Затерянные во времени (Авторский сборник) - Уиндем Джон Паркс Лукас Бейнон Харрис - Страница 149

Я торопливо осмотрелся вокруг. Убийство произошло почти беззвучно и, вероятно, не привлекло внимания стражников. Но они охраняли единственный выход из зала, и мне необходимо было пройти мимо них с таким видом, чтобы они ничего не заподозрили. Стоит ли рисковать? А риск был серьезным — я ведь не знал, как Цакта обычно отпускает посетителей.

Вылезти через окно казалось мне более надежным выходом из положения, при условии, что меня не заметят с улицы. Я решил, что это безопаснее, чем выходить в дверь мимо стражи. Я быстро расстегнул сандалии и привязал их к поясу; затем, мысленно поблагодарив Цакту, что он, вопреки своим аскетическим вкусам, не позаботился ободрать лепнину с внешней стороны окна, вылез и начал опасный подъем на крышу.

К счастью, апартаменты Цакты находились на предпоследнем этаже. Хотя каменная резьба на стене и облегчала подъем, но я был в плохой форме для подобных упражнений и ежеминутно опасался, что у меня закружится голова. Наконец я перекатился через карниз и растянулся на крыше, вознося хвалы Ра. Времени в моем распоряжении оставалось немного. В любой момент кто-нибудь мог войти в зал и обнаружить тело Цакты.

Я торопливо натянул сандалии, разыскал чердачное окно, спустился туда, пробежал по пустому коридору и степенно вышел через главный вход. Неподалеку висела в воздухе моя машина, балансируя на гироскопах. Я без помех добрался до нее и скользнул на переднее сиденье. Мои руки дрожали настолько сильно, что я с трудом мог поворачивать руль. Ворота распахнулись передо мной, я вывел машину на улицу.

Первый этап бегства закончился благополучно. Но что делать дальше? Когда тело Цакты обнаружат, ни один человек в Атлантиде не встанет на мою сторону. Ни один человек?.. Нет, возможно, кое-кто из моих помощников не отступится. Резонатор означает для них все. Они поймут меня — если бы я покорился Цакте, вся их многолетняя работа обратилась бы в ничто.

Тлантек, мой старший помощник, находился неподалеку от Ацко, руководя установкой нового резонатора. Я бросил взгляд на индикаторы аккумулятора и убедился, что он полностью заряжен; этого достаточно, чтобы быстро добраться до Ацко. Я повернул в восточную часть Цапетля, выехал за город, и маленькая машина помчалась с максимальной скоростью на восток.

Через несколько часов я затормозил возле скалистой гряды в пригородах Ацко, где находился первый контрольный пункт. Над зданием в скалах высилась Первая башня, служившая опорой самому крупному из резонаторов. На севере, у самого горизонта, я видел другую башню — вторую в выстроенной нами защитной цепи.

Не успел я выйти из машины, как дверь контрольного пункта распахнулась, и в проеме возник Тлантек с духовой трубкой в руке, направленной прямо на меня. Я понял: он уже знает, что случилось.

— Цакта мертв,— сурово сказал он.— Мне сказали, что ты убил его.

Я торопливо объяснил, как это произошло, и глаза Тлантека широко раскрылись от удивления. Когда я сказал, что Цакта собирался наложить запрет на резонаторы и дальнейшие исследования в этой области, помощник недоверчиво взглянул на меня.

— Но почему? Почему?

Я повторил аргументы старика, и Тлантек нахмурился.

— Наверно, он сошел с ума. Уничтожить оружие величайшей мощи в истории человечества из-за каких-то бабьих сказок!

— И вот чем все кончилось,— завершил я свой рассказ.— Цакта принял решение, и обжалованию оно не подлежало. Или он, или резонаторы — мне пришлось выбирать.

Настала долгая пауза. Я с тревогой ожидал решения Тлантека, поскольку в тот момент моя судьба находилась в его руках. Если он захочет застрелить меня на месте, я не смогу воспрепятствовать, а его объявят национальным героем. Наконец он медленно опустил свою трубку, взглянув на нее отсутствующим взглядом, а затем перевел глаза на меня.

— Ты поступил правильно, Икстан,— сказал он.— Но все-таки лучше было найти другой способ.

Я кивнул.

— И я того же мнения — но ты же знаешь влияние Цакты. Другого способа не было.

