Искушение герцога - Хоукинз Александра - Страница 3

— Не вижу причин, по которым вам надо и дальше мокнуть под дождем. Входите в переднюю, ваша светлость.

Значит, дворецкий его узнал. Что ж, повезло, и Хантер этому порадовался.

— Ну, вот и славно! Стало быть, вам известно, кто я такой.

— В прошлый раз вы так огорчились, что трудно было вас не запомнить.

С опозданием Хантер вспомнил о замученном и вымокшем коне и недовольно скривил губы.

— Надо позаботиться и о моем коне.

Дворецкий выглянул во двор и брови у него поползли на лоб.

— Так вы не в карете приехали?

— Только сумасшедший, — усмехнулся Хантер, — рискнет в такую погодку скакать верхом, верно?

Кучер ему так и сказал, не выбирая выражений.

— Или влюбленный, — заметил на это дворецкий. Он закрывал дверь и поэтому не видел промелькнувшего на лице собеседника искреннего изумления. — Впрочем, я полагаю, что ни одна из этих болезней вас не поразила.

— Почему вы так думаете?

— Все очень просто, осмелюсь сказать. Моя должность требует умения мгновенно оценивать человека, — пояснил дворецкий, проходя мимо гостя, чтобы пристроить фонарь на узком столике. — Не больно-то хорошо охранял бы я свою госпожу, ежели бы открывал дверь всякому, кто ни прискачет по нашей проселочной дороге, так ведь? Побудьте здесь, — продолжал он, с удивительным проворством освобождая Хантера от плаща и принимая его шляпу. — Вы здорово испачкали пол, а по мне лучше вытереть одну большую лужу, чем десяток маленьких. Я принесу вам плед и велю кому-нибудь из мальчишек присмотреть за вашей лошадкой. Потом подумаем, как вас высушить, и, если будет на то ваша воля, разыщем что-нибудь, чтобы согреть изнутри.

— Погодите! — остановил его Хантер. — Прежде чем нести плед, быть может, вы уведомите свою госпожу о моем приезде?

— В том нет нужды, ваша светлость.

Хантер не сомневался, что сам находится в здравом рассудке, но вот насчет дворецкого уверен в этом не был.

— Отчего же? Она что, прячется где-нибудь в темноте, под потолком?

Дворецкий ответил не сразу, глядя на гостя проницательными глазами.

— Моя госпожа — не дух бесплотный, ваша светлость. По углам она не прячется, и не ищите.

— Ну так где же она? — спросил Хантер, вовсе не расположенный выслушивать, как слуга защищает свою хозяйку. — Отвечайте прямо, ибо я слишком замерз и вымок, чтобы сохранять учтивость!

— Не могу сказать вам точно, ваша светлость, — неуверенно ответил дворецкий. — Госпожа уехала из Фретуэлл-холла больше двух недель тому назад.

Хантер потер лицо руками и заметил, что пальцы дрожат. В этом ему хотелось бы видеть следствие сырости, пронимавшей до костей, но к чему обманывать себя?

Он просто был в лютой ярости.

Эта женщина желает извести его. Этакий путь он проделал даром. Портер однажды говорил, что эта чертовка почти никогда не выезжает за пределы своего прихода. Хантеру понадобилось девятнадцать лет, чтобы постучать в ее дверь. А все, что требовалось от женщины, — сидеть дома и ждать, пока он официально не сделает ей предложение.

— Где она? — требовательно спросил Хантер.

В душе дворецкого шла борьба между верностью госпоже и инстинктом самосохранения.

— Ваша светлость...

Хантер подошел к нему вплотную.

— Н-на с-севере, — проблеял слуга, опасаясь, что Хантер вытрясет из него ответ, схватив за горло. — Я слышал, что она поехала на север — навестить заболевшую подругу.

— Здесь ее нет, разумеется, — проговорил Хантер, обращаясь скорее к самому себе, чем к слуге. — Именно здесь, где она как раз и должна быть.

— Отчего должна, осмелюсь спросить?

— Оттого, что я здесь! — вскричал Хантер и с досады ударил себя кулаком в грудь. — Как последний дурак. — Замерзший, промокший, голодный. — А ваша госпожа тем временем наслаждается теплом очага и обществом доброй подруги. Должен честно сказать... как вас зовут-то?

