминая, как Грим сегодня повторял эту фразу раз десять, прежде чем понял, как именно ее надо произносить, чтобы добиться нужного эффекта.

Надо заметить, его тренировки не пропали даром — на стене еще покопались, а потом мост со скрипом начал опускаться. Однако ворота остались запертыми.

— Что-то заподозрили? — тихо спросила Арна у замершего рядом Змея.

— Вряд ли. Просто разумная предосторожность. Сперва нас проверят за стеной замка, а потом уже впустят внутрь… или прирежут на месте, а тела сбросят в ров, — хищно улыбнулся граф.

— Вы, я смотрю, оптимистично настроены, — хмыкнула Танаа.

— О, да! Я полон оптимизма, как никогда!

— По-моему, вы полны исключительно сарказма.

— В моем случае он с успехом заменяет оптимизм, — уже совершенно серьезно отозвался Эстис, направляя коня к мосту.

Копыта гулко простучали по мокрым доскам, и Арна, Змей и Орогрим оказались на небольшом каменном пятачке между воротами и мостом. Заскрипели проржавевшие уже цепи, и мост за спинами гостей начал подниматься. Зеленокожий и граф спешились, Грим подхватил коня Танаа под уздцы.

Сверху сбросили веревку, по ней на пятачок по очереди соскользнули трое людей в темной одежде.

— Оружие, кроме мечей, есть? — спросил один из них на не очень правильном имперском.

— Секира, — простодушно ответил орк.

— Кинжал, — Эстис откинул полу плаща, демонстрируя висящий на поясе кинжал, пару к мечу.

— Давайте сюда!

Змей с неохотой отстегнул перевязь с оружием и протянул ее второму мужчине. Орогрим, рыча сквозь зубы, отдал секиру.

— Зачем пришли? — грубо спросил первый.

— Поговорить с лордом Птицей, — проговорила Арна из-под капюшона.

Лучше бы она этого не делала! Голос мгновенно выдал пол гостя. На лицах всех троих мгновенно появились похабные улыбочки, а рука ближайшего бандита — а иначе их было не назвать — потянулась к бедру девушки.

Змей среагировал мгновенно. Бросив извиняющийся взгляд на Танаа, он шагнул вперед, оказавшись между ней и мужчиной.

— Приятель, лучше убери руки, а то как бы тебе их не пообрубали, — дружелюбно улыбаясь, сказал он.

— Кто, ты, что ли? — бандит осклабился и потянулся за мечом.

— Нет, лорд Птица. Во-первых, за то, что держишь важных для него гостей на пороге, а во-вторых, за то, что тянешь свои грязные волосатые лапы к тому, что не твое!

— А чья эта киска? Я куплю!

— Это подарок для лорда Птицы, дубина! — рявкнул Эстис.

Орогрим сдавленно зарычал, но пальцы наклонившейся Арны мгновенно сжались на его запястье, останавливая руку орка на полпути к засапожному ножу.

— Так надо, — шепнула она еле слышно.

Громко выдохнув, Грим чуть расслабился — но Танаа прекрасно знала своего побратима и понимала, что если потребуется — зеленокожий превратится в машину для убийства раньше, чем кто-либо успеет моргнуть.

А бандит, слышав, к чьему будущему «имуществу» только что тянулся, заметно побледнел и отступил на шаг. Змей улыбнулся — бандит сделал еще шаг назад, и… полетел с пятачка в ров. Ветер донес дикий крик — и все стихло.

Орогрим шагнул к краю площадки, посмотрел вниз — острый взгляд орка различил, что вода во рву окрасилась алым.

Тем временем оставшиеся двое бандитов поднялись обратно по веревке, а через минуту со скрипом открылась одна створка ворот. За это время Грим успел сообщить Эстису и Арне, что дно рва утыкано острыми кольями, лишь на полфута скрытыми водой.

Их пропустили сперва в наружный двор, потом провели в залу с огромным камином, где гостей оставили на час. За это время они успели обсохнуть и тихо обсудить дальнейший план действий — уже с несколько иной ролью Арны.

Через час с небольшим дверь залы распахнулась и на пороге появился полуседой мужчина средних лет, в темно-синей ливрее с распахнутыми птичьими крыльями на плече.

— Лорд Птица согласен принять вас, господа, — торжественно, но в то же время странно-естественно проговорил он.

— Шениль, как же вы так… — еле слышно пробормотал Эстис. Но дворецкий дома Карнэ услышал.

— Вы поймете меня, юный господин, когда сами узрите Его величие, — тихо добавил он, обращаясь к Змею. — Следуйте за мной, господа!

Шениль вел их через помещения внешнего замка, через внутренний двор и сквозь анфиладу комнат — в главный зал, как пояснил на ходу граф. Арна, проходя мимо некоторых дверей, содрогалась — слишком сильны были мучения несчастных девушек, отданных на растерзание людям Птицы, и эманации боли и ужаса до сих пор витали в воздухе. На миг Танаа подумала, что она на месте Эстиса не стала бы здесь жить. Даже потом, когда последний из преданных Птице людей умрет и эти земли вновь вернутся под руку де Карнэ.

Наконец дворецкий остановился перед высокой дверью, возле которой замерли по стойке «смирно» четверо вооруженных людей. По знаку Шениля один из них отворил дверь, и дворецкий приглашающим жестом указал Змею на проход.

— Лорд Птица, к вам граф Эстис де Карнэ со спутниками! — объявил он, низко поклонившись сидящему в высоком кресле худощавому мужчине. Арна почти услышала, как заскрипели зубы Змея, — Птица сидел на месте его отца.

Лорд и правда смахивал на париасца цветом волос и чертами лица, но довольно светлая кожа явственно указывала на наличие предков-имперцев, а то и северян. Глубоко посаженные темно-карие, почти черные глаза быстро пробежали по лицам вошедших.