Низвержение - Гордон Родерик - Страница 15

У Уилла перехватило дыхание, и он невольно попятился. Он всего на мгновение увидел фиолетовый свет, но ему показалось, что колючий сгусток энергии снова забрался к нему в череп.

— Нет! — простонал парень. На него нахлынули тяжёлые воспоминания о сеансах Тёмного света, которые ему устраивали, когда они с Честером сидели в Темнице.

Придя в себя, Уилл встретил взгляд Дрейка.

— На тебя тоже подействовало? — спросил ренегат.

Услышав, как парень выдавил «да», Данфорт замурлыкал какую-то песенку.

— Чудесно, чудесно! Получилось гораздо мощнее стигийского, — довольным тоном произнёс он.

Прикрывая рукой глаза от светящихся клапанов на шлеме, Дрейк обратился к профессору: — Значит, ты говоришь, этот аппарат полностью снимает воздействие Тёмного света?

— Теоретически, да, — ответил Данфорт и выключил шлем. — Вспомогательные сенсоры считывают нормализованный альфа-ритм мозга подопытного, — сказал он, бросив взгляд на экранчик с зелёной волной. — Затем я запускаю обратную связь, чтобы стереть результаты внешней коррекции, то есть любые дополнительные установки, заданные стигийцами.

— И ты уверен, что он работает? — уточнил Дрейк. — Без побочных эффектов? Никакой потери памяти, никакого ущерба умственным способностям?

Профессор раздражённо вздохнул:

— Да, согласно моим расчётам, именно так. Я хоть раз в жизни ошибался?

— Думаю, есть только один способ проверить, — вдруг заявил Дрейк. Он скинул куртку на пол и уселся на кресло. — Давай.

Ребята ошеломлённо уставились на него.

— Дрейк, ты уверен, что… — начал было Честер.

Дрейк его перебил:

— А как ещё нам убедиться, что аппарат работает? Не можем же мы испытать его на кролике!

— А можно сначала попробовать на Бартлби, — предложил Уилл. — Его ведь тоже протемнили.

Данфорту некогда было выслушивать возражения. Он вытянул руку со шлемом в сторону Честера, потому что не хотел, чтобы тот подходил к нему слишком близко, и кивнул на Дрейка.

— Надень на него. И смотри, чтобы сенсоры были хорошо зафиксированы на висках, иначе показания будут неточные, — распорядился профессор.

— Ладно, — неохотно согласился Честер. Он опустил шлем на бритую голову ренегата, а Данфорт что-то подрегулировал на своих приборах.

— Помоги-ка! — велел профессор Уиллу. — Пристегни его к креслу, да получше.

Озадаченно взглянув на Честера, Уилл выполнил распоряжение и закрепил руки и ноги Дрейка ремешками, торчавшими из кресла.

В течение недолгой паузы, пока Данфорт заканчивал настройку приборов, УИЛЛ опять поразился сходству профессора с покойным доктором Берроузом: его, похоже, ни на йоту не беспокоило то, что в кресле живой человек, который может пострадать, если эксперимент пойдёт не так, как задумано. Более того, ведь Данфорт знал Дрейка, когда тот был ещё совсем мальчишкой, и, несомненно, сыграл очень важную роль в его жизни. Решение Дрейка специализироваться на оптоэлектронике наверняка объяснялось влиянием профессора. И тем не менее в данный момент Данфорта интересовало только, заработает ли его изобретение. Отец Уилла точно так же готов был пожертвовать чем и кем угодно ради своего стремления к знаниям и открытиям.

— Все системы готовы, — объявил Данфорт и щёлкнул переключателем. Несколько секунд ничего не происходило. Дрейк в кресле был неподвижен. Понять выражение его лица не давали клапаны шлема, закрывавшие глаза.

Уилл до того рассердился и возмутился, что ему захотелось ударить Данфорта. Он готов был уже вмешаться в эксперимент и броситься освобождать Дрейка, но тут раздался голос профессора.

— Я снял нормализованные показатели, — объявил он. — Приступаем к чистке. — И Данфорт нажал на кнопку.

Дрейк несколько раз дёрнулся. Потом закричал во всю мочь, выгнувшись в кресле: его мышцы так напряглись, что Уилл испугался, не разорвутся ли ремешки у него на запястьях и щиколотках.

Негромкое гудение приборов на тележке, казалось, отдавалось по всему чердаку. Из-под клапанов шлема немного просачивался наружу фиолетовый свет, и от этого Уиллу было тяжело смотреть прямо на Дрейка.

