Карл Густав Маннергейм. Мемуары - Маннергейм Карл Густав Эмиль - Страница 38

12 декабря телеграфом пришло сообщение, что сенатор Свинхувуд подал в отставку. В тот же день меня избрали главой финского государства. Ни один «реванш» в моей жизни не был настолько очевиден, как этот: ведь меня избрали регентом по предложению того самого правительства, которое своим нелояльным отношением к главнокомандующему собственной армии вынудило меня покинуть страну после победы в освободительной войне, одержанной под моим руководством.

Теперь я мог продолжить переговоры уже в качестве главы государства. Первым делом я отправил доктора Холсти для сбора необходимой информации. В Лондоне ему удалось укрепить отношения с будущим президентом Америки Гувером, чья успешная деятельность по оказанию продовольственной помощи Европе хорошо известна. Доктор Холсти встречался также с бывшим послом Америки в Петрограде господином Френсисом, авторитетным знатоком России, который с пониманием относился к актуальным проблемам Финляндии.

Теперь, когда я стал главой государства, мне было, конечно же, намного легче разобраться в своём отношении к новому правительству, состав которого — 6 демократов и 6 монархистов — не вызывал полного доверия ни в Лондоне, ни в Париже. Франция и Англия были заинтересованы в отставке некоторых членов правительства, среди них премьер-министра и министра иностранных дел. Я же решил, что на данном этапе лучше одобрить состав правительства. Мне было важно укрепить авторитет власти в Финляндии, и внешнее давление в этом вопросе не могло иметь решающего значения. Я заявил, что поддерживаю сформированное правительство, и добился нужного эффекта.

Счастливый случай свёл вместе первый груз зерна, прибывший в порт Турку, и меня, когда я вступил там на землю родины.

В Хельсинки я прибыл на следующий день. На том самом вокзале, с которого я семь месяцев назад уехал в качестве частного лица, не услышав на прощание от правительства ни одного доброго слова, меня встречали теперь высшие официальные лица государства. Второй раз за этот год меня тепло приветствовали жители столицы. Они заполнили площадь перед железнодорожным вокзалом и все прилегающие улицы. Я был очень доволен, что в качестве моей резиденции выбран не президентский дворец, а бывший дом генерал-губернатора. Ведь я считал, что моя деятельность на этом посту будет недолговременной.

Вернувшись на родину, я выступил со следующим обращением к народу Финляндии:

Глава государства

В моём обращении к народу Финляндии от 22 декабря 1918 года, где я особо подчеркнул значение национального единодушия для упрочения международного положения страны и укрепления основ будущего независимого государства, содержалась программа моей деятельности в качестве главы государства. Существенной частью этой программы было создание мощных оборонительных сил, что предполагало серьёзную перестройку формирований шюцкора.

Моей первой задачей было определить своё отношение к правительству. За последний месяц оно показало, что может справляться с проблемами государства. Премьер-министр, профессор богословия Лаури Ингман, был известен ещё со времён сословного представительства. Его работоспособность, а также влияние на парламент были просто удивительными. Министр иностранных дел Карл Энкелль в 1917 году в ранге государственного секретаря овладел огромным опытом в международных вопросах, он был широко образован и владел многими языками. Энкелль был сыном бывшего начальника кадетского корпуса, и я прекрасно знал его со времени моей учёбы там, хотя Карл был несколько моложе меня. Министр обороны Рудольф Вальден, мой боевой товарищ во время освободительной войны, имел прекрасные способности к организаторской деятельности, а министр внутренних дел профессор Антти Туленхеймо очень хорошо разбирался в деятельности своего ведомства. Все остальные члены правительства соответствовали своим постам.

Правительство, где ряд членов были монархистами, не вызывало доверия стран Антанты, но его смена резко обострила бы внутригосударственные проблемы. Следовало учитывать и то, что после проведения новых выборов правительство в любом случае будет сменено. Я считал, что вмешательство иностранных государств в вопросы формирования правительства должно быть резко снижено и я сам должен нести ответственность за его деятельность. Формирование нового правительства было не совсем ко времени, поскольку внутреннее положение в Балтийских странах оставалось нестабильным, поэтому мне следовало придерживаться принятого в Париже решения о моей поддержке кабинета. Когда от наших представителей в Париже и Лондоне стали поступать все новые предложения о реорганизации состава правительства, я заявил правительствам союзнических стран, что кабинет Ингмана, хотя он и не был назначен мною, пользуется моим полным доверием. Он действует в полном единодушии и усиленно работает над налаживанием хороших отношений между Финляндией и странами Антанты. Я отметил, что смена правительства может привести к массовым волнениям, что поставит под угрозу все усилия главы государства по стабилизации положения в стране.

Было принято решение о проведении в ближайшее время новых выборов, таким образом, мы выполнили все условия для восстановления дипломатических отношений с Францией. Для укрепления своего положения в качестве главы государства я предложил, чтобы Франция как можно быстрее прислала своего представителя в Хельсинки. Это предложение, судя по всему, было благожелательно принято, и 2 января 1919 года консул Франции в Хельсинки господин Пуаро сообщил, что Франция обратилась к союзническим странам с призывом признать независимость Финляндии. Ответ на этот призыв был положительным. Министр иностранных дел Питон не забыл своего обещания.