Почерк зверя - Вегашин Влад - Страница 42

А потом тени внезапно вырвались из камня под самыми столбами, удерживая в своих крепких путах двоих эльфов — юношу лет восьмидесяти, неуловимо похожего на Алиссару, и уже взрослого изможденного мужчину с очень длинными, до колен, волосами. Оба были без сознания.

Повинуясь движениям Идущего, тени приковали эльфов к столбам — юношу в центр, мужчину — слева от него. Справа лежала в желобе голова Янатари, а на следующем столбе дергался, безуспешно пытаясь освободиться, даргел. Свободным остался только крайний слева столб.

Подошедший по знаку Вилейана Рагдар опутал новых пленников цепями и отошел к площадке у входа в Храм, опустившись на колени рядом с Тайналаром.

Вега же что есть сил напрягал мышцы, пытаясь порвать цепи и вырваться из стального захвата теней. Внезапно он краем глаза заметил какое-то движение за спиной Идущего в Тенях…

Киммерион материализовался в нескольких футах от главного врага. Мгновенно выхватил оружие, бросился вперед…

Сталь его клинка зазвенела о меч Вилейана. Идущий шагнул к вампиру, с силой нажимая на меч — и Ким с изумлением и ужасом осознал, что противник не только не уступает ему по силе, но и даже превосходит!

— Наглый мальчишка! — прошипел темноволосый эльф. — Как ты посмел мешать мне!

И он резко толкнул скрипача в плечо свободной рукой. Тот попытался отступить на шаг, но внезапно понял, что опоры под ногами больше нет, и начал падать…

— Нет! — страшно закричал Вега, рванувшись так, что цепи едва выдержали.

Ким судорожно пытался перейти в состояние тумана, но энергии оставалось уже не так много и времени совсем не было…

Острые колья пронзили эльфа насквозь. Захрипев, Киммерион дернулся, изо рта хлынула кровь — силы покидали его с пугающей быстротой. Вздрогнув всем телом, он затих.

Даргел, обезумев от ярости, гнева и боли, бился в путах. Еще один разумный, доверившийся ему, погиб! Еще одну жизнь он не уберег! Опять, снова смерть, и снова — по его вине! Почему, почему все, за кого он отвечал, умирали?

Почему они умирают, едва оказываются возле меня?!?

— Рагдар, друг мой, — тем временем обратился Вилейан к варвару. — Мне больно просить тебя об этом, но нашему Повелителю нужна твоя кровь.

— Моя кровь — и так его, — северянин быстро поднялся, прошел по узкой дорожке, даже не посмотрев на тело Киммериона, распятое на кольях, приблизился к свободному столбу и, сбросив рубашку, занял место жертвы, прижав руки к навершию.

Вилейан покачал головой, по его щеке скатилась одинокая слеза.

— Ты можешь опустить руки. Я же верю в тебя, и Повелитель — тоже.

— Благодарю вас! — в голосе оборотня звучала неподдельная радость.

Вега бессильно повис на столбе. Все, кого он любил в этом мире, все, кто был ему дорог, мертвы… или сейчас станут мертвы. И он — тоже. Что толку от помощи незнакомца, так уверенно заявлявшего, что сам даргел выживет? Внезапно жуткая мысль пронзила все его сознание. А вдруг и правда — выживет? Единственный из всех, останется в живых? Следователь вскинул голову, и тихо завыл…

В следующее мгновение его накрыло беспамятство.

Глава XII

ПОСЛЕДНИЙ БОЙ

Глухо заскрипев, отворилась дверь камеры. На пороге тут же возникли трое стражников с арбалетами, направленными на узников. Из-за их спин вышел бывший дворецкий графа де Карнэ.

— Господин Эстис, извольте проследовать со мной, — чуть поклонившись, проговорил он. Змей, взвившийся на ноги еще когда дверь только начала открываться, с подозрением покосился на бывшего слугу его отца.

— Зачем?

— С вами желают поговорить. Прошу вас, не вынуждайте меня применять силу, — мягко добавил Шениль. — Несмотря на все ваши заблуждения, вы все еще остаетесь мне глубоко симпатичны, и я бы не хотел, чтобы лорду Птице пришлось бы отдавать более… жестокие приказы.