— О нет… — тихо простонал Честер, увидев, как с лица ренегата на рубашку хлынули целые реки пота.

— Заметно, что его подвергли довольно сильной обработке, — сухо, будто отзывался о погоде, заметил профессор. — Теперь я увеличу амплитуду, чтобы перейти к окончательному этапу чистки. — Он повернул круглую рукоятку.

Рот Дрейка растянулся в беззвучном крике. У него выступили жилы на шее и запястьях, так что казалось, будто они вот-вот вырвутся из-под кожи. Затем ренегат зашевелил губами.

— Господи, ты только послушай… это же по-стигийски! — воскликнул Честер. — Он говорит по-стигийски!

Уилл изумлённо прислушался к странным звукам, похожим на треск рвущейся бумаги, которые издавал Дрейк. Странно было слышать стигийскую речь от человека.

— Надо было бы запи…

— Записываем, — перебил его Данфорт, указав на потолок прямо над креслом, где был закреплён какой-то зеркальный купол.

— Может быть, Эллиот поймёт, что он говорит, — предположил Честер. Вместо ответа профессор картинно взмахнул рукой.

— На этом всё, — объявил он.

Данфорт щёлкнул переключателем. Гудение постепенно стихло, фиолетовый свет в клапанах угас, а обмякший Дрейк свесился вперёд.

— Отсоедини от него всё, — велел профессор Честеру. Парень быстро снял с ренегата шлем и открепил сенсоры от его взмокшей кожи.

Уилл расстегнул ремешки на кресле и выпрямился.

— Дрейк? Эй, Дрейк! — встревоженно воскликнул он и потряс его руку. — Ты живой?

Дрейк не пошевелился. Его голова безвольно опустилась на грудь. Похоже, он был без сознания.

— И что нам теперь делать? — спросил Уилл, отступив от кресла.

— Шлёпни его по щеке, — ответил профессор, разминая руки с таким видом, будто даже помыслить не мог о том, чтобы ударить Дрейка самому.

— Вы серьёзно? — уточнил Честер.

— Вполне серьёзно, — кивнул Данфорт. — Влепи ему пощёчину.

— Ладно. — Честер приподнял голову ренегата и хлопнул его по лицу.

— Ударь посильнее, — покачал головой Данфорт. — От всей души.

Но вторая пощечина Дрейку не понадобилась — он дёрнул головой.

— Пришёл в себя, — с облегчением произнёс Честер.

— Сколько? — спросил профессор, выставив три пальца перед лицом у ренегата. — Сколько пальцев ты видишь?

— Двадцать четыре чёрных дрозда, — пьяно пропел Дрейк, щурясь на него.

— Ударь его ещё разок, — сказал Данфорт.

Честер, сглотнув, замахнулся, но Дрейк поймал его руку.

— Господи, пошутить уже нельзя! — воскликнул Дрейк. Он выпрямился на кресле и утёр пот со лба. — Я в полном порядке.

Тут он поймал недовольный взгляд Уилла.

— Знаю, знаю, — сказал ренегат и глубоко вздохнул. — В обычных обстоятельствах я бы не пошёл на такой риск. Но учитывая, что нам предстоит, я обязан любыми способами помогать общему делу.

— Ты уверен, что с тобой всё хорошо? — спросил Уилл, пристально его рассматривая. — У тебя голос какой-то странный.

— Да нет, всё хорошо. Правда. Просто язык прикусил, — ответил Дрейк. Его голос в самом деле звучал необычно, и Уилл с Честером — быть может, от облегчения, что ренегат цел и невредим, — не выдержали и рассмеялись. — Ну спасибо, — улыбнулся Дрейк, трогая кончик языка, но скоро посерьёзнел. — Думаю, мы не узнаем наверняка, насколько удачно прошла чистка, пока снова не столкнёмся со стигийцами.

— О маловеры! — оскорблённо хмыкнул Данфорт.

Дрейк, кряхтя, поднялся с кресла. Подождав несколько секунд, пока пройдёт дрожь в ногах, он повернулся к тележке с приборами:

— А ты можешь уменьшить эту установку? Для полевых условий нам нужно что-нибудь менее громоздкое.

— Я уже начал работать над портативным вариантом, — ответил профессор. — Так, кто следующий? — спросил он, остановив холодный равнодушный взгляд на Уилле.

— Ну… я… наверно, — пробормотал Уилл.

— Это не так уж и страшно, — попытался ободрить его Дрейк, когда парень снял куртку и уселся в кресло. — Ведь мы уже преодолели тягу к самоубийству, на которую тебя запрограммировали.