Великий магистр (СИ) - Грушковская Елена - Страница 38

Перед отбытием я приняла Вику в Орден. Было не до торжественных церемоний, и всё прошло по сильно урезанному сценарию: в присутствии десятерых свидетелей Вика, встав на колени, поцеловала меч Великого Магистра, получила коготь и имя Мелисса Люций.

— Извини, пышных церемоний устраивать нет времени, — сказала я, обнимая её. — Поздравляю тебя, Мелисса Люций, отныне ты наша сестра.

Вика растерянно улыбнулась.

— Клятва в верности, — шепнул ей Оскар.

— До последнего вздоха и последнего удара сердца, — скороговоркой выпалила Вика.

— Ну вот и прекрасно, — сказала я.

Свидетели поднесли ей чашу крови, и она выпила её, а в остатки я макнула кропило и обрызгала её раскрытые крылья.

7.4. Поиски входа

Страна, на территории которой в древности процветала цивилизация инков.

Последний инкский правитель Тупак Амару был убит испанцами в 1572 году, и это был конец империи.

Законы их были столь строги, что некоторые преступления, такие как убийство, воровство и коррупция, отсутствовали почти полностью.

В их городах искусно сделанный водопровод не уступал римскому, но в нём не было использовано вредного для здоровья свинца.

Завоёвывая соседние племена, они сначала трижды предлагали им добровольно присоединиться к империи, а уж только потом предпринимали военные действия.

Вдоль дорог общей протяжённостью 10–15 тысяч километров у них было 5–7 тысяч почтовых станций, что помогало им узнавать новости очень быстро. Если современные дороги приходят в негодность в течение нескольких лет, то их дороги — даже при бессчётных землетрясениях, пережитых этим краем — служили веками.

Но после испанского завоевания от их построек нам остались лишь руины.

А вот кто возвёл так называемые мегалитические постройки — сооружения из гигантских каменных блоков, подогнанных друг к другу с точностью до долей миллиметра без трещин и зазоров, а также без использования строительного раствора? Блоки неправильной геометрической формы идеально входят друг в друга, как куски паззла, да ещё и имеют следы машинной обработки. Но какие машины могли быть у инков? Ведь и из современных-то машин далеко не всякая способна ворочать глыбы такого веса, а уж вырезать и обрабатывать их с такой безупречной гладкостью поверхностей… можно ли было сделать это известными инкам простыми инструментами? Та же история — с пирамидами в Египте и Центральной Америке, но сейчас речь не о них, а о Горной Цитадели.

Вывод напрашивается сам: здесь существовали цивилизации до инков, причём, судя по этим постройкам, уровень их технического развития мог быть равным нынешнему, а мог даже и превосходить его. Инки только ремонтировали и использовали эти мощные постройки для своих нужд: на следах ремонта хорошо видна разница между той, древней технологией и более примитивной технологией инков.

Но все эти цивилизации погибли.

Я уже говорила, что подсказки мне давала Леледа. Она разговаривала со мной не в привычном понимании этого процесса; иногда я слышала и слова, но большей частью её «словами», обращёнными ко мне, были мои ощущения, иногда смутные, иногда чёткие, а также кажущиеся внезапными озарения. Сами ли они возникали, или мне кто-то их «подбрасывал»? Однажды вступив в контакт с Леледой, я уже не могла спутать её присутствие ни с каким другим явлением, даже с моей собственной способностью проникать в «сердце теней». Наше с ней взаимодействие походило на плетение сетки: она тянула верёвочки, а я связывала их в узлы. Странно, но я ощущала себя пауком, улавливающим колебания нитей паутины, только паутина эта была не натянута между веточками кустов, а охватывала весь мир. Начинала вибрировать какая-то нить — я шла по ней, полуосознанно, полуинтуитивно, и тайное становилось явным.

Образ Горной Цитадели проступил в сплетении этих нитей, озарённый ледяным блеском тысячелетних снегов. Зачем мы должны были туда проникнуть? Чтобы что-то найти… или узнать. То, что было там скрыто на протяжение стольких лет, могло дать ключ к разрешению создавшейся ситуации, а что именно — я пока не знала, но надеялась разобраться на месте, когда мы отыщем Цитадель и войдём в неё. Я возглавила экспедицию, в состав которой вошли два историка Ордена и их ассистенты, технический персонал, а также бойцы для охраны — всего восемнадцать членов команды. Технику мы взяли с собой серьёзную и тяжёлую, поэтому для её доставки пришлось использовать вертолёты.

Разумеется, ни одни встретившиеся нам руины древних инкских крепостей не могли быть Цитаделью: это было нечто принципиально иное. Так подсказывало мне моё подстёгиваемое Леледой чутьё, и я, следуя ему, повела отряд к самым вершинам Анд, ослепительно сверкавших снегами. Хоть у нас и были крылья, предохранявшие нас от падения и дававшие нам большую свободу передвижения, но чтобы ползать по склонам гор в поисках входа в Цитадель, всё же было нужно альпинистское снаряжение, и мы были экипированы надлежащим образом.

Искать следовало гору, по форме напоминавшую пирамиду: эта картинка, вспыхнув передо мной в видении, чётко стояла перед глазами. Я была уверена, что узнаю эту гору, если увижу. Мы пролетали над снежными вершинами, окутанными облачной дымкой, похожей на клочки ваты, над сверкающими на солнце ледниками; над нами раскинулась холодная синева неба, а внизу сверкали поразительно яркой лазурью горные озёра и бурлили потоки. Сочная зелень долин сменялась мертвенной белизной снегов, петляли по склонам горные тропы и остатки древних дорог; пролетели мы и над каменистой пустыней Наска, изрезанной разломами и хаотично исчерченной огромными прямыми линиями и знаменитыми изображениями фигур животных. Сквозь серую пыльную завесу проступали их древние очертания, как обращение людей к богам. Нет, хоть мы и пролетали над землёй, но не были богами и не могли послать на неё дождь…

И вот… Сердце ёкнуло: она, пирамидальная гора. Она величественно стояла как бы немного особняком, в стороне от цепи, сверкая роскошной ледяной шапкой, и нити невидимой сетки задрожали, отдаваясь звоном в моей душе. Она, это она, я её узнала!

— Здесь! — крикнула я, сворачивая к горе.

Гора приближалась, и холод волнения охватывал меня всё сильнее. Теперь нужно отыскать вход в Цитадель, он должен был находиться где-то под коркой снега и льда. Пока я ничего определённого не чувствовала — видимо, нужно было сесть на склон. Ближе… Ещё ближе. Лёд заскрипел под шипами горных ботинок.

Какая эта гора была всё-таки колоссальная! Мы казались просто букашками на её могучей груди.

— Осторожно, — предупредила я остальных, также начавших неуклюже приземляться на заснеженный склон. — Сход лавины мы ещё устроим, но не прямо сейчас.

И как я должна искать этот вход? Хоть бы какой-то знак, маленькая зацепка… Я прислушивалась к себе — не подскажет ли чего-нибудь Леледа? Гладя ладонями хрусткий чистый снег, я отпустила на волю все чувства.

Бах! Яркая вспышка. Картинка: крылатые существа, работая ручными электрическими станками для обработки камня, резали горную породу, как масло. Вырезали, выпиливали, выдалбливали, высверливали, дробили и вынимали целые куски камня, продвигаясь вглубь горы. Они вырезали тоннели и целые залы, камеры, переходы. Где?.. Где?.. Мои руки искали, нащупывали нить, по которой мне шла эта картинка… шарили в пространстве. Сетка натянулась, зазвенела. Да, это снова подключилась Леледа. Подскажи… Подскажи мне!

И она подсказала. Я нащупала нить.

Она вела на восточный склон пирамидальной горы. Я оттолкнулась и взлетела.

Как только я увидела восточный склон, всё сразу встало на свои места. Оно самое! Это было здесь. Ещё никогда я не проникала в сердце теней на такую нереальную, головокружительную временнУю глубину — она измерялась тысячами лет. Я проваливалась вглубь веков, как в бездонный колодец, и время говорило со мной, шелестело в ушах и скользило перед глазами, осязаемое и живое.