Кот баюн и чудь белоглазая (СИ) - Ладейщиков Александр - Страница 40

— Чуешь? Скилур, которого Кот поломал, сказал мне, что его сын был светленьким. И по возрасту подходит.

— Надо его повязать, доставить ко двору.

— Ишь, развоевался! И так парню досталось на полную катушку! Может, он и не ведает, где тот Кот! Бросил его оборотень в лесу, а парнишка взял, да и вышел на заимку!

— Оставим его здесь? — засомневался Аминта.

— Может, он совсем не помнит никакого Кота, — продолжал говорить сам с собою воевода. — Но, ведь это тяжкое дело на мне висит! Князь грозился всех памов Великой Чуди собрать! Спрос-то с меня будет! Давай-ка, с первыми петухами, до зари, встанем, да парня разбудим. И тихо, без шуму и пыли, побежим до светлого князя Чурилы.

— Дело говоришь, пусть князь решает.

— Если парень покажет перед князем, где тот Кот, с купцами отправим его домой.

— А если нет?

— Кот — зверь колдовской. Может и память человеческую забрать. Не скажет ничего парень — значит, ничего и не будем делать, ведь по части волшебства мы распоряжаться не можем, — сказал, как обрубил Чудес.

Аминта хотел уже, было спросить, как это — ничего, но прикусил язык, прилёг на лавку и задремал.

Кот Баюн протиснулся за печь, некоторое время там было тихо, потом послышался шум — шипение и ругательства, наконец, в горницу вышел господин Коттин. Лицом он был бледен, по лбу текли капли пота. Мишне стало жалко древнего странника, она подала ему рушник. Коттин принял полотенце, утёрся, бросил его на лежанку ведьмы. Походил по комнате, присел за стол, — все уже сидели по лавкам, лица были скудно освещены огоньком лучины. Коттин задумался, перебирая в воздухе руками, словно играя на призрачных гуслях, вздохнул и начал байку.

Славный царь ариев, благородный Брама, правил своим народом справедливо и строго. Голова его из золотой стала седой, глаза из синих выцвели в стальные. Люди осели на земле, постепенно привыкли к местной природе и новому звёздному небу. Время шло неторопливо, жизнь катилась по извечной замкнутой колее — женщины рожали детей и занимались хозяйством, мужчины охотились и разводили скот.

Аркаим строился и наполнялся детским криком, голосами пастухов и охотников, смехом женщин. Под присмотром учёных старейшин во главе с Жаром возводились дома из глины, согласно тайной астрологии строилась защитная стена, копались колодцы. Улицы шли от центрального майдана на все стороны света, вычисленные ведьмой по звёздному небу — Сварге — со всей тщательностью. Славуня часто смотрела на небо, указывая народу знаки богов, к ней приходили советоваться по поводу свадеб и рождения детей. Она часто уединялась и разговаривала с мудрым Жаром, умевшим читать знаки на клинке, подаренном светлым богом Индрой. Случилось это так:

В давние времена, когда Славуня только что родилась на белый Свет, была найдена странная пещера. Произошло это на священном острове Хайрате, на последнем кусочке затонувшей Арктиды. На острове, омываемом тёплыми течениями, на суровой потерянной Родине. В зелёных долинах Хайрата с ветхих времён жили арии, народ, привыкший к полярной ночи и сияющим снегам. За сотни веков глаза ариев стали голубыми, словно дневное небо, волосы белыми. Море одаривало людей рыбой и тюленями, на суше паслись огромные стада оленей, яков, туров. Возле высокой дымящейся горы с раздвоенной вершиной жили мохнатые слоны — мамонты. Зимней полугодовалой ночью в селение приходили белые медведи — охотиться на собак, сопровождающих человека.

