Серебряный дракон - Скачков Владимир - Страница 34

— Почему так?

— Посмотрись в зеркало, мне словами не выразить, и так уже слюни текут.

— Что-то я не вижу зеркала.

— Оно за шкафом.

Я взглянула на Арса с недоумением и решила поискать.

Обошла шкаф и действительно обнаружила зеркало, оно пряталось среди хлама. Придирчиво осмотрела отражение со всех сторон. Что-то в этом есть: четыре слоя тончайшего шелка, свисая до пола, не прикрывали ничего, с таким же успехом можно носить воздух. Вокруг бедер узкая полоска белой материи изображала юбку, вокруг груди еще более тонкий кусок ткани, на котором блестит серебряная награда — крест-нож. Невесомый плащ до пола. Туфельки на очень высоком каблуке заставляют выгибать спину, заодно увеличивая мой, не очень-то и высокий, рост, и ноги кажутся длиннее. Распущенные волосы, струясь по плащу, сверкали в неярком свете чердака.

— Неплохо, — отметила я вслух. — По мне, так эти полоски совсем ни к чему, лишние. А?

— Скажешь тоже! Пошли-ка отсюда, не ровен час, потеряю я голову.

— ?

Не ответив на невысказанный вопрос, он взял меня за руку и повлек вниз.

Посетителей не было, слишком рано. Мы устроились у стойки бара, Морк материализовался невесть откуда и с очаровательной улыбкой темного эльфа поинтересовался:

— Чего с утра налить?

— Пива, — Арс вопросительно посмотрел на меня, естественно, я согласилась.

Бармен налил нам в большие кружки и пододвинул тарелку соленых сухариков. Потягивая густой напиток, мы болтали с эльфом до прибытия коляски, украшенной пестрыми лентами колокольчиками. Арс положил на стойку серебряную монетку, чем сильно удивил Морка. Бармен пытался что-то сказать, но мы быстро вышли из заведения и укатили.

— Знаешь ювелирную лавку Сенка, полугнома? — перекрывая шум звенящих колокольчиков и стук колес, крикнул Арс вознице.

— Кто ее в Эоле не знает, — отозвался тот, не поворачивая головы.

— Притормози там, — попросил мой подопечный.

В ответ извозчик закивал головой и хлыстом подогнал лошадь.

— Зачем тебе ювелир? — спросила я.

— Подожди минутку и все увидишь, — таинственным голосом сказал мой жених, заинтриговав меня еще больше.

Коляска остановилась у входа в лавку, Арс выпрыгнул и скрылся за дверью. Ждать пришлось гораздо больше одной минуты, раз этак в десять. Наконец он вышел, забрался в коляску и крикнул кучеру:

— Поехали!

Коляска тут же затарахтела колесами по мостовой, и зазвенели колокольчики-бубенчики. Усмехнувшись чему-то, Арс протянул мне маленькую коробочку, умещающуюся на ладони.

— Открой, — попросил он.

Я откинула крышку. Внутри лежали два обручальных кольца. Сплетенные из тонких проволочек, как косички, — два прутика были белые, один золотой. На мой вопросительный взгляд Арс ответил, смеясь:

— Сенк жутко ругался, никак не мог из твоей чешуйки отковать прутик. Без золота, говорит, не получалось.

— Ну да! — Я в полной мере понимала проблемы, возникшие у Сенка. — Это же мифарг, не серебро, он крепче стали.

— Что за мифарг такой?

— Другое название: истинное серебро. Вернее, это серебро и есть, только в ином, аморфном состоянии, без кристаллической решетки. Большее число нейтронов и...

— Чего ругаешься не по-нашему? — Арс остановил мои объяснения.

— О! — Я осознала свою ошибку, тут ведь никто не знает о разных видах одних и тех же материалов. — Извини.

— Ничего, прощаю, — усмехнулся он.

— Значит, это из моей чешуи?

— Конечно. И пришлось ювелиру заплатить втройне. — Арс сиял от удовольствия. — Всю ночь бедный трудился.

Странное дело, но на душе у меня стало светло и радостно. Поэтому, когда подъезжали к главному храму Единой церкви, я улыбалась. По словам Арса, мои глаза сверкали, «как изумруды на солнце»!

Коляска остановилась у широкой гранитной лестницы, ведущей через лес мраморных колонн, опоясывающих тремя рядами куполообразное здание. Нас уже ждали. Друзья и храмовые служащие стояли на площадке перед лестницей.

