Второй (СИ) - Дзюба Татьяна Петровна "Ята Петри" - Страница 96

Дежурство в Клинике –два ночных и одно дневное, удачно вписались в спланированные вторым мероприятия. Так что можно было, не оглядываясь на начальство, и не ожидая получить очередную затрещину за нерациональное использование времени, вплотную заняться тем что запланировали.

Уже не раз за всю совместную деятельность со Вторым я ловил себя на мысли что живу какой-то двойной жизнью. Причем первая половина была понятна и проста, но иногда невероятно скучна и обычна

– если можно говорить так имея ввиду поиск прилипал.

А вот вторая половина начиналась в тот момент когда вся рутина заканчивалась и появлялось свободное время. Которое можно было потратить конечно на сон и отдых, но душа настойчиво требовала адреналина и приключений.

И все наши со Вторым поиски и расследования были четко из второй половины.

К племяннику Елены Геннадиевны съездили с самого утра. Второй на кануне созвонился с ним и договорился о личной встрече. Нас пригласили в гости практически без особых уговоров.

Утром Второй неожиданно, отгладив рубашку и костюм, сменив привычные джинсы и толстовку, превратился в пять минут из амбала и разбойника с большой дороги, во вполне респектабельного молодого мужчину, которой мог быть собирателем древностей и окаменелостей. Все-таки восторжествовала старая истина – 'для каждого дела костюмчик особый'.

Глядя скептически в мою сторону, Второй почесал затылок и тоже предложил мне поискать в привезенном из бункера гардеробе что ни будь по приличнее. Я скорчил недовольную морду, но легенда обязывала. В общем утро напоминало не стандартные сборы перед очередной служебной разработкой, а подготовку к визиту на прием кВИП персоне.

В рубашке, надетой на бронник, и черном шерстяном пиджаке я выглядел намного основательнее и внушительнее чем обычно. Из зеркала на меня смотрел лохматый мордоворот ничем не уступающий Второму в ширине плеч. И все равно, я, ну, никак не походил на коллекционера. Актер умер во мне, так и не родившись.

Второй, со смехом активно принимающий участие в моем перевоплощением, наконец плюнул и перестал меня мучить.

– Ладно, – сказал он. – не всем дано играть Гамлета. Коллекционер древностей– явно не твоя роль. Ты больше на проверенного водопроводчика похож.

Я б ему точно по шее съездил, если бы он не увернулся. Надо таки потренировать реакцию. Племянник госпожи Задорожной, кстати – тоже Задорожный, только Игорь Викентьевич, проживал в

современном девятиэтажном доме улучшенной планировки. Судя по номеру квартиры и планировке

подъезда – то на третьем этаже.

Поднялись по лестнице пешком. Второй лифтом пользоваться категорически отказывался – то ли скрывая свою клаустрофобию, то ли специально чтоб меня лишний раз понагружать.

Дверь в квартиру с красивыми вычерненным номером 23 выглядела массивной, дорогой и добротной. Глядя на эту дверь у людей, пришедших в гости, должно было сразу формироваться четкое представление о хозяине квартиры, как о человеке надежном, практичном и основательном.

Второй стряхнув с плеча серого в мелкую полоску пиджака невидимую соринку, подмигнув мне таким же серым глазом, достаточно уверенно стукнул в бронированную дверь. У меня, глядя на него, возникло стойкое чувство 'дежавю'. Сколько уже раз так именно и было? Стук в дверь и начало новой истории…

Но именно в этот раз на стукни кто реагировать не собирался. Второй, еще более уверенно, загрохотал костяшками пальцев по металлу. В квартире была та же тишина.

Второй непонимающе передернул плечами. Достал мобильник, набрал номер племянника. Трубку не брали.

Я, стоя возле самой двери, услышал еле различимую мелодию, доносящуюся из квартиры.

– Второй, а ну-к, набери еще раз. Судя по звукам, телефон в помещении играет.

Второй нажал повторный вызов. И, действительно, из квартиры отчетливо прозвучала мелодия очень напоминающая стандартный рингтон NOKIA.

Ну, сейчас точно дежавю намечалось.

– Будем дверь вскрывать?– с любопытством спросил я у Второго. Он развел руками.

– Н-да, от кармы наверное не уйдешь…Дверь– конкретная, повозиться придется. А в подъезде наверное видеонаблюдение– судя по элитности дома. Как бы стражи закона не приняли. Рисканем или уйдем по тихому?

У меня глаза в предчувствии приключения уже загорелись. Адреналин брызнул в кровь.

– Рисканем – сказал я и увидел, как точно так же заинтересованный в продолжении истории,Второй ухмыляется в ответ.

Возился с дверью Второй действительно дольше обычного. Я стоял на стреме. Если бы мне кто-то еще пол года назад сказал, что я буду делать столько противоправных действий сразу, никогда не поверил.

В прошлой своей жизни я отличался как-то чрезмерной правильностью. А тут…

После долгих минут ожидания дверь наконец-то сказала 'крак' и Второй жестом позвал меня за собой.

Он достал из кобуры беретту, приложил палец к губам и сказал ' Тсссссс'. Я и так старался почти не дышать.

В квартире было светло. В смысле– горел свет в коридоре и кухне. В 9.00 утра?

Кошкой проскользнув в ближайшую комнату, Второй через секунду выглянул из-за двери и, уже не соблюдая тишину, сказал:

– По моем, мы опоздали…

Я сунул нос в помещение. Да…Картина маслом– как говорили в одном очень хорошем фильме.

На полу в домашнем халате и тапочках лежал пожилой мужчина. В том что мужчина мертв – не было никаких сомнений– с такой размозженной головой – не живут, да и судя по еле шевелящемуся черному кокону– энергии у него практически не осталось. Даже спорам еле хватало для жизни.

– Кокон видишь?– спросил у меня Второй– показывая на темный клубок.

Я удивился. Второй принципе видеть его не должен был– кокон слишком слабый– даже не фонил особо.

– А ты почему его видишь? – спросил я у Второго.

– Не знаю. Я думал в момент распада он видимый становится…

– Ага– только тут до распада очень далеко. Споры даже не созревшие, ни одного зародыша, и странные какие-то…Плотные и мелкие. Не как пух, а как порох.

– Что то я смотрю, чем дальше в лес, тем больше дров. Ладно. Давай осмотрим квартиру, в любом случае бригаду вызывать придется. Пусть с властями официальные представители Клиники разбираются. Думать о том, что будет если нас над трупом бравые милиционеры застукают– не охота. Я то – ладно, не в первый раз, посижу чуток – выпустят, а вот тебе в отделение ну никак нельзя. Особенно в обезьянник непонятно с кем.