Сын герцога (СИ) - Музыка Людмила - Страница 145

Так тяжело Джаю не было даже в той проклятой клетке, в которой его вывезли из столицы. Тогда мир для него ограничивался небольшим пространством, где не возможно было толком выпрямиться. Теперь даже этого не осталось. Из-за чрезмерной нагрузки тело было вялым и отказывалось шевелиться. Служанке приходилось кормить его с ложечки, а стражнику – относить в уборную – что так же стало еще одной своеобразной пыткой. Но молодой лорд при всем желании не смог бы оценить жестокость леди Диран. Потому что во время проклятых экспериментов уставало не только его тело, но и разум. Постоянно болела голова, из-за чего мысли получались какими-то путанными, и даже сон теперь не приносил желанного облегчения.

Нагрузки возрастали, Джаю становилось хуже, но в покое его не оставляли. А это означало, что леди Диран никак не удавалось завершить эксперимент.

О том, что магичка решила применить что-то действительно страшное, юноша понял сразу. Как только вместо ставшего уже привычным за последние декады кресла, его уложили на своеобразный щит, а руки и ноги зафиксировали браслетами. Невольно в памяти всплыли сказки о ритуалах с жертвоприношениями, где жертв точно так же привязывали к алтарям. Эти алтари, наверное, выглядели бы точно так же, как этот щит: исписанный древними символами и украшенный целой коллекцией драгоценных камней. Не хватало только канавки для стока крови и ритуальной чаши.

Словно прочитав его мысли, один из подручных Диран провел кинжалом по запястью пленника, заполняя кровью небольшой пузырек. Вот теперь Джаю стало действительно страшно. Он невольно замер на месте, стараясь не шевелиться. И даже то, что этот тип сразу же залечил порез, не могло его успокоить. Пузырек тут же почтительно поставили перед леди Диран (вот уж кто полностью соответствовал образу жрицы-убийцы).

– Не стоит так бояться, лорд Джай. Я не собираюсь вас убивать,– произнесла она, рассматривая свою жертву со странным безразличием.

Как если бы ее не интересовал не только сам Джай, но и вообще все, что происходило в этой комнате. Такое же выражение иногда возникало на лицах солдат во время боя, когда они отрешались от всего, и все их помыслы сводятся только к одному – победить. В случае леди Диран – наконец сломить защиту строптивого мальчишки и получить нужную информацию.

– Кровь нужна для правильной настройки плетения,– добавила магичка.– Но одной крови, думаю, будет мало. Не стоит рисковать.

Диран кивнула одному из подручных, и тот подошел к Джаю. Мгновение и волосы молодого лорда оказались обрезанными так коротко, как только позволил фиксатор-ошейник. А юноша с ненавистью посмотрел на магичку. Не то чтобы ему было так уж жаль волос – он и сам частенько подумывал избавиться от надоевшей шевелюры. Но бесцеремонность, с которой его остригли, почему-то взбесила. Наверное, все дело было в поучениях мастера Риама, который настаивал на соблюдении традиций степняков. Или в детских воспоминаниях о первой поездки во дворец (ведь именно из-за прически его задевали чаще всего). Но его гневные взгляды остались незамеченными. Леди Диран была настолько погружена в размышления, что не обращали внимания на свою жертву. Даже если бы Джай закричал, она не повернула бы к нему головы. Он не стал кричать. Ни тогда, ни потом, когда подручные Диран принялись читать заунывные заклинания. Язык был не знаком, но в том, что это были именно заклинания, молодой лорд не сомневался. С каждым мгновением этого монотонного пения на щите, к которому его приковали, начинали светиться все новые и новые символы и кристаллы. И только когда его тело стало окутывать такое же свечение, Джай зашелся в беззвучном крике. Мышцы напряглись, испытывая на прочность фиксаторы, но те не поддались. Как и рука леди Диран не дрогнула, вонзая длинный и узкий, как шило, кинжал в грудь распятого на щите мальчишки.

Зато где-то далеко, даже дальше, чем на другом краю мира, вздрогнул молодой рыжеволосый маг. Старый слуга уронил бокал с недопитым вином, из-за чего осколки рассыпались по всему полу. А эльф, с непривычно коротким для его народа именем, с тяжелым вздохом привалился к стене. Неожиданный приступ слабости для него в этот момент был очень некстати.

Выбраться из столицы Ванаана было намного труднее, чем попасть туда. Рин твердила это Лару все время, пока они шли прочь от злополучной площади с порталом. Хотелось бежать, но тогда они привлекали бы слишком много внимания. Да и эльф был не в лучшем состоянии – девушке приходилось буквально тащить его за собой.

Лар переставлял ноги автоматически. Перед глазами все еще висела картина огромного портала и маленькой фигурки, исчезающей в его глубине. Эльф уже однажды проходил через этот портал, поэтому сам переход не пугал его. Но от мысли о том, что его даан теперь в Валиане, становилось не по себе. Слишком страшно было представить, что могла сотворить с лордом Джаем Диран Шааналь. О том, почему оборвалась связь, эльф старался не задумываться. Как и том, куда его тащила Рин.

– Давай же, шевели ногами,– едва слышно шипела девушка.– Нужно убираться отсюда. И не делай такое лицо – на нас уже оборачиваются. Зачем я только с тобой связалась?

Но, не смотря на все ее недовольство, руки Лара она не выпускала. То ли действительно беспокоилась за эльфа, то ли из-за выбранной ими маскировки (рабыня бегущая сама по себе привлекла бы даже больше внимания, чем рабыня, тащившая своего хозяина, как на буксире).

Они бежали не меньше получаса, прежде чем Рин, наконец, свернула в подворотню и позволила Лару отдышаться. Воспользовавшись моментом, эльф опустился на корточки и привалился к стене. Он уже достаточно пришел в себя, чтобы начать мыслить связно.

– Нужно переждать,– с недовольством сообщила ему девушка.– Сейчас нельзя соваться к порталам. По крайней мере, пока караульные не сменятся. А еще лучше – до завтра.

– Почему?

– Нас могли запомнить. Нельзя рисковать.

– А переодеться?

– Не во что. А покупать одежду – чистое самоубийство. Не успеем и рта открыть, как нас сразу же схватят.

– Уверена?

– Ты же в жизни ванаанца не изобразишь. А мне как рабыне говорить не положено.

– Тогда, как ты собиралась отсюда выбираться?– хмуро поинтересовался Лар.

Девушка нервно дернула свой декоративный ошейник и отвернулась. У нее наверняка был какой-то запасной план побега, но делиться им с эльфом, она не собиралась. Впрочем, Лар был благодарен ей уже за то, что она не бросила его. Хотя имела на это полное право. В конце концов, заплатили ей только за то, что она доведет его до столицы. Вытаскивать его из города девушка была не обязана.

Потом они шли еще часа два, прежде чем Рин решила остановиться. Для Лара эта подворотня ничем не отличалась от все предыдущих, но спорить он не стал. Не имело смысла. Ночь в столице Ванаана запомнилась призывающим холодом (ночевать на камнях – то еще удовольствие) и чувством голода. Утро было такое же неприятное – промозглое и отвратительно долгое. Слишком рано соваться к порталам не стоило – в такое время господа благополучно спят в своих кроватках, а не выгуливают рабынь. Зато ближе к полудню, можно было рискнуть.

Стражник у портала с недоумением посмотрел на несколько помятый костюм Лара, но спрашивать ни о чем не стал. Разморенный полуденным солнцем маг – вообще не обратил на них внимания. Поэтому через переход они прошли без приключений. Зато потом началась настоящая гонка: поменять одежду, дождаться смены караула – и снова в переход. В перерывах между прыжками пару раз удавалось перекусить и даже подремать в очередной подворотне.

В это раз Рин вела его другим маршрутом – так что на обратный путь они потратили в два раза больше времени. Но, к счастью, это была единственная неприятность. Проблемы начались гораздо позже.

– Я выведу тебя к горам севернее того места, откуда ты пришел. На этом – все, расходимся в разные стороны,– сообщила девушка, когда до Хребта мира, по ее словам, остался последний прыжок через портал.