Круг ненависти - ДеКандидо Кит - Страница 7

Тралл кивнул: «Хорошая мысль. Пусть твой полковник-женщина расследует этот случай, после чего мы снова поговорим». Он направился к веревочной лестнице, которая все еще свисала с дирижабля.

«Трал», – он остановился и обернулся к ней. Она посмотрела на него ободряюще: «Мы не позволим этому союзу распасться».

Он снова кивнул: «Да, не позволим», - после чего поднялся по лестнице.

Джайна, в свою очередь, пробормотала заклинание на языке, известном лишь магам, и сделала глубокий вздох. У нее появилось чувство, будто желудок вывернулся, а склон, дирижабль, Тралл и Колючий Холм закружились и улетели, все стало расплывчатым и туманным. Момент - и картина приняла очертания привычного окружения ее покоев на верхнем этаже самого большого из замков Терамора, возвышавшегося над другими зданиями города.

Большую часть работы по управлению государством она делала не в тронном зале, пусть его громкое название и подходило для подобных дел больше, а в этой маленькой комнате с письменным столом и тысячами свитков. Джайна сидела на троне настолько мало, насколько это было возможно. Даже во время еженедельных приемов петиций она чаще шагала перед этим непривычно большим креслом, чем восседала на нем – она пользовалась залом редко. А эта маленькая комната и подобные ей напоминали те, в которых она училась у Антонидаса, с их разбросанными свитками и беспорядком на столе, поэтому в них Джайна чувствовала себя как дома.

Тронный зал еще кое-чем отличался от комнат - в нем было окно с видом на Терамор. Джайна знала: она никогда не закончит работу, если будет видеть перед собой Терамор – будет постоянно отвлекаться, удивляясь тому, что им удалось здесь воздвигнуть, и пугаясь, что ответственность за все это лежит на ней.

Телепортация всегда была тяжелым, истощающим процессом. И хотя тренировки позволяли Джайне быть в готовности сразу после телепортации, она предпочитала дать себе немного времени, чтобы восстановить силы, если все было в порядке. Сейчас она также немного подождала, прежде чем позвать своего секретаря: «Дюри!»

Старая вдова зашла через главный вход. В эти покои вело три входа. Два из них были известны всем: одним обычно пользовалась Дюри, второй вел в коридор, а также к лестнице к личным апартаментам Джайны. Третий был секретным входом, которым можно было воспользоваться для спасения. Только шесть человек знали о нем, и пять из них были его строителями.

Дюри смотрела на Джайну через свои очки. В ее взгляде мелькали огоньки злости. «Не нужно так кричать. Я, как всегда, сижу справа за дверью. Как прошла встреча с тем орком?»

Вздохнув, Джайна уже не в первый раз сказала: «Его зовут Тралл».

Дюри, эта хрупкая женщина, взмахнула руками, причем так, что чуть не упала. Ее очки свалились с носа и закачались на цепочке на шее. «Я знаю. Но это такое глупое имя. Я имею в виду, у орков есть имена Адский Крик, Молот Рока, Дрек’Тан, Баркс и им подобные, он же называет себя Тралл – раб. Какой уважающий себя орк возьмет такое имя?»

Не утруждая себя объяснениями, что самоуважения у Тралла больше, чем у любого другого из знакомых ей орков – тем более, что предыдущие сотни попыток это объяснить результатов не принесли – Джайна лишь сказала: «Правильно Дрек’Тар, а не Дрек’Тан».

«Все равно»,- Дюри вернула очки на нос. – «Это хорошие имена орков. Но не Тралл. Ладно, так как же прошла встреча?»

«У нас проблема. Позови сюда Кристофа и пошли одного из мальчишек найти полковника Лорену. Скажи ей взять отряд для поездки в Северную Стражу, а затем отчитаться мне». Джайна села за стол и стала перебирать свитки, пытаясь найти корабельные журналы.

«Почему Лорену? Не хотите позвать Лотара или Пирса? Кого-нибудь менее – даже не знаю, как сказать – женственного. Нравы в Северной Страже очень суровы».

Удивляясь, что всякий раз, как звучит имя Лорены, приходится вести подобные разговоры, Джайна сказала: «У Лорены упорства, как у Лотара и Пирса вместе взятых. Мне нужна именно она».

