Рыцари порога.Тетралогия - Корнилов Антон - Страница 405

— Эта башня… — произнес король, прищурившись, разглядывая покривившуюся черную громадину, облепленную ползущими по ней людьми, — требует хорошего ремонта. Может быть, все-таки прислать вам каменщиков?

— Они будут только мешать, — покачал головой Герб. — Башню действительно необходимо укрепить, но с этим мы справимся сами.

— Просто невероятно, — проговорил король негромко. — Их всего трое, а они управляются с доброй сотней рекрутов… если только этих охламонов можно называть рекрутами… И не требуют помощи.

— Не вижу в этом ничего невероятного, — пожала плечами Лития.

Улыбаясь, королева разглядывала болотников.

— А где же брат Оттар? — в полный голос поинтересовался Эрл.

— Он у Бычьего Рога, ваше величество, — на этот раз королю ответил Кай. — Проводит испытание с теми, кто явился в последние дни к Дарбиону, чтобы поступить в Училище.

— Что ж… — кивнул Эрл. — Желаю вам удачи, братья!

— Благодарю вас, ваше величество, — откликнулся Кай.

— Благодарю вас, ваше величество, — присовокупил и Герб.

Люди, стоявшие вокруг башни, увидев короля, притихли. Один за другим они стали опускаться на колени. Эрл приветствовал их величественным жестом.

— Да здравствует Эрл Победитель! — заметались по Грязному двору нестройные восклицания.

И тут снова раздался крик, подобный тому, который привлек внимание королевской четы. Это кричал парень, уже почти добравшийся до вершины башни. На голой его спине вздулись неровные бугры мышц — распялив руки, он вцепился пальцами в щели между камнями, одна нога его стояла на неровности камня, а другая судорожно подергивалась, ища опоры. Очевидно было, что парень, уставший от долгого подъема, не видел теперь, за что уцепиться, чтобы подняться выше, — и начал паниковать. Он мельком глянул вниз, искривив шею, и снова завопил.

— Я тебе поору! — хрипло предупредил парня коренастый мужик, сцепленный с ним веревкой. Он находился пониже, но держался прочнее, стоя обеими ногами на большом камне, далеко выдававшемся из стены. — Я т-тебе… Держись, паскуда! Грохнешься, я тебе башку разобью, орясина!

Нелепая эта угроза (ведь сорвись парень, вниз полетели бы оба и, упав с такой высоты, непременно переломали бы себе конечности) никак не подействовала. Рекрут тоненько заскулил, в отчаянии закрутил головой.

Болотники внимательно наблюдали за ним. Каю или Гербу стоило только встать на колени и протянуть руку вниз, чтобы помочь несчастному. Но они этого не сделали.

— Держись, гадюка! — рявкнул мужик и моментально сменил грозный тон на умоляющий. — Ну соберись, миленький… Ну немного же осталось… Козлина ты вонючая…

— Помогите! — заголосил парень, обращаясь явно к болотникам.

— Рекрут Агвар, — заговорил Кай. — Тебе следует опереться на левую ногу, переместить вес тела на левую руку — и приподняться на две ладони, чтобы правая рука угодила в щель.

Голос болотника звучал спокойно и размеренно.

— По… помогите, сэр Кай… — всхлипывая, запричитал парень. — Во имя Нэлы Милостивой, помогите мне!

— Я же помогаю тебе, рекрут Агвар, — с некоторым удивлением отозвался Кай. — Я говорю — нужно опереться на…

— Дайте руку, сэр Кай! — завизжал парень. — Нет мочи держаться уже! Я пальцев не чую! Во имя Нэлы, явите каплю сострадания!

— Ты слышал, что я сказал, — проговорил Кай. — Другой помощи я оказать тебе не могу. Сострадание и состоит в том, чтобы предоставить тебе возможность помочь себе самому. Потому что ты в силах сделать это. Проделав это лишь раз, ты утвердишься в том, что глупо уповать на кого-то, просто боясь добиться желаемого самостоятельно.

— Нет сил! Нет сил, сэр Кай, добрые господа!.. Ежели я одну руку отпущу… — взвизгнул парень, — я сорвусь! Сэр Кай! Добрые господа! Сэр Герб!

— Ах ты падаль болотная! — взревел вдруг его напарник, предпринимая рывок вверх. — Дай только до тебя добраться, скотина, я т-тебе…

Рыча и плюясь от ярости, мужик взобрался повыше.