Как-то Жар, молодой кузнец, взяв с собой юного парнишку Коттина, пошёл на гору, вечно курящуюся белым дымом — поискать самородное олово и медный пирит. Высоко забрались путники, и вдруг парень увидел чёрную нору, которой здесь раньше не было. Валуны, поросшие серым лишайником, надёжно заслоняли отверстие от взглядов снизу, из долины. Осторожный Жар приблизился к пещере, заглянул внутрь. Сначала ему показалось, что внутри горит костёр, но отсветы были ровными, серебристыми. Взяв заробевшего паренька за руку и достав из ножен бронзовый нож, кузнец вошёл внутрь. Посреди пещеры, на каменном столе, лежали таинственные предметы. Дальняя стена пещеры призрачно сияла — Жар понял, что там волшебная завеса, а вовсе не каменный тупик. Путники подошли к столу и стали внимательно рассматривать чудесные орудия. Слева отливал серебром двояковыпуклый диск. Посредине лежал клинок из светлого металла, по его лезвию бежали странные чёрные знаки, похожие на жуков. Справа темнела трубка, с одного края сияющая драгоценными камнями, с другого края тонкая, золотистая. Коттин присел, заглянул внутрь, но его взгляд сквозь трубу не проник — внутри была тьма. Жар оглянулся, вокруг стояла тишина, и только гора иногда вздрагивала и тяжко вздыхала. Кузнеца обуяло любопытство, он протянул руку, чтобы взять клинок — такой тонкой работы мужчина никогда не видел, он даже представить себе не мог, что на свете существуют такие вещи. Только его рука коснулась блестящего металла, как раздался голос, от которого у людей подогнулись колени и они рухнули на камни:

— Я бог небес, ваш покровитель!

— Кто ты, могучий? — спросил Жар дрожащим голосом.

— Я всемогущий Индра, ваш небесный отец.

— Что это за чудесные вещи? — Жар поднял глаза, но за сияющей завесой никого не было.

— Это подарки моему народу. Скоро вы уйдёте с этого острова навсегда. С помощью этого оружия Земля будет заселёна и людской род не прервётся.

— Можем ли мы забрать твои подарки сейчас? И в чём их суть?

— Чакра уничтожает тёмных существ. Сталь разрубает бронзовый клинок. Стрела Индры поражает, как молния, на расстоянии. Возьмёте подарки себе, когда будете готовы уйти. Пока же храните их в этой пещере.

— Почему мы должны уйти?

Но бог ничего не ответил — свечение завесы погасло, на её месте возникла каменная стена пещеры. Жар поднялся, взял за руку потрясённого Коттина, они пошли вниз, в селение — рассказать о грозном боге и его подарках.

Со временем Коттин стал стражем Пещеры, поначалу вместе с кузнецом, а по достижению возраста мужчины — поселился там один. Гору стали считать священной, дали ей имя — Хараити. Никто не прикасался к подаркам бога Папая, так прозвали арии Индру, Коттин же охранял волшебные предметы. Старейшины искали знаки, говорящие о необходимости покинуть Хайрат, но жизнь текла без потрясений, пока…

— Да, так и было! — прервала древнего странника Славуня. — Я видела своими глазами, как дрожала гора и огненная лава текла из вершины. Небеса были фиолетовыми, Солнце готовилось уйти на полгода спать. Мамонты трубили, подняв хоботы к небу, волки выли, сбившись в стаи. Им подвывали собаки, вспомнив древнюю кровную связь. Тогда Брама, вождь народа, велел строить плоскодонные лодки. Все понимали, что остров зальёт огнём, что пора бежать. На таких лодках можно было ходить по морю и скользить по зимним льдам, используя упряжку собак. Именно тогда Жар впервые прикоснулся к подаркам бога. Взяв в руки клинок, он неожиданно понял, что за колдовство наведено на его стальную поверхность. Со временем кузнец стал мудрецом, научившимся читать знаки богов, бежавшие по клинку.

— Да, всё так. Причём, оружием, которое было под моей охраной, я сегодня чуть не получил по голове, — заметил Коттин. — Значит, ты сохранила клинок Папая, небесного отца?

— Да, сохранила. Тот, первоначальный клинок. В древности боги часто вмешивались в жизнь людей, народы Мидгарда с их помощью делали копии чудесного оружия. Рам унёс стрелу Индры на юг. Я слышала, что было сделано множество таких стрел.

— Да, в Великой Битве царей стрелы Индры были использованы почти все. Последние хранятся в Гималайских убежищах, — скромно подтвердил бывший Кот.

— Кром с чакрой ушёл на запад. Ты же, Коттин пропал раньше. Когда-то мелькали слухи о таинственных дисках, убивающих чудовищ Нижнего мира. Один такой диск случайно не сохранился?

— В данный момент у меня в заплечном мешке ничего нет, — ответил Кот, честно и преданно глядя в карие глаза молодой ведьмы. Та внимательно всмотрелась, кивнула — Коттин не врал.