Дюри надулась. Для столь пожилой женщины это выглядело жалко. «Это не правильно. Военное дело не для женщин».

Джайна прекратила искать журналы и посмотрела на секретаршу: «Равно как и управление городом - государством».

«Это совсем другое дело», - безвольно сказала Дюри.

«Почему?»

«Просто так».

Джайна покачала головой. Три года, а Дюри так и не смогла найти более достойного ответа. «Немедленно позови Кристофа и пошли за Лореной, пока я не превратила тебя в ящерицу».

«Если превратите меня в ящерицу, никогда не сможете здесь что-либо найти».

Джайна беспомощно развела руками: «Я уже ничего не могу найти. Где эти проклятые корабельные журналы?»

Улыбнувшись, Дюри сказала: «Они у Кристофа. Мне передать, чтобы он принес их с собой?»

«Да, пожалуйста».

Дюри поклонилась, из-за чего ее очки снова упали, а затем вышла из кабинета. У Джайны возникла мысль запустить ей вдогонку огненный шар, но она быстро ее отбросила. Дюри была права – без нее найти здесь что-либо Джайна никогда не сможет.

Спустя немного времени пришел Кристоф с несколькими свитками под рукой. «Дюри сказала, вы хотите меня видеть, миледи. Или, возможно, вам нужно лишь это?» - он указал на свитки.

«И то, и другое. Спасибо», - добавила она, взяв свитки.

Кристоф был камергером Джайны. Если Джайна была правительницей Терамора, Кристоф был тем, кто управлял им. Внимательность к деталям делала его идеальным для подобной работы, благодаря чему Джайна не впадала в смертельную ярость, когда бремя правителя становилось непосильной ношей для ее не очень могучих плеч. До войны он был клерком у Командующего Гаритоса. Там его организаторские навыки стали легендой.

Безусловно, в нем не было физической удали, и он не отличался успехами в военном деле. Высокий, но худой, как щепка, Кристоф выглядел почти таким же хрупким, как Дюри - у той хоть годы были в оправдание. Его прямые, темные волосы до плеч обрамляли лицо с острыми чертами и ястребиным носом, у которого был вечно сердитый вид.

Джайна передала историю Тралла об атаке на Оргат’ар и судно вблизи, которое ничем не помогло.

Приподняв свои тонкие брови, Кристоф сказал: «Эта история не выглядит достоверной. Пол-лиги от Кабестана, вы говорите?»

Джайна утвердительно кивнула.

«У нас нет военных кораблей, определенных в этот район, миледи».

«Туман был густым – возможно, судно капитана Болика отклонилось от курса».

Кристоф кивнул, допуская такую возможность. «Тем не менее, миледи, также возможно, что капитан Болик ошибается».

«Это маловероятно», - Джайна обошла стол и села в кресло, разложив на свободном кусочке столе корабельные журналы. «Не забывай, что зрение у орков острее нашего, и они следят, чтобы наблюдателями на кораблях были самые зоркие».

«Мы также должны рассмотреть возможность того, что орки врут». Прежде чем Джайна успела сказать что-то против, а она собиралась это сделать, Кристоф поднял ладонь с длинными пальцами: «Я не говорю о Тралле, миледи. Вождь орков благороден, это правда. Вы поступаете правильно, доверяя ему. Я думаю, он всего лишь пересказал, что сказали его люди».

«О чем ты говоришь?» - Джайна знала, что прозвучит в ответ, но хотела услышать это от Кристофа.

«Я сказал то, о чем все время говорю вам, миледи – мы не должны слепо доверять оркам. Да, некоторые их них доказали свою честность, но можно ли такое сказать об орках в целом? Мы будем глупцами, считая, что они все желают нам добра, и что они будут настоль просвещенными, как Тралл. Он был прекрасным союзником в борьбе против Пылающего Легиона, и у меня вызывает лишь восхищение то, что он сделал – но это было в прошлом». Кристоф положил свои тонкие руки на стол и посмотрел Джайне в глаза. «Единственное, что держит орков в узде – Тралл, и в ту минуту, когда он уйдет, уверяю вас, орки откроют свое истинное лицо и сделают все, чтобы нас уничтожить».

Джайна невольно залилась смехом. Слова Кристофа перекликались с ее разговором с Траллом – но из уст камергера они казались еще более безумными.