— Ставь ногу на мое плечо! — рявкнул он. — Ставь, говорю, подлюка!

Парень последовал его совету и, немного опомнившись, все-таки поднял голову и углядел ту щель, о которой говорил ему болотник. Он подтянулся к ней, уцепился… и через пару ударов сердца уже стоял рядом с рыцарями. Вслед за ним вылез и мужик — страшно оскаленный, только присутствием Кая и Герба удерживаемый оттого, чтобы немедленно учинить расправу над своим напарником.

— Рекрут Маар выполнил задание, — ровно проговорил Герб, хлопнув мужика по плечу. — Рекрут Агвар с заданием не справился.

— Слюнтяй он, а не рекрут… — пробубнил мужик. — Я вот как думаю, сэр Герб…

Тяжелый удар о землю и глухой стон, раздавшийся внизу, прервал речь рекрута Маара. Рекруты, те, кто ожидал своей очереди взбираться на стену, и те, кто уже успел справиться с заданием, сочувственно заохали, собравшись вокруг человека, рухнувшего вниз с высоты в три человеческих роста.

— Рекрут Барац выполнил задание, — спокойно прокомментировал Кай.

Проводив взглядом четверку мужиков, уносивших рекрута Бараца, прижимавшего к груди неестественно вывернутую руку, Эрл покачал головой.

— Как это понимать? — проговорил он. — Этот… Барац просто свалился, как куль с мукой, — и он выполнил задание?

Болотники услышали короля, хотя он не повышал голоса.

— Рекрут Барац, ваше величество, перерезал веревку, связывавшую его с напарником, — объяснил Герб. — Перерезал тогда, когда понял, что вот-вот сорвется и утянет напарника за собою.

— Однако он не взобрался на вершину башни, — возразил король. — Что — насколько я могу судить — и является условием выполнения задания. Это… просто милость рекруту за его добросердечие?

— Вовсе нет, ваше величество, — сказал Герб. — Давая это задание рекрутам, мы имели целью научить их доверять и помогать тому, с кем делаешь одно общее дело. Барац до того, как стал рекрутом, долгое время работал на западе королевства, в шахтах Глубинных Троп. Там этот урок усваивается быстро. Если будешь думать только о себе — погубишь и себя, и своих товарищей…

Эрл задумчиво потер подбородок. Потом взял Литию под руку. Король и королева двинулись дальше по галерее.

Довольно долго они молчали. Кажется, Эрл ждал, что скажет Лития. Но та ничего не говорила.

— Сокровенная Крепость — это утопия, — произнес наконец Эрл. — Может быть, у моих братьев и получится воспитать из некоторых рекрутов — людей Долга, но пропустить через Училище всех людей Шести Королевств… или даже одного только Гаэлона… это все равно что попытаться просеять через сито пески орабийских пустынь.

— Ты не веришь в Сокровенную Крепость? — подняла брови Лития.

— Откровенно говоря… нет, не верю. Не совсем верю.

— Создание Крепости — трудное дело, — сказала королева. — Очень трудное. Невероятно трудное. Самое трудное, какое только можно вообразить. Но — не невозможное. Потому что основное, чему учат на Туманных Болотах, — поверить в собственные силы. Когда ты понимаешь, что для тебя нет ничего невозможного, тогда и получаешь право называть себя рыцарем-болотником.

Эрл промолчал.

— Вот странно, — продолжала между тем Лития. — Ты не вполне поверил в злонамеренность Высокого Народа, но отказался от союза с эльфами. И утвердил создание Училища, хотя не очень-то веришь в успех предприятия болотников… Все твои действия как бы… осознанны только наполовину…

Эрл остановился и обернулся к своей жене.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил он, и голос его прозвучал резковато.

— Только то, что сказала, — пожала плечами жена.

Эрлу показалось, что на дне ее глаз блеснула льдинка.

— Мой Долг — чересчур тяжел, Лисичка, — не отдавая себе в том отчета, он впервые назвал так Литию при свете дня. — От моих решений и действий зависят жизни многих тысяч людей. И теперь скажи мне, могу ли я, зная это, предпринимать что-либо, не колеблясь и не сомневаясь?

— Но ведь ты… — Лития говорила очень тихо. — Ты… продолжаешь колебаться и сомневаться и тогда, когда решение уже принято…