— Коппер, сэр, — тут же услужливо подсказал дворецкий.

— Так вот, Коппер, я не могу не отметить, что госпожа ваша явно показывает тяжелый характер. Для жены это очень серьезный недостаток.

Вероятно, несправедливо было так сурово судить отсутствующую леди, но Хантер в таком настроении не мог быть объективным.

— Вы совершенно правы, — откашлявшись, заявил дворецкий. — Хотя может быть и так, что вы заблуждаетесь относительно намерений госпожи.

— Думаю, что ничуть не заблуждаюсь.

А ведь сколько раз Портер выговаривал Хантеру за то, что он так и не собрался поехать вместе с ним во Фретуэлл-холл — поверенный бывал там каждый год. Вообще-то ни поверенный, ни невеста толком не знали, насколько он занят. Теперь можно не сомневаться, что его отсутствие породило мятежные настроения у леди Грейс, а Портер умыл руки. У старика хватило нахальства сказать Хантеру, что тот сам должен исправить свои ошибки.

Вот так и вышло, что он оказался здесь в такую ненастную ночь.

— Коппер, — начал он, прищурившись, — вы знаете, что ваша госпожа совершенно не обращает внимания на мои письма?

Он послал ей три письма, последнее — после того, как в прошлом месяце здесь побывал Портер. Леди, однако, не ответила ни на одно.

— На моем месте не годится строить догадки, ваша светлость, — ответил дворецкий, поспешно отводя взгляд.

— Вашу госпожу раздражают мои поступки, — проговорил Хантер, уже догадываясь, что хотел сказать дворецкий. — Портер мне об этом неоднократно говорил.

— Умоляю вас, ваша светлость! — воззвал к нему слуга. — Я служу молодой хозяйке с тех пор, как она была совсем ребенком. Так что мне не хотелось бы, чтобы она стала косо на меня поглядывать.

А не пытается ли леди Грейс избрать для себя другую судьбу?

Эта мысль его привлекала. Он не раз об этом задумывался после нескольких рюмок. Быть может, между ними больше сходства, чем ему казалось? Верность дворецкого своей госпоже могла бы рассердить Хантера, но он лишь склонил голову набок и рассмеялся.

— Не думаю, что найдется джентльмен, который вызывает у госпожи больший гнев, чем я.

Это заявление вообще-то должно было развеселить старого слугу. Но тот лишь сильнее нахмурился.

— Если подумать, я, возможно, смогу назвать вам еще парочку имен.

Да, девятнадцать лет ожидания — это многовато для невесты. Хантер ни перед кем ни за что не извинялся, но отлично сознавал, сколь много у него недостатков.

Он дружески похлопал дворецкого по спине.

— Хотите, побьемся об заклад, дружище?

Глава вторая

13 марта 1825 г., Фретуэлл-холл

— Так я и знала, что скворцы ничего доброго не сулят!

Грейс оторвалась от книги и повернулась к разволновавшейся экономке.

— Какие скворцы? — спросила она.

Розмари выхватила из рук госпожи книгу и положила на столик.

— Он хочет повидаться с вами немедленно. Просто позор, что нет времени вас переодеть. Это платье давно пора выбросить, но пока что сойдет и оно.

Встревожившись, Грейс встала с кресла и остановила экономку, вознамерившуюся быстренько прибрать в библиотеке.

— Не спешите. Так какие же скворцы?

Служанка закрыла глаза и тихонько пробормотала молитву. Потом открыла глаза и взглянула на хозяйку так обеспокоенно, что у Грейс засосало под ложечкой.

— Мертвые. Целых пятьдесят штук. Они свалились с неба и попадали на лужайку перед домом, будто черные камни. А крылышки и головки у них были так страшно свернуты!

— Боже праведный! — Грейс прижала пальцы к губам. — Когда это случилось? Мне никто ничего не сказал.

— Это я так решила, — призналась Розмари. — Не хотела вас пугать. Но это дурное знамение, уж не сомневайтесь. Вот и доказательство — приезд его светлости.

У Грейс слова застряли в горле. Онздесь! Закончилось наконец ожидание.

— Не могу поверить! Вы хотите сказать, что приехал герцог Хантсли?

Она с тревогой оглядела свое простенькое платье. Розмари права: оно совсем не годилось для первого свидания с джентльменом, который по договору должен стать ее мужем.