Мы вошли в здание вместе.

— А что теперь? — спросил Тлантек.

— Мы должны связаться с другими башнями. При необходимости, резонаторы смогут постоять за себя. Как только узнают, что я здесь, нас атакуют.

Тлантек смертельно побледнел.

— Ты хочешь сказать, что мы повернем машины внутрь, в сторону материка? Что мы направим их на атлантов?

— А как еще мы сможем защитить резонаторы?

Тлантек ушел устанавливать связь с другими башнями, а я наскоро перекусил, так как страшно проголодался. Помощник отсутствовал около получаса и вернулся с выражением тревоги на лице.

— Башни 2, 3 и 5 согласны поддержать нас,— доложил он,— но номера 4 и 6 отказались. Они сообщили, что если Цакта приказал уничтожить резонаторы, мы должны подчиниться.

Я быстро обдумал ситуацию. Если башни 4 и 6 обратят свои резонаторы против нас, нам придет конец.

— Быстро! — приказал я.— Надеваем защитные костюмы!

Пока я воевал со своим костюмом, Тлантек успел натянуть свой и подошел к окну. Вдруг он вскрикнул и подозвал меня, указывая на город. Даже на расстоянии трех миль было заметно, что в городе творится что-то необычное. Из городских ворот по направлению к нам валили толпы мужчин и женщин. Вероятно, с башен 4 или 6 сообщили в Ацко, где я скрываюсь, и разъяренная толпа устремилась к первой башне, желая отомстить мне за убийство Цакты. Я подошел к транслятору и передал сообщение в штаб-квартиру гарнизона Ацко.

— Говорит Икстан,— объявил я.— Уберите этих людей, или я не отвечаю за последствия.

Я подошел к пульту управления и нажал на рычаг. Большой резонатор медленно описал круг на своем постаменте и повернулся в сторону города. Тлантек был очень бледен.

— Но это всего лишь безоружная толпа,— возразил он.

— Эта толпа вполне способна разрушить резонатор. Их надо остановить. Включай минимальную мощность.

Он неохотно повиновался. Люди еще не подошли на необходимое расстояние, и я нетерпеливо ждал. Наконец, на расстоянии около полутора миль, толпа остановилась, словно натолкнувшись на невидимое препятствие. Бегущие в первом ряду зашатались; их движения стали неуклюжими, как будто их парализовало. Слабые вибрации не могли убить их, но мешали идти вперед. Позади люди еще не поняли, что происходит, и продолжали напирать; несколько лидеров уже упали на землю и лежали неподвижно. Когда, наконец, до людей дошло, что происходит, в рядах наступающих началась паника, и вскоре они в беспорядке отступили к городу.

В помещении раздался резкий звонок. Я услышал разъяренный знакомый голос.

— Говорит Башня Номер Два. Икстан, ты обезумел?

— Резонаторы должны быть спасены любой ценой!

— Ты убил сейчас несколько человек, Икстан! — услышал я.— Мы отказываемся поддерживать дальнейшее избиение ни в чем не повинных людей.

— Но если они подойдут ближе, то от резонаторов останется мокрое место! — в отчаянии воскликнул я.

Голос ответил с усмешкой:

— А ты уверен, что не спасаешь сейчас собственную шкуру от суда? Ты же убил Цакту! Башня 2 выходит из игры, и остальные тоже.

Аппарат щелкнул, и в комнате повисло молчание. Тлантек произнес, глядя в окно:

— Они возвращаются в город.

Его слова заглушил протяжный вой где-то в небе, за которым последовал глухой звук взрыва. Мы молча переглянулись. Начальник гарнизона Ацко приказал начать бомбардировку. Я видел только один способ прекратить ее.

— Включаем резонатор на полную мощность! — приказал я.

Тлантек не шевельнулся, глядя на меня с изумленным видом.

— Мы же уничтожим весь Ацко! — воскликнул он.

— Пушки должны быть остановлены! — твердо отвечал я.

— Но в городе и окрестностях не останется ни одного живого человека. Ты сошел с ума! О боги, подумай о последствиях!

Я пожал плечами и подошел к пульту управления. Что, в конце концов, значат несколько жизней? В тот момент мне казалось, что резонатор должен быть спасен любой ценой. Но не успел я нажать кнопку, как Тлантек набросился на меня, повалил на пол и начал душить.