Граф бросил быстрый взгляд на Арну. Танаа почти незаметно пожала плечами — она не могла прочувствовать намерения дворецкого, как и все в этом замке, он был защищен от ее проникновения в сознание.

— Ладно, — наконец согласился Змей. — Идем.

— Я рад, что вы по-прежнему бываете благоразумны, молодой господин, — Шениль улыбнулся и вышел из камеры. Эстис последовал за ним, отметив, что его по-прежнему держат под прицелом арбалетов.

Когда за стражниками закрылась дверь, Орогрим обеспокоенно обернулся к Арне.

— Как думаешь, куда его повели?

— Не знаю, — обескураженно ответила та. Ничего подобного ее план не предусматривал. — Надеюсь, ему не причинят особого вреда…

— Хотел бы я в это верить!

Потянулись минуты тягостного ожидания. И чем больше проходило времени с того момента, как увели Змея, тем больше Арна волновалась — Птица должен был послать за ней уже довольно давно!

Наконец снаружи вновь раздался лязг открывающихся запоров и замков. Уже привычно оказавшись под прицелом, Танаа и орк увидели входящего в камеру Неркиса, невысокого плотного человечка, кажется, одного из помощников самозваного лорда.

— Милорд желает видеть вас обоих, — мерзко улыбаясь, сказал он. — Но сперва он хотел бы, чтобы вы привели себя в порядок.

— Каким образом? — Арна красноречивым жестом обвела маленькое, сырое, грязное помещение.

— Вас проводят в комнату, где вы сможете помыться и переодеться. Следуйте за мной.

Несколько минут их вели по мрачным коридорам подземелья — подвал в замке Сайлери был обширным, а Птица, похоже, его расширил и приспособил для содержания узников, понастроив небольшие камеры везде, где только можно. В результате просторное некогда подземелье теперь было пронизано десятками маленьких коридорчиков и переходиков, где-то Орогриму приходилось складываться чуть ли не вдвое, чтобы протиснуться под низкими сводами.

Наконец подвал закончился. Узников вывели наверх по довольно широкой лестнице, где три человека могли идти в один ряд, провели по опоясывающему замок по внешней стороне коридору и оставили в небольшой комнате без окон, заперев за ними дверь.

Комната была разделена на две части высокой номиканской ширмой, в каждой половине стояла большая ванна, полная горячей воды, и несколько ведер. Наклонный пол помещения обеспечивал сток. В одной половине на стене висело простое платье парнасского покроя, с юбкой чуть ниже колен и кушаком, во второй — орочьих размеров штаны и рубашка. Обуви узникам не предложили, но Арну это и не волновало — она была рада возможности хотя бы просто помыться теплой водой и расчесать волосы.

Когда через полчаса дверь без предупреждения открылась, Танаа как раз откладывала в сторону расческу. Неркис похотливо оглядел девушку — тонкая ткань платья совершенно не скрывала фигуру, скорее подчеркивая все ее достоинства, и велел следовать за ним, объявив, что лорд их уже заждался.

Однако в небольшой зале, куда их проводили стражники, Птицы не обнаружилось. За спинами Грима и Арны закрылась дверь, тяжело бухнул засов с обратной стороны.

Зала была довольно богато обставлена, в самом центре ее стоял большой стол, к которому с одной стороны было приставлено высокое кресло, с другой — удобный диванчик, на котором с удобством могли расположиться три человека. Или одна девушка, и орк. Сам стол был заставлен блюдами с яствами, источающими пряный аромат — Птица явно предпочитал парнасскую кухню — и бутылками разнообразных вин.

Танаа нервно вслушалась в окружающее пространство. Вроде бы все шло именно так, как она рассчитывала — но в то же время она совершенно не ощущала уверенности. Да и Эстис, по ее замыслу, должен был быть с ними…

— Рад приветствовать вас, дорогие гости, — проговорил Птица, заходя в залу с другого ее конца, через небольшую дверь, скрытую драпировкой. — Прошу вас, присаживайтесь, — радушно улыбаясь, проговорил он.

Арна ни на секунду не поверила в это радушие и показную доброжелательность. Она прекрасно чувствовала похоть лорда, чувствовала, как он пожирает ее глазами, как уже представляет ее обнаженной и связанной в его спальне… или даже здесь, прямо на толстом ковре, устилающем каменный пол, на глазах у ее друзей…