Арс вышел первый. Я и сообразить ничего не успела, как он подхватил меня на руки и, ступая мягкими, кошачьими шагами, понес. И не запыхался даже, опустил меня только перед входом, а прошел двести пятьдесят ступенек, я их сосчитала чисто автоматически, не задумываясь зачем. Появился церковный служитель в желтых одеждах и, окинув нас равнодушным взглядом серых глаз, вяло спросил:

— Кто будет поручителем?

— Фиофа? — спросил Арс маленькую девушку.

В ответ она радостно заулыбалась и подошла.

Мне, кажется, говорили, что поручителей должно быть двое и обязательно разного пола. Значит, нужен еще один, и я посмотрела на Эрика. Он не отказал, встал рядом со мной.

— Вот сейчас полный порядок, — громко произнес служитель и, повернувшись, бросил нам через плечо: — Прошу следовать за мной.

За служителем через так называемую дверь — проем шесть на шесть метров — мы вступили под высокий купол храма.

Как из-под земли высыпала целая стая детишек: мальчиков в голубых костюмчиках и девочек в коротеньких розовых платьицах. Они стали бросать перед нами и на нас горсти лепестков, зачерпывая маленькие розовые клочки цветков полными горстями из широких лотков. Искусственный дождь не прекращался.

Арс легонько толкнул меня локтем и одними губами прошептал:

— Император.

— Где? — также одними губами спросила я.

— Слева.

Я скосила глаза и увидела Этара Первого, стоявшего при полном параде, в короне, окруженного многочисленной свитой, в которой было больше телохранителей, чем лизоблюдов. Он смотрел на нас широко раскрытыми глазами, а если точнее, он смотрел на меня. Корону Эола я увидела впервые, надо вам сообщить — это что-то! Скрученные в замысловатый узор платиновые полоски, украшенные бриллиантами, взмывали на целых полметра над головой императора. Как он все это сооружение на голове выдерживает? Самодержец улыбался, пожирая меня взглядом, так голодный созерцает кусок долгожданной говядины.

Наконец мы приблизились к алтарю, где стоял Верховный Жрец. Стоило нам остановиться, как грянул оглушительный хор, казалось, тысячи голосов слились в едином пении.

Дети как появились, так и исчезли в неизвестном направлении. Взамен образовался большой круг девушек с горящими свечами в руках. Они шли кругом по часовой стрелке, торжественно и величаво ступая в такт мелодии. Эти нежные создания посвятили свою жизнь богине. Белые балахоны свободно спадали с плеч девушек, полностью скрывая их фигуры.

Длилось это минут пять. Хор внезапно стих, оборвавшись на высокой ноте, все замерли, и в создавшейся тишине голос Жреца прозвучал отчетливо и громко:

— Во имя триединой богини, всепрощающей Аму, властью мне данной на земле грешной, требую правдивых ответов...

Стоит ли приводить всю речь? Думаю, нет. Говорил он не останавливаясь, поминал всяких святых и мелких богов, к концу получасовой речи задал единственный вопрос:

— Согласны ли вы по доброй воле соединить свои судьбы и жизни в единое целое?

— Да, — произнес Арс.

— Да, — как эхо отозвалась я.

— Объявляю вас отныне и до конца дней ваших мужем и женой. Благословляю именем пресветлой богини Аму совместный путь Аресиномуса и Джокер Примовых. Обменяйтесь связующими кольцами.

Церковный служитель, тот, кто встречал нас, протянул блюдо с лежавшими на нем кольцами. И когда Арс успел передать их? Мы надели кольца друг другу, и Верховный Жрец провозгласил:

— Да будет так!

Сразу за этими словами грянул хор, придавив меня звуковой волной, хорошо, что продолжалось пение недолго, а то мне уже надоело тут торчать.

Все пришло в движение, и посыпались поздравления со всех сторон. Первым, как и положено, подошел император Эола, за ним Верховный Жрец, ради такого дела покинувший подиум или как там то место называется, а потом все остальные. К концу этого безобразия у меня горели щеки от поцелуев и руки отваливались от горячих пожатий. По-моему, у Арса возникли те же самые проблемы. Ноги затекли от долгого стояния на месте, голова соображать абсолютно перестала. Толком не запомнила, как оказалась на улице. Арс уже нес меня на руках под радостные вопли сопровождающих.