Сплетение (ЛП) - Диксон Хизер - Страница 71

Порывшись в карманах пиджака, он достал маленький легкий сверток коричневой бумаги, перевязанный веревочкой, и протянул его Азалии. Сгорая от любопытства, она потянула за концы веревочки. Бантик развязался, бумага развернулась.

Это был серебряный платок. Мягкий и эластичный — совсем как у Матушки. А в уголке переливались вышитие инициалы "А.К.В."

Азалия рассмеялась и в то же время слезы брызнули из ее глаз. Она обхватила мистера Брэдфорда за шею, желая обнять его сильно-сильно, чтобы коснуться его души.

— Да! — воскликнула она. — Да! Да, да, да!

— Ну... я же... еще вообще ничего не сказал.

И всё же он притянул Азалию к себе еще сильнее. Девушка уткнулась щекой в его доселе разглаженный воротник и вдохнула его запах. Запах свежего белья. Она почувствовала, как мистер Брэдфорд прижался щекой к ее макушке, а его губы коснулись ее волос.

Они оба вздрогнули, услышав приглушенный голос:

— Да когда же он ее наконец поцелует?

Застигнутые врасплох отпрянули друг от друга. В окнах бальной залы, прижав носы и руки к стеклу со стороны улицы, толпились девочки. Они стояли среди зарослей колючих розовых кустов, а на их лицах играли озорные улыбочки. Дельфиния и Ева, хихикая, перешептывались; Брэмбл расплылась в широченной улыбке, а ее желто-зеленые глаза искрились.

Среди прочего проглядывался и другой силуэт. Его обладатель скрестил на груди руки и — непоколебимый и деловой — возвышался над всеми.

И надо сказать, недовольства за ним не наблюдалось.

— Вот же маленькие испорченные шпионы! — воскликнула Азалия.

Мистер Брэдфорд рассмеялся и, отбросив свою шляпу в другой конец зала, одной рукой закружил Азалию. Юбки ее взметнулись и зашуршали по брюкам джентльмена. От той легкости, с которой мистер Брэдфорд кружил ее, ловко перебирая пальцами, Азалия поплыла, от счастья. Он снова привлек ее к себе, а потом раскрутил.

На этот раз Азалия не вернулась к партнеру. Вместо этого, она нырнула в глубокий реверанс. Этому реверансу она отдала всю себя — каждый мускул, каждая клеточка устремились в глубокий безупречный поклон. Подогнув ноги, она потонула в облаке юбок. Практически упираясь носом в пол, правую руку она вытянула в сторону мистера Брэдфорда, а левую завела за спину. Азалия не сомневалась, что даже Матушке не исполнила бы реверанс из глубины души изящнее.

Азалия несмело глянула на мистера Брэдфорда, нижняя челюсть которого слегка отвисла. Она захихикала, и он тоже засмеялся, а затем упал перед ней на колени. Он подтолкнул ее легонько. Хрупкая, тоненькая нить равновесия лопнула. Азалия упала прямо в его обьятья и удивленно сморгнула. Он улыбнулся, теперь уже более серьезно и сосредоточенно, своей большой нежной ладонью привлекая ее лицо для поцелуя; Азалия интуитивно закрыла глаза.

Это было похоже на танец — как одновременно кружиться и парить, — но при этом с мягким, почти воздушным касанием. Сердце трепетало и бешено билось в груди.

Двери бального зала распахнулись, впуская поток морозного воздуха и оживленную болтовню. Мистер Брэдфорд помог Азалии подняться и сразу подбежали взволнованные сестры.

Азалия, задыхаясь и смеясь, поставила всех в позицию для кадрили. Взявшись за руки, девочки приготовились для семейной приветственной кадрили, такой, которой они приветствовали Лилию год назад. Такой ритуал предстоял также лорду Тедди, и Фервеллеру. Азалия уже не сомневалась, что так и будет.

— Молодец, Айви, — похвалила Азалия. — Отлично стоишь! Жас, возьмись за руки. Будем делать медленно, чтобы и малышка Лилия успела, ведь она уже ходит. Великолепно, Делфи. Все готовы? Прекрасно! Постойте...

Круг был не полный.

Азалия повернулась к Королю, который, скрестив руки с довольной улыбкой, стоял в нескольких шагах от круга. Азалия протянула ему ладонь.

— Потанцуешь с нами?

Король вмиг принял суровое выражение.

— Определенно, нет, — сказал он. — Тебе известно, какой из меня танцор.

Но Азалию уже это не волновало. Она, а следом за ней и остальные девочки, крепко схватили его за руки и втянули в круг. Они танцевали медленно, и он повторял за ними все движения. И даже при таких условиях Азалия почувствовала внутри согревающее мерцание. И это был самый лучший танец из всех, что ей доводилось танцевать.

Конец.