День середины лета (СИ) - Степанова Анна - Страница 48

Пока глухая пустота и саднящее раздражение не остались там, где миг тому была полнота и смысл, пока сердце ее не дернулось, протестуя - но все же вернулось на свое место в груди, забилось тепло и ровно, давая вновь возможность дышать...

- Вот и юная жрица, о которой я говорил тебе, Таргел! - совсем не заметив бесконечного, растянутого напряжения, беззаботно разорвал тишину Илан.

Тяжелый взгляд оторвался от Илл'ы, а голос прозвучал надломлено и хрипло.

- Что ж, привести ЕЕ СЮДА - все же худшее, что мог ты придумать...

- Почему? - по-детски изумился юноша, мягко оттесняя жрицу себе за спину. - Неловко, конечно... Такая берлога... - в его тоне теперь ясно слышалась фальшь. - Хотя, с другой стороны, ты как-то непривычно бледен... Хороший лекарь тут как раз ко времени...

Но в ответ на его болтовню глаза мужчины полыхнули вдруг бешенством.

А Илл'е захотелось кричать.

Оцепенение, что держало ее, разлетелось вдребезги. Мысли заметались между болью и паникой.

И она еще верила, что готова к чему угодно?..

Какое самодовольство! Какая глупость!..

Ей отчаянно нужно было время - хотя бы пару минут, чтоб обо всем подумать... Она решит, она со всем разберется...

Как только вернет себе здравость рассудка.

Укрываясь за этой спасительной мыслью, Илл'а сделала бесшумный шажок назад. Между ней и гневным божеством возвышалась сейчас спина лорда Илана - а позади была распахнутая дверь.

Стертый порог и всего пять шагов до крыльца.

Дюжина шагов через двор. Приоткрытые воротца. Три узких улочки - справа, слева и прямо...

Илл'а так ясно представила себе весь этот путь, что не заметила, как ноги понесли ее сами.

Никто не останавливал девушку. Взгляды двух парней, лениво подпиравших ворота, казались совершенно равнодушными.

Им не положено разглядывать гостей - со всей отчетливостью поняла вдруг Илл'а. Да и кому какая-то жрица может быть интересна? Ее не ждали здесь - и, что бы там ни обещал Илан, похоже, только что отказали в помощи.

Впрочем, девушку теперь это мало заботило. Она и так получила больше, чем надеялась. На два вопроса сегодня нашлись ответы. Ночной гость - вовсе не происки дьяволов или плод Илл'ыных фантазий, но мужчина из плоти и крови. Однако, как и стоило ожидать, видеть ее он совершенно не рад...

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ. ПУТИ И ПЕРЕКРЕСТКИ. ДИКОВИННЫЕ ИЛЛ'ЫНЫ ЗНАКОМСТВА.

По звукам за спиной Илан понял, что жрица сбежала. Что ж, он не мог ее винить: Гильдмастер в гневе - зрелище не для всякого... Но подспудно все же грызла досада: он так надеялся хоть что-то разузнать!..

Возможно, Огнезор еще надумает дать объяснение? Лорд-наследник вскинул взор на наставника - и на миг пожалел, что не может уподобиться Илл'е.

Напряженно и тихо было до сих пор в их комнатушке.

Напряжен и молчалив был Ледяной Дьявол...

И смотрел он - неподвижно, неотрывно - Илану за спину, на дверь, за которой скрылась их гостья...

Смотрел так, словно самого Первого Бога увидел...

- Огнезор, у тебя кровь... - робко нарушил Илан давящую на нервы тишину.

Гильдмастер разжал стиснутый в напряжении кулак, скользнул взглядом, безразлично и невидяще, по темно-красной струйке, змеящейся из-под острой кромки перстня... И вдруг словно отмер - рука с силой врезалась в стену, оставляя на деревянных панелях вмятину и размазанный кровавый след.

Гневный вопль вырвался из горла:

- ДА КЕМ ОНА СЕБЯ ВОЗОМНИЛА, СУМАСШЕДШАЯ ДРЯНЬ?! ПРОКЛЯТОЙ СВЕТЛОЙ БОГИНЕЙ?!..

- Это ты о ком сейчас? - осторожно уточнил Илан, на всякий случай попятившись к двери.

Никогда прежде не видел он наставника в такой ярости, и вряд ли хотел бы увидеть снова! Не понаслышке знал юноша о безумии одаренных, вдоволь успел уж насмотреться этого. Одна только Паучиха-Мила с ее бесхитростной, почти наивной жестокостью, какая бывает лишь у детей, любящих отрывать насекомым лапки, чего стоила! А еще и Славу с ее ужасной, неуемной гордыней и бесконтрольными вспышками гнева можно вспомнить... И Злату, болезненно подозрительную, не верящую никому и ничему... И Сребноглава, алчного до восхвалений, способного убить из-за насмешки... И помешанного на протоколе Мечеслова... Весь цвет Гильдии, каждый одаренный, которого Илан знал, был так или иначе ненормален!

Но Огнезор... Огнезор, на его памяти, всегда держал себя в руках! Непреклонный и расчетливый... Истинный Ледяной Дьявол!

И вот теперь... Теперь и он тоже враз с ума сошел!..

Или просто... выпустил свое безумие наружу?

- Кто себя богиней возомнил?.. - говорить старался Илан спокойно и мягко, будто с опасным зверем.

- О, НАША МИЛА, КОНЕЧНО! - в ответ лишь вспыхнул Огнезор еще большей яростью. - ЭТА ДЬЯВОЛОВА НЕДОЖРИЦА! ОНА РЕШИЛА, ЧТО ЕЙ ВСЕ ПОЗВОЛЕНО?

- Кто знает, кто знает... - вжался спиною в дверь юноша. - С Паучихой ты своей потом разберешься, хоть я и не понял пока, за что... Но... Илл'а-то здесь при чем? Зачем пугать было ни в чем не повинную девушку?..

Он сомневался уже, что сможет наставника успокоить, и говорил, что на язык придет, оттягивая время. Но гнев Огнезора вдруг иссяк как-то разом, словно разбившись о путаницу из слов.

- Как ты сказал? "Илл'а"? - переспросил Гильдмастер отчего-то совсем растерянно. - Илл'а... Вот даже как... - и он медленно осел прямо на пол, не понимая, похоже, куда девать отчаянно трясущиеся руки. - На древнеахарском "илл'а" значит "последний снег между весной и летом"... - проговорил едва-едва слышно. - Она даже назвала ее Снежинкой...

Тяжелое молчание опять накрыло комнату. Предположения, догадки, порою совсем дикие, кружили в голове у Илана. Но он держал язык за зубами, боясь разбить хрупкую корочку спокойствия своего наставника.

Видно было, как отчаянно тот пытается взять себя в руки. И юноша не смел ему мешать.

- Знаешь, а я ведь думал, Мила больше не сможет удивить меня... - наконец, заговорил Огнезор, почти отстраненно, с легкой насмешкой и горечью. - После всех ее криков в Совете... Мол, они все поклоняться мне должны, с алтарем, молебнами и прочей храмовой дребеденью... - Он фыркнул, нервно, зло, и вдруг расхохотался, не сдержавшись, безумно и пугающе, захлебываясь своим страшным смехом. - Но ЭТО, Илу, даже для нее... ЭТО... Что мне делать, дьяволы возьми?! Что мне со всем этим делать?!..

- Я не знаю, Огнезор, - выдавил Илан с невольной жалостью. - Но... мы с тобой здесь - а девушка ведь там одна... напугана и расстроена, после всей этой истории... За нами с тобой ведь всегда следуют проблемы... И за ней теперь, выходит, тоже...

- Поэтому я и говорил, что нельзя было приводить ее к нам! - опять взорвался мужчина.

- Прости, - искренне покаялся Илан. - Я как-то не подумал...

- Моя жизнь словно идет по кругу... - безнадежно выдохнул Огнезор, спрятав лицо во все еще трясущихся ладонях. - Очень надеюсь, что нынешняя... истерика... не будет стоить ей жизни...

Он резко встал, уже пугающе спокойный. Холодный и собранный "ледяной дьявол". Такой, каким привык его видеть Илан.

- Жди здесь и не смей высовываться! - приказал не терпящим возражений тоном.

- А ты куда? - с надеждой вскинулся юноша.

- За ней, куда же еще...

***

Сказать это было проще, чем сделать. Беглецу столь легко затеряться в Краме! Особенно же, если гончая еще не решила, хочет ли вообще свою жертву настигнуть...

- Жрица?.. - коротко спросил Гильдмастер у своих караульных.

- Туда убежала, - указал один из ребят направо. - Прикажешь догнать?

- Я сам...

Шел он поначалу неуверенно, будто во сне, - да и казалось все, сейчас творящееся, сном... Но на первом же перекрестье заставил Огнезор себя встряхнуться, сбросить цепенящую одурь и, наконец, как следует